Вторая жизнь. Том 4 - Ксения Чудаева

заранее обработанный настойкой камень. Поднял голову, посмотрел на Кирана. Демон без слов подошел, взял скальпель у мужчины из рук и глубоко рассек собственную ладонь, сжимая ее над раной девочки и щедро заливая черной кровью. Так, что ни разреза, ни камня в нем видно не стало.

Смотрела на все это и никак не могла отделаться от ощущения, что мы сошли с ума. Полные психи. Потому что сейчас своими руками создаем мага крови, который сможет жить среди людей. Пламя Хараша, мы делаем монстра, который является одним из самых опасных врагов демонической расы! Маалар годы потратил на то, чтобы всех их истребить. Их, их семьи, соседей, друзей… И самым правильным бы сейчас по логике вещей было сделать два решительных шага, вырвать камень из груди девчонки и переместиться прямиком к Маалару. Но я не двигалась с места, стояла и смотрела, как черная кровь течет по красной коже. И все из-за ее глаз. Точнее, из-за выражения лица. Как будто смотря на этот мир, она видела что-то другое. Более тонкие материи, недоступные простым смертным. Чувствовала же она зов камня крови и безошибочно привела нас к костям Фадаара. И представить, что когда-нибудь она вдруг захочет кому-то навредить, я не могла. У меня было стойкое ощущение, что, потеряв эту девочку, мир лишится чего-то важного. Ровно той же уверенности было и другое чувство — я ещё пожалею о том, что нахожусь здесь.

На импровизированном операционном столе ничего не происходило, Киран выжал последние капли, пока рана на ладони не начала затягиваться, убрал руку. Атис нерешительно смотрел на дочь, залитую демонической кровью, и кусал губы.

— Чего ты ждешь? — решила уточнить.

— Надо смыть все и посмотреть, получилось ли. Рана должна была затянуться, а…

— Даже у демонов не настолько быстрая регенерация, — протянула я с сомнением.

А в следующую секунду мы все шарахнулись назад от резко распахнувшей глаза Валли. Из ее открытого в крике рта раздалось шипение, позвоночник выгнуло дугой, приподнимая тело над кроватью. Пальцы скрючились и заскребли по груди, размазывая кровь. Атис дернулся было к дочери, но не осмелился прикоснуться. А между тем по ее телу вдруг поползли черные линии, очерчивая вены под кожей. Валли забилась в судорогах, бессмысленные черные глаза таращились в потолок. Но вот спустя несколько мгновений черные линии посветлели и как будто растворились в теле, кожа стала стремительно менять цвет, пока не приобрела нормальный человеческий оттенок. Я сделала пару шагов, заглянула в глаза девочки — белки стали белыми, а радужка приобрела темный карий цвет. Постепенно судороги ушли, тело обмякло на кровати. Я решительно провела рукой по груди Валли, стирая кровь и почувствовала, как в удивлении мои брови пытаются залезть на лоб как можно выше: на груди ничего не было. Ни следа от надреза, ни камня. Как будто никто тут никаких манипуляций и не делал. Камень даже не прощупывался, под моими пальцами ощущались только ребра, обтянутые кожей.

— Фантастика, — выдохнула. — Эй, Валли, ты меня слышишь?

Взгляд карих глаз стал осмысленным, обратился на меня.

— Слышу, — она слабо улыбнулась бледными губами. — Не волнуйтесь, все будет хорошо.

— И это мне говорит девочка, в чью грудь только что камень вживили, — хмыкнула.

— Валли! — Атис неверяще провел пальцами по щеке дочери, девочка прильнула к большой отцовской ладони.

Я же отошла к Кирану, чтобы не мешать им, попросила наклониться, чтобы можно было говорить как можно тише.

— Ну и что мы с тобой теперь будем делать? — внимательно посмотрела в глаза демону. — Ты просил помощи, я помогла. Но решать этот вопрос придется тебе. Ты знаешь, как Маалар относится к магам крови. И мы должны что-нибудь придумать, пока…

— Поздно, — перебил меня демон, вздрагивая и как-то серея.

— О чем ты? — нахмурилась.

— Он уже здесь.

— Кто? — мой голос заметно сел, рефлекторно обернулась к двери, чувствуя, как волосы становятся дыбом. Нет, пусть это будет не тот, о ком я подумала, пожалуйста!

Стремглав бросилась к дверям, выскочила из дома. И почувствовала себя персонажем старого американского вестерна: ветер гонял песок, я стояла на пороге какой-то деревянной хибары, а мне навстречу из марева и пыли по дороге шел демон. Один. Только музыки подходящей не хватало. Похоронной.

Пока он был далеко, я ещё тешила себя последней надеждой, что это не Маалар. Ну не может же Правитель в одиночку заявиться в какую-то человеческую Харашем забытую деревеньку!

Но когда между нами осталось несколько шагов, сомнений уже не осталось — ещё как может. И я не выдержала, попятилась, спиной вперед возвращаясь в дом, а затем заходя в комнату, где на кровати уже сидели в обнимку Валли и Атис, сверкая счастливыми улыбками и ещё не понимая, что всем нам пришел маленький белый пушной зверек.

— Я так и не узнал твоего имени, — мужчина поднял голову, смотря на меня радостными глазами. — Я должен поблагодарить тебя, не знаю, что бы я без…

— Заткнись! — рыкнула, вжимая голову в плечи перед заходящим в дом Правителем.

И впервые увидела, как человек может побледнеть за секунду. Увидев, кто стоит на пороге, Атис в одно мгновение стал белее мела. Киран вытянулся по струнке, потом приложил руку к груди, склонил голову. И рухнул на оба колена под взглядом белых глаз. Когда эти невозможные глаза посмотрели на меня, стало нечем дышать. Сбылась мечта идиотки! Хотела узнать, что почувствовала бы в присутствии Правителя, будучи демонессой? Ну так наслаждайся! Пусть и не в синем теле, но ощущений выше Хараша! А ведь Маалар даже дымки тени не выпускал, просто посмотрел. А меня уже сложило вдвое, и я составила компанию Кирану на коленях. Только удержаться не получилось, рухнула на четвереньки. На меня давила просто неимоверная сила. Из носа хлынула кровь. Судя по тому, что в этот же момент практически перестала слышать, то уши постигла та же участь. Во рту появился привкус железа. Меня вырвало, я завалилась на бок, уже полностью падая на пол. Беспомощность, которую сейчас ощущала, пугала. Правитель одним своим присутствием уже убивал меня. Что же будет, если он решит применить тень⁈

— Ма… а… алар… — попыталась прохрипеть, но вышло слабо.

Правитель молча обвел всех нас взглядом, остановился на мне.

— Я тебе говорил, что не убью, пока не будешь вредить моей расе, — его голос проникал даже в залитые кровью уши. — Я предупреждал.

— Я… не… — в глазах потемнело, на горле как будто чьи-то пальцы сжались, окончательно лишая кислорода.

Попыталась бороться, дышать через силу, но вдруг что-то вздернуло меня