Владимир, Сын Волка 6 - RedDetonator

Американцы уже доказали, что являются компетентными в стратегическом и тактическом смысле, а ещё с них полностью сошёл тот налёт надменности, присущий им в первые недели «Трепета пустыни», поэтому будет глупо ожидать, что они проигнорируют все эти препятствия и понадеются на один молниеносный удар.

— Не такая уж и хорошая новость, товарищ майор, — грустно усмехнувшись, произнёс Иван. — Нам придётся оставить такой прекрасный город…

— Мы оставим его не просто так — нас тут сменят батальоны ССО Ирака, — ответил на это майор Мельников.

Генштаб Иракской армии очень высоко оценивает все подразделения наёмников и в высоких кабинетах принято считать батальоны всех участвующих в этой войне ЧВК примерно равными и, в отдельных случаях, превосходящими батальоны Сил Специальных Операций.

— Они не отдадут этот город просто так, поэтому духи заплатят за всё и сполна, — произнёс майор Мельников.

*СССР, РСФСР, Московская область, город Подольск, ЦНИИточмаш, 5 мая 2000 года*

— Что будешь делать на выходных? — спросил Геннадий Орлов.

— Завтра поеду на дачу, — ответил Владимир Жириновский. — С утра займёмся огородом, а к обеду пожарю шашлыки. Саддам придёт, Бутрос с женой, ну и чета Штернов. Бессмертных, подонок, улетел в Нью-Йорк, поэтому не сможет. А ты, мерзавец, на диете, поэтому тебе нельзя…

— Нельзя, — подтвердил Орлов.

Его уже начали готовить в космонавты, но основная подготовка начнётся после майских — он прошёл все медицинские обследования, признан пригодным в космонавты, а затем ему прислали на почту список ограничений в питании и поведении. Шашлыки и алкоголь ему больше нельзя, до самого возвращения из космоса…

Геннадий хочет в космос — он загорелся этой идеей и имеет очень хорошие шансы стать первым в истории человечества бывшим президентом, слетавшим на орбиту и посетившим станцию «Мир-2».

— Всё, идут… — сказал Жириновский, увидевший приближающуюся группу конструкторов.

ЦНИИточмаш перестраивали в течение последних двух лет: возведены сразу восемь новых производственных цехов, а также новое основное здание под расширенный штат сотрудников.

Сейчас Жириновский и Орлов находятся в демонстрационном центре ЦНИИточмаш, где производится презентация новых видов вооружения.

— Здравствуйте, Владимир Вольфович, — приветствовал президента Иван Илларионович Цай, старший конструктор КБ-7 при ЦНИИточмаш. — Здравствуйте, Геннадий Романович.

КБ-7 отвечает за разработку спецбоеприпасов, как правило, взрывного характера — бюро учреждено специально под разработку и опытное производство очень нетипичных изделий.

— Здравствуйте, Иван Илларионович, — приветствовал конструктора Жириновский.

— Здравствуйте, — поздоровался Орлов.

Цай поставил на стол картонную коробку и вытащил из неё металлический цилиндр, окрашенный в синий цвет.

— Это изделие имеет условное обозначение «Шрапнель», — сообщил он. — Оно полностью удовлетворяет требованиям техзадания и оснащено специальным взрывателем.

— Это же макет? — на всякий случай, уточнил Жириновский.

— Даже более того — разрезной макет! — подтвердил конструктор и разделил цилиндр на две равные половины. — Ознакомьтесь, Владимир Вольфович, ознакомьтесь, Геннадий Романович…

Он передал каждому из них по половинке цилиндра.

Владимир внимательно рассмотрел свою часть изделия и начал читать пояснения: в центре размещаются 2,5 килограмма смести А-IX-2, а корпус изготовлен из готовых поражающих элементов — стальных шариков диаметром 5 миллиметров, в количестве 4000 штук. Через сердцевину цилиндра проходит длинный электронный взрыватель.

