Небесный всадник. Том 3 - Кирико Кири

Ну… отсюда она выглядит, конечно, ещё внушительнее. Лес стеной окружал дыру, но не подходил к трещине вплотную, был отступ где-то в метров десять от края. Подойдя к краю, можно было спокойно разглядеть ломанное-переломанное дно, заваленное булыжником. Больше похоже на карстовую ворону, если честно.

Так, а где тут спуститься…

Я едва начал оглядываться и тут же лёг, словно под пулемётным огнём. И всё из-за незваной гости, которая ходила на другом краю трещины. Если точнее, агадарка.

Как я её сразу не заметил? Наверное, вышла одновременно со мной, но судя по тому, как она ходит по краю и бросает взгляд вниз, меня она не заметила. Так, ладно, хорошо, надо будет дождаться, пока она свалит, а потом уже спускаться. К тому же меня немного вырубало и перед спуском стоило чуть-чуть отдохнуть.

Сказано — сделано. Я отошёл на почтительное расстояние, где и разбил небольшой лагерь. Перекусил, представил, как прохватываю феерической звизды, ещё поел, попил. Задумался о этой трещине.

Вообще, учитывая, что сюда постоянно кого-то отправляют, включая новоиспечённых небесных всадниц, то думаю, там не так уж и опасно. Никто бы не стал рисковать собственным будущем. Скорее всего, там водится какая-нибудь дикая живность, не более. Более того, думаю, здесь будет сложнее кого-нибудь в принципе встретить, так как это место, как я понял, чуть ли не для половничества.

Подробностей про эту пещеру не было от слова совсем, иначе смысла лететь сюда не было. И я рассчитывал здесь найти хоть какие-то доказательства, что тварь, которую я встретил ­— не вымысел. Старые надписи, какой-нибудь храм, да хоть намёк, что есть нечто подобное, что можно было предъявить. Ну или не найти, успокоиться и свалить.

Немного передохнув, я вновь вернулся к трещине, но что я там увидел? Агадарка как бегала по её краю, так и продолжала бегать. То есть она подходит, смотрит вниз, отходит и идёт в другое место, как будто ищет где спуститься.

Я вернулся через два часа и застал такую же картину. А потом ещё и вечером — агадарка продолжала бегать вокруг трещины, пока полностью не стемнело, после чего благополучно свалила. Только в кромешной тьме я и сам спускаться не собирался, поэтому дождался утра и…

И эта агадарка всё равно ходила там вокруг, как заведённая. Она молится что ли…

В этот раз я даже уходить не стал, просто заныкался в кустах и стал ждать. И что? Она, я без преувеличений, весь день там бегала, пока не стемнело, после чего опять ушла. Я не думаю, что она здесь по мою душу, скорее ссытся спуститься. Только вот она и на третий день пришла, начав вновь ходить по кругу.

Я даже не знаю, что она делает. Охраняет может это место, чтобы никто не выполз? Но я вроде сидел тут ночью и вообще тихо, никто из расщелины не лез, и даже чуйка мирно спала. Она тоже не выглядела, как охраница. Ждёт возвращения кого-то? Но как-то странно ждёт, будто сигануть сама хочет.

Как бы то ни было, мне даже пришлось возвращаться к Бегемоту, чтобы чуть-чуть таймер отодвинуть. А когда вернулся…

Да, она всё так же там шлялась. Вокруг края. Я не знаю, может её немного подтолкнуть? Уже хотелось выйти и сказать, ну хули ты ссышься⁈ Даже я ссусь, уже сраться начал, но всё равно собираюсь туда лезть, а ты чего? И блин, будь там опасно, вас бы туда не посылали!

И когда я уже серьёзно начал задумываться о том чтобы спуститься ночью, она…

Ушла.

Ну наконец-то, а то я уже было думал, что она здесь вообще поселится.

Прождав в засаде ещё минут двадцать на всякий случай, я покинул укрытие и быстро подошёл к краю. Пока она не вернулась, надо было по скорому спуститься. Та-а-ак… она уходи со стороны запада, значит можно спускаться прямо здесь, где я сейчас. Тут как раз вросший в землю валун удачно расположился.

Обвязав верёвку вокруг камня, я скинул её вниз и быстро заскользил вниз, обжигая ладони. Надо будет взять на заметку, что нужны перчатки.

Внизу царила умиротворённость. Лёгкая тень, прохлада, всё тихо и спокойно, что не верилось, будто это место могло быть вратами ада или чем они там его называли. Единственное, из-за камней можно было легко ногу сломать, однако это была наименьшая из проблем.

Быстро перескакивая с одного булыжника на другой, я вышел к середине трещины, где уже можно было спокойно идти по ровному каменному полу. Тут же протекал небольшой ручей, который оказался своеобразным указателем, где вход. А вход находился в противоположной стороне от места, где я спустился. Выглядело так, будто земная твердь дала трещину и открыла путь в пещеры.

Бросив взгляд наверх, что никто не видит, я быстро пробежал вперёд.

Вход представлял из себя треугольную трещину, уходящую во тьму. Но тут так часто бывали, что уже успели расчисть завалы, и передо мной был чистый, словно в музей подземных пещер, вход. Никакой опасностью здесь и не пахло, скорее туристическая зона. Конечно, внешность бывает обманчива, и я тоже не собирался терять бдительности, но всё равно, какой-то опасностью или заброшенностью, где действительно хоть что-то может водиться, здесь и не пахло.

Я шагнул вперёд, и ещё пару десятков метров шёл в лучах света, который смог пробиться сюда, после чего всё окутал мрак. И даже в нём моё зрение позволяло хоть что-то разглядеть, настолько острым оно стало. Видеть я перестану, когда будет вообще абсолютная темнота.

Чем дальше я ходил, тем больше разочаровывался. Пещера была вылизана до чиста. Обычно, когда спускаешься в пещеру, под ногами будет пожухлая листва, которую сюда занесло, песок, мелкий камень и булыжники. Здесь же был гладкий чистый каменный пол. Вот просто как будто кто-то специально его подмёл.

Вскоре стало темно настолько, что даже моё зрение не спасало, и тут пригодилось масло с ветошью, плюс палка, которую я захватил с собой. Немного простых манипуляций, искры с зажигалки, и у меня уже был готов факел.

Чувствуя себя первооткрывателем, я поднял факел над головой, оглядываясь по сторонам.

Пещера с изломанными стенами, которые были испещрены прожилками разных, уходила дальше вниз, теряясь во тьме сразу за кругом света. В кромешной тьме я слышал только поскрипывания камня над головой и собственное дыхание. В принципе, ничего прямо-таки страшного, чуйка упорно продолжала молчать, да и волнения или какого-либо страха я не особо