Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

— Экраноплан туда своим ходом не дойдет, — по-прежнему сонно отозвался Казаринов.

— А если устроить разведку самой гладкой и ровной дороги? — спросил Перегуда.

— Все равно, — ответил Поликарп. — Как ни разведывай, а все эти холмы-буераки — не для такой громоздкой машины. Ее даже высокая трава может повредить, не говоря уж о камнях.

— Скорость к тому же должна быть максимальной, — добавил Казаринов, — иначе экраноплан не поднимется. А это значит, что управление должно быть безупречным. Малейшая ошибка пилота... И все, у нас нет машины.

— Что же вы такое сделали, если она даже над землей ходить не может? — буркнул Смага.

— Сделали с учетом Полдневных океанов, — спокойно объяснил Казаринов. — Для океанов Земли, например, она бы уже не подошла. Пришлось бы, вероятно, устраивать подводное крыло или...

— Стоп, — попросил Дондик, — без технических деталей. Рост, как ты хочешь выполнить свое условие?

— Машину, если она не может ходить над землей, следует перенести по воздуху. — Он посмотрел на инженеров и твердо добавил: — Просто-напросто перелететь туда, может быть, с помощью пары других крейсеров. Разумеется, используя и основной треугольник, который позволит управлять всем крылом и добавит скорости.

— Это возможно? — спросил Дондик у Поликарпа.

— Считать надо, — вздохнул инженер. — Можно максимально облегчить несущие крейсеры, чтобы увеличить до предела подъемную силу и скорость, как подсказал Ростик... То есть считать динамически... Не знаю пока.

— Траверсу все равно придется делать, — высказался Казаринов. — На мягких подвесках, потому что синхронизировать работу трех пилотов — это, я вам скажу, не намного проще, чем без единого контакта с грунтом провести экраноплан своим ходом несколько сот километров.

— Значит, все-таки возможно, — удовлетворенно высказался Перегуда.

— Тогда о сроках, — кивнул Дондик. — Даю вам на решение этой проблемы... неделю. Если за это время не справитесь, отложим поход до весны. И так-то не слишком надежно получается, а с этими штормами — и вовсе, особенно на обратном пути, когда экраноплан пойдет груженым.

«Если пойдем и если гружеными», — подумал Ростик, как, наверное, и все подумали, включая самого Председателя.

— За неделю можем не успеть, — попробовал спорить Поликарп, но Дондик только кивнул ему, и все встало на свои места.

Потом Председатель посмотрел на Ростика.

— А ты займись-ка поисками травы в лесу дваров.

— Как это? — не понял Смага.

— Он же разведчик, — ответил ему Дондик. — Пусть ищет эту ихну в лесу. Заодно и экипаж свой слетает, тоже не последнее дело.

— Экипаж лучше бы нам поручить, чтобы мы научили их тащить экраноплан на траверсе, — начал было Поликарп, но Перегуда жестковато отозвался:

— Для этой операции возьмите других людей. У нас их два десятка на аэродроме почти без дела болтается. И дрессируйте, сколько влезет...

А он не слишком любит служивых, понял Рост и хмыкнул. Хотя перспектива две недели висеть над лесом дваров и искать, не зная чего, была не из лучших. Но, кажется, тут уже все решили, что ему можно отдавать приказы. Или это к лучшему, иначе какая к черту дисциплина, если не приказывать? Кто он — свободный художник или все-таки офицер?

Этим Рост и занялся. Прежде всего еще раз проверил крейсер, на котором собирались отправиться через море, а потом принялись летать над лесом, словно не было у них никакого другого дела. Иногда часов по четырнадцать висели в воздухе. Почти сразу же возникло два затруднения.

Первое касалось летающих китов, которые по осени собирались над лесом такими стаями, что иногда приходилось от них улепетывать. Устраивать с ними корриду у Роста не было ни желания, ни возможности. Хотя к черным треугольникам эти почти невидимые и весьма голодные звери относились с большим уважением, чем к простым лодочкам. Но все равно могли броситься.

Вторая трудность возникла, когда к Росту совершенно неожиданно прибыли Пестель с Кимом. Пестелю приказали принять участие в этих поисках, может быть, потому, что Дондик не очень-то верил, что Гринев возьмется за полеты над лесом всерьез. А вот от Кима пришлось отказаться, объяснив ему, что Рост слетывает экипаж, и участие такого классного пилота, как Ким, который не пойдет с ними через море, все-таки нежелательно.

— А можно, я просто так посмотрю, как твои ребята действуют? — заныл Ким, когда понял, что Рост намерен дать ему от ворот поворот.

— Когда тебя учили, очень здорово опекали? — спросил Ростик. И сам же ответил: — Нет, потому что если кто-то такой авторитетный, как ты, рядом, тогда... Даже Изыльметьев начнет нервничать.

— Знал бы я, какой ты непреклонный, — зашипел Ким, — я бы его тебе ни в жизни не отдал.

— За то, что отдал, спасибо. А что тебе нельзя с нами, возможно, сам виноват. Нужно было с самого начала считать это делом решенным, тогда бы никто и не подумал, что без тебя можно обойтись.

Ким повздыхал, еще немного поныл, но в конце концов признался:

— Меня сейчас не особенно-то и отпускают в дальние походы... Знаешь, скучать начал.

— В начальники выбился, вот и терзайся, а меня, пожалуйста, не трогай.

В общем, плоховато получилось, но Ким-служака в конце концов подчинился. И даже, по старой дружбе, не слишком обиделся.

Изыльметьев, который очень нервно наблюдал за тем, сменит его Рост на Кима или нет, облегченно перевел дух, а потом так явно обрадовался, что временами даже Лада за это его подначивала. А Рост вспоминал, как этот мальчишка улыбался, когда вел на ходовых испытаниях экраноплан и считал, что все сделал правильно. Таким, как Серый, трудно оставаться без дела, в тылу, в бесконечных и не очень уже нужных ему учениях.

Но сколько они ни летали, Рост, несмотря на все свои попытки сосредоточиться, так и не сумел уловить даже намека на то, что искомая трава внизу имеется. Сам он этому совершенно не удивлялся, зато другим показалось странным, что как-то во время полета и попытался прояснить Катериничев. Он вторгся в кабину с главными пушками, где сидел в тот момент Ростик, и спросил не слишком громко:

— Командир, я вот чего не понимаю. Ведь тут есть леса дваров. И на той стороне континента тоже. Ты говоришь, что эти деревья растут только в том случае, если есть трава. Так как же они могли тут вырасти, если деревья есть, а травы — нет?

— Спроси Пестеля, он у нас спец по биологии.

— Он даже не знает, как эта трава выглядит.

— Признаться, я тоже не знаю, — сказал Ростик. — Видел один раз на экране в Нуаколе, когда мне о ней лекцию