Попал – не пропал. Книга 5 - Ринат Камильевич Назипов

— И не смогут. По своей сути, нейросеть это совсем маленький имплант, который внедряется в кость черепа и в течении суток создает, параллельно с естественной нейросетью, ещё одну — искусственную. Что позволяет быстрее, намного быстрее думать, проводить сложные расчёты, изучать Базы Знаний самой разной направленности. Память становится, по факту, идеальной, человек уже никогда ничего не забудет, если сам не захочет и не удалит те или иные воспоминания. Нейросеть даёт такую возможность, а помимо этого ещё и позволяет работать с памятью, вспомнить, как говорится, то, что давно и прочно, казалось бы, забыл. Помимо этого, нейросеть позволяет фиксировать, записывать звук или изображение, нейросеть регулирует гормональный баланс и поддерживает, за счёт синтеза необходимых веществ, текущее состояние носителя, словно бы замораживая его организм. В общем, функций у нейросети очень много, все они описаны в соответствующей Базе Знаний, что идёт вместе с ней. Только ставить её надо уже после медкапсулы, когда организм приведён к почти идеальному состоянию.

— Но ведь установка этой твоей нейросети не обязательна?

— Нет, конечно, поэтому я и спрашиваю.

— Тогда пока повременим.

— Как скажете. Ну так что, приступим?

— Да, товарищ Надеждин, приступим. — кивнув, я достаю из хранилища полевой медицинский комплекс идзуми.

— Раздевайтесь, товарищ Сталин и устраивайтесь поудобнее. — показываю я на ложе медкомплекса. Сталин с трудом и с опаской косясь на здоровенную бандуру, расположившуюся в его кабинете, раздевается и укладывается на ложе. — Ничего не бойтесь, Иосиф Виссарионович, лечение проходит во сне, вы даже и не заметите. — говорю я и активирую комплекс. Крышка медленно опускается, но Сталин этого уже не видит — он спит.

Через пару минут мне на нейросеть приходят результаты диагностики и я только невольно вздыхаю — не был бы Сталин псионом, пусть и слабым, то уже давно бы умер. Ну, да ладно, опускаю все упоминания о расе, возрасте, чистоте крови, процентном соотношении к эталонному образцу и прочее, сразу берусь за внутренние органы, в первую очередь и энергосистему во-вторую. Это позволит значительно сократить время восстановления, если наоборот, то оно увеличится кратно. Минут десять трачу на выставление приоритетов и порядок работы. Результат не сильно, но радует — пятьдесят восемь часов и сколько-то там минут. Всё, теперь остаётся только ждать.

Время тянется невыразимо медленно, прошло всего пару часов, а ощущение, словно бы уже вторые сутки пошли. Включаю визор, нахожу папку с музыкой, запускаю наугад, всё стало чуть повеселее. Через три часа первый звонок телефона, отвечает Судоплатов, кто и что говорит, не слышу, да и не хочу, только односложные ответы генерала — «Да», «Нет», «Приступайте» и всё в таком духе. Через семь часов опять звонок, отвечает снова Судоплатов. На этот раз он даже чуть подтягивается, да и ответы уже другие — «Так точно», «Никак нет», «Без изменений». Положив трубку Судоплатов начинает нервно ходить по помещению.

— Может чайку? — чуть разряжает атмосферу Воронов.

— Можно и чайку. — соглашается с ним Судоплатов.

— А может чего покрепче? — спрашиваю уже я и добавляю. — А то вы какие-то слишком уж напряжённые.

— Можно и покрепче. — почти в унисон говорят генералы и переглянувшись чуть улыбаются.

Ну, запасы алкоголя у меня, конечно, есть, но немного, да и качеством отменным, поэтому не долго думая достаю из хранилища бутылку французского коньяка и кусок швейцарского сыра.

— Эх, под коньячок да лимончик бы. — потирая руки заявляет Воронов.

— Закусывай чем дают, царская твоя морда. — усмехаюсь я.

— Да я и не против. — отвечает Николаич и интересуется. — А почему царская-то?

— А ты, Николаич, не знаешь? — удивляюсь я.

— Не знаю чего?

— Вообще-то, закусывать коньяк лимоном придумал Николай Второй и это, наверное, самое глупое, что он мог придумать. Нигде в Мире коньяк лимоном не закусывают — кофе, шоколад, сигары, выдержанные коньяки можно закусывать сухофруктами, но, никак не лимоном — кислота цитрусовых забивает вкусовые рецепторы и не позволяет почувствовать коньячный букет. Я думаю, что именно вот из-за этого рацпредложения, Николая с семьёй, в своё время и отказались принять в Англии — варварам среди джентльменов не место, даже коронованным. — шучу я, а Судоплатов мрачнеет.

— Из-за этого лимона в тридцать четвёртом, в Германии и Англии, у нас несколько нелегалов погорело. Потом-то нашли преподавателя по светскому этикету. Ох, сколько там всяких заморочек, вплоть до того, как надо правильно раскуривать те же сигары или прикуривать от спички или зажигалки. А в тридцать девятом, один наш агент в Германии провалился… знаете на чём?

— На папиросах. — отвечаю я.

— Как это на папиросах? — удивился Воронов, а Судоплатов выжидаючи на меня посмотрел.

— В Европе папиросы не разминают. — пояснил я и добавил. — И не пережимают, а использую мундштук.

Так за бутылочкой и беседами просидели почти четыре часа. Я даже пару политических анекдотов из будущего рассказал, потом пару историй о своих приключениях в магических Мирах. Вот тут-то Судоплатов и задал не очень мне приятный вопрос.

— Руслан, а у нас в Союзе эти твои маги-волшебники есть? — Воронов даже слегка дёрнулся, а я, чуть подумав, ответил.

— Землян — нет. А вот пришлые из других Миров встречаются.

— Маги-пришельцы среди нас⁈ — генерал аж подпрыгнул.

— Ну, магов-пришельцев я, пока, не встречал, а вот их потомков, приходилось.

— А почему среди землян магов нет? Ты же сам говорил, что товарищ Сталин маг. — спросил Воронов.

— Товарищ Сталин не маг, а псион, это совсем разные понятия. Да и как псион он очень и очень слабый. А магов на Земле нет из-за, практически отсутствующего магического фона. Даже сильный маг, попав на Землю, постепенно будет терять свои силы. Конечно, на это уйдут века, но постепенно он ослабнет и утратит Дар. А вот с их потомками ситуация немного другая. Сильными магами им, конечно, не стать, но где-то на уровне слабеньких середнячков, наиболее сильные из них, могут закрепиться, ведь энергосистема тоже приспосабливается к существующему фону.

— Руслан, а… Бог есть? — почти шёпотом спросил Воронов.

— В земном, человеческом понимании — нет.

— А не «в земном»? — уточнил Судоплатов.

— А «в неземном» — есть. В магических Мирах это маги, перешагнувшие в своём развитии определённую ступень, а