Он вернется до рассвета. Книга 1 - Тэнло Вэйчжи

ней так близко, что его левая рука с зажатой в пальцах сигаретой чуть не коснулась ее куртки. Тлеющий огонек был особенно заметен в темноте, он затянулся и молча затушил сигарету кончиками пальцев. Оба молчали: Бэй Яо – от застенчивости и раздражения, а Пэй Чуань – от десяти тысяч ароматов, которые переплелись между ними. Парень нахмурился: «Так больше не может продолжаться».

– Отойди! – сказал он.

Маленькая рука Бэй Яо сжимала поздравительную открытку, но теперь она не хотела вручать ее. Девушка упрямо осталась стоять на месте.

Когда Пэй Чуань посмотрел на нее, его сердце непроизвольно заколотилось еще сильнее. Горькие и сладкие воспоминания слились воедино. Его голос был слегка хриплым, он говорил на несколько тонов ниже:

– Что с тобой? Что-то не так?

Щеки Бэй Яо медленно покраснели.

– А?

Она думала, что если случайно встретит Пэй Чуаня, то мимоходом передаст ему поздравительную открытку. Если же она не сможет увидеться с ним, тогда просто забудет об этом. Но когда она заметила его рядом с У Мо…

Разве она не говорила Пэй Чуаню, что У Мо не так хороша, как кажется? Ей хотелось задать столько вопросов: «Что ты почувствовал после моего поцелуя? Правда ли то, что пишут в интернете? Тебе было до смерти приятно? Твое сердце учащенно забилось? Ты ощутил бабочек в животе?»

Пэй Чуань не мог разглядеть ее слегка покрасневшие щеки, только милые очертания лица да пару манящих ясных глаз в темноте.

– Мне не по себе… – прошептала Бэй Яо.

Пэй Чуань нахмурился:

– Что с тобой?

Она понимала, что это не лучшая идея. Если ей действительно нравится Пэй Чуань, то разве это означало то, что и она ему тоже? Не возненавидел ли он ее за ту глупость, которую девушка совершила в тот день в горячке?

Бэй Яо проговорила:

– Ну… голова кружится…

Пэй Чуань поджал губы, его сердце сковала невыразимая горечь. Он только вчера пообещал ее родителям держаться от нее подальше… Но, когда увидел ее сегодня, в его сердце снова зародился лучик надежды. Пэй Чуань просто хотел поговорить с ней, не ожидая ничего другого.

Бэй Яо набралась смелости и мягко спросила:

– Можно мне опереться?

Она сделала шаг вперед, нервно пытаясь прижаться личиком к его груди.

Ночь была тихой. Снег мягко падал на ветви зеленых елей. Лоб девушки мягко упирался в мужскую грудь. Мышцы подростка напряглись почти мгновенно, как будто на него наложили волшебные чары и он не мог пошевелиться. Прямо там, где она касалась его, находилось его сердце. Обе руки Пэй Чуаня, одна из которых все еще была перевязана, а другая скрывала сигарету, напряглись, когда он позволил ей прислониться к себе. Она, конечно, должна была слышать, как бешено колотится его сердце?

Грудь Пэй Чуаня была теплой – странно, ведь он казался таким раздражительным и холодным, но температура его тела всегда была высокой. К удивлению Бэй Яо, сердцебиение Пэй Чуаня только учащалось, хотя для нее он выглядел до дрожи невозмутимым.

Его мускулы напряглись, а от нахлынувшей робости покраснели кончики ушей. Пэй Чуань досадливо скрипнул зубами: по крайней мере, он помнил, что вчера обещал тете Чжао. Ее родители были готовы отдать ему все накопленные деньги ради того, чтобы он отпустил их дочь.

– Тебе лучше? – спросил Пэй Чуань.

Бэй Яо робко ответила:

– Нет, кажется, голова все еще кружится.

Пэй Чуань на мгновение чуть не потерял сознание. «Это настоящая пытка…»

Глава 45

Несколько раз рука Пэй Чуаня поднималась, а затем резко опускалась. Он не мог обнять ее, это было так же трудно, как и оттолкнуть.

Сердце Бэй Яо тоже учащенно билось, это чувство было для нее незнакомым и новым. Только когда снежинки на ее волосах растаяли от тепла его тела, принеся немного прохлады, она подняла голову от его груди.

– Мне… мне лучше…

Бэй Яо ошарашенно прикрыла лоб рукой, он был таким горячим, словно ее обжег жар Пэй Чуаня. Она подняла взгляд, чтобы посмотреть на него, но в тусклом свете смогла разглядеть лишь очертания челюсти.

Пэй Чуань опустил глаза:

– Хм…

На нервах он хрустнул пальцами, понимая, что не всегда мог говорить в присутствии Бэй Яо. Все его мысли занимало лишь бешено колотящееся сердце.

Бэй Яо наконец придумала подходящий вопрос:

– Твоей руке уже лучше?

– Лучше, – подавляя напряжение, ответил он.

– Дай-ка я посмотрю.

Бэй Яо помнила, что у Пэй Чуаня была повреждена правая рука. Она осторожно приподняла ее: повязка была туго намотана, белый цвет бинта особенно выделялся ночью.

Прикосновение Бэй Яо было нежным и легким, будто бы кончики ее пальцев осторожно касались мягкого хлопка. Она держала его руку так, словно та была хрупким сокровищем. И все же Пэй Чуань прекрасно знал, что не был чем-то ценным. Даже его собственная мать, Цзян Вэньцзюань, считала его грязным. Пройдя через столько испытаний, он и сам не понимал, что может его уничтожить.

Две маленькие мягкие ручки с длинными пальчиками бережно держали его правую руку. Белоснежная кожа девушки почти светилась в темноте. Руки Пэй Чуаня – это руки боксера, костяшки пальцев широкие и грубые. Не говоря уже о том, что они были обмотаны бинтами… Он знал, что все, что выглядит некрасиво, вызывает чувство сопротивления, а точнее, отвращения.

Пэй Чуань отдернул руку:

– Уже почти зажило.

Бэй Яо заметила, что цвет повязки на ладони изменился. Она не осмелилась затронуть тему поцелуя, но, заметив скованность Пэй Чуаня, решила, что его чувства отличаются от тех, которые испытывала она. «Он похож на холодный камень… Тогда почему так быстро бьется его сердце? Неужели потому, что он боится сделать мне больно своим отказом?»

Бэй Яо взяла инициативу в свои руки:

– Ну что ж, тогда можешь идти.

Девушка никогда не делала ничего такого, что не понравилось бы Пэй Чуаню. Она отступила назад и позволила парню отойти. Подумав, Бэй Яо улыбнулась и сказала:

– Пэй Чуань, бросай курить! Это вредно для твоего здоровья!

Он замедлил шаг.

– И еще, с Рождеством! Учись хорошо!

Пэй Чуань не сказал ни да, ни нет, его левая рука, крепко сжимавшая сигарету, наконец выбросила ее.

На Рождество в «Цинши» было особенно оживленно. Цзинь Цзыян с остальными хорошо проводили время. Пэй Чуань отошел уже далеко, но все равно не мог не обернуться. Бэй Яо больше не стояла под большой елкой. Он с досадой коснулся своего сердца…