— Испытания подрывом на высоте 10 метров показали сплошное поражение в радиусе 17–22 метров, а радиус несплошного поражения составляет до 40 метров, — сообщил Иван Илларионович. — Изделие давно готово к войсковым испытаниям, но Минобороны всё не даёт отмашку.

Минобороны медлит из-за того, что БПЛА-камикадзе «Казарка» ещё не готов.

Разработкой серии нового типа БПЛА занимается ГосНИИАС, не так давно, меньше двух лет назад, включённый в состав Центра информатики и электроники, для лучшей кооперации при разработке авиационных систем.

Ведётся разработка сверхлёгкого БПЛА-камикадзе «Олёнка» — на 800–900 граммов полезной массы, лёгкого БПЛА-камикадзе «Рисса» — на 2 килограмма полезной массы, и среднего БПЛА-камикадзе «Казарка» — на 5 килограммов полезной массы.

На последнем и планируется размещать разработанный спецбоеприпас, который примерно эквивалентен по мощности воздушному подрыву 122-миллиметрового калибра осколочно-фугасного снаряда.

Таким средним БПЛА-камикадзе можно будет поражать и выводить из строя скопления живой силы и лёгкой техники противника, что станет отличным подспорьем для Советской армии при оборонительных и наступательных действиях.

Но эти БПЛА, из-за новизны и сложности производства, будут очень дорогими.

Сверхлёгкая «Олёнка» будет стоить в пределах 20–25 тысяч рублей за единицу, а дальше своё возьмёт масштаб.

Лёгкая «Рисса» будет обходиться в 50–60 тысячи рублей за единицу, что, вообще-то, непомерно дорого и вызывает сомнения у ГКО.

А средняя «Казарка» будет стоить 92–120 тысяч рублей, что совсем ни в какие ворота…

И всё же, Жириновский настоял на разработке, которая обходится в миллионы рублей ежегодно, а также настаивает на массовом производстве нового вооружения.

Маршал Язов, всё так же состоящий в Совете обороны СССР, как и генерал-полковник Диков, поддерживают его всеми руками и ногами — они не забыли ту знаменательную демонстрацию 93-го года, в ходе которой мини-БПЛА «Оса-1» поразила Т-72Б.

«Оса-1» так и не ушла дальше демонстрационного образца, потому что её кропотливо разрабатывали специально для того, чтобы показать будущую угрозу, которая с годами становится всё реальнее и реальнее.

Маршал Язов лично держит руку на пульсе разработки БПЛА-камикадзе — для Владимира это не самая приоритетная цель, но для Дмитрия Тимофеевича она является основной и единственной.

Как ветеран Великой Отечественной войны, бившийся против фашистов на Волховском и Ленинградском фронтах, а затем добивавший их в Прибалтике, он, как никто, понимает, что эти БПЛА-камикадзе — это революция в военном деле.

Автором концепции он считает Жириновского, несмотря на то, что тот придумал отличную историю, якобы он «подсмотрел» идею у советских миротворцев, запустивших начинённую взрывчаткой «Пчелу» в опорный пункт боснийских боевиков.

Ратует за БПЛА-камикадзе Язов уже давно, но подходящий технический уровень появился только недавно — фундаментальные проблемы, препятствовавшие разработке, были решены и теперь настало время для интенсивных и дорогостоящих разработок.

— Скоро Минобороны изменит своё мнение, — пообещал Жириновский. — А вы, пока что, подумайте о том, чтобы приспособить этот спецбоеприпас для сухопутного применения. В армии он точно не станет лишним — сапёрам однозначно понравится что-то такое.

Сам Владимир уже представил несколько способов, как именно можно использовать подобную мощь в «житейских» ситуациях в зоне боевых действий.

Первое, что приходит ему на ум — заградительные мины с управляемым подрывом, позволяющие останавливать вражеские взводы и роты.

Также их можно использовать для уничтожения вражеских укреплений и для поддержки штурмовых действий — такие заряды будут очень кстати, когда нужно будет обезлюдить какой-нибудь ДОТ.

То есть, после минутного раздумья, Жириновский придумал три применения «Шрапнели» без БПЛА-носителя — при более вдумчивом исследовании вопроса,