Скучная жизнь. Книги 1-6 - Виталий Хонихоев

реальной жизни». С конкуренцией и отсутствием старших над нами. Проще говоря в нашей школе закон джунглей, никто не станет вмешиваться, пока кто-нибудь кого-нибудь не покалечит. Да и тогда никто не вмешается. Мы все тут — как бойцовские рыбки в тесном аквариуме, конкуренция тут на первом месте. В другой школе главу студсовета за подстрекание к драке давно бы сняли. А у нас Мэй впрямую на сторону Хана встала. Что ты ей сделал?

— Ничего я ей не делал!

— Ты учти, Бон Хва, она из семьи Мэй, ее папа довольно влиятельный бизнесмен, если уж обесчестил и жениться не можешь, хоть официальной любовницей сделай.

— Да откуда у тебя такие дикие мысли!

— Ты отрицаешь все слишком наигранно! — тычет в него пальцем Минсе: — признавайся, ты же чеболь!

— Минсе! — Соен толкает ее в плечо: — ну-ка прекрати!

— А что, Минсе⁈ Он же чеболь! Пусть признается, мы же одноклассники!

— Он не может признаться. — вступает в разговор Нари: — он же тут инкогнито! Чтобы научиться управлять такими как мы.

— Да неправда это все! Я… не богатый. И семья у меня тоже. С чего вы взяли… — Бон Хва чувствует, что звучит крайне неубедительно. Ему охота быть богатым, видимо поэтому и не получается отрицать. Вроде как если подбежит стайка красивых девчонок и начнут хвалить «какой ты Бон Хва, красивый, сильный и умный!» — и он это будет отрицать, но… неубедительно. Краснея, стесняясь и в затылке почесывая с глупой улыбкой.

— Тихо все. — говорит Соен: — вот мы и пришли. Бон Хва, если ты уж решил не пользоваться помощью людей в твоей семье, которые «решают проблемы», я надеюсь у тебя есть козырь в рукаве. Потому что про этого Хана и правда всякое говорят.

— Файтин, чеболь! — Минсе вскидывает руку, сжатую в кулаке: — не опозорь наш класс.

— Отстань от него, Минсе!

Бон Хва окидывает взглядом бейсбольную площадку. Сегодня здесь людно. Одноклассников он узнает, но кругом полно незнакомых лиц. Среди всех, на скамейках по периметру — выделяется высокий и широкоплечий парень с короткими волосами. Его пиджак небрежно наброшен на плечи, рядом с ним сидят четыре девчонки в незнакомой школьной форме. Но как они сидят! Если «Лоллипоп» просто шли рядом с Бон Хва, то четыре девчонки — ластятся к незнакомому парню, создавая картину «Султан и его гарем». Они что-то щебетали ему на ухо, прижимаясь к нему так, словно бы он был магнит, а они — железными опилками. Только одна из этих девчонок не прижималась к парню, а сидела рядом, поставив ногу на скамейку перед ней, так что ее юбка невольно задралась. А еще она — курила и стряхивала пепел в банку перед собой. Парень же — смотрел прямо на Бон Хва тяжелым, немигающим взглядом.

— Ого! Сам Минхо пришел сегодня! — пискнула Минсе: — второй раз за все это время его вижу рядом со школой.

Бон Хва почувствовал, что у него ноги стали ватными. Слабыми и едва двигались. Подкашивались. Потому что на том краю бейсбольного поля с искусственной травой в качестве покрытия — стоял Хан. Стоял и о чем-то говорил с Мэй Со Юн.

— Все-таки странно это. — говорит Соен: — чтобы Мэй-нуна вот так свои предпочтения показывала. Она реально тебя ненавидит, Бон Хва.

— Это, наверное, потому, что твоя семья ее семье конкуренцию в бизнесе составляет? Хотя… кто они такие по сравнению с твоей семьей? Пыль. — разводит руками Минсе: — не более того.

— Семья Мэй действительно ничего не стоит по сравнению с настоящей семьей. — задумчиво добавляет Нари: — но он же никогда не признается. Минсе, пожалуйста уважай его тайну. Раз он сам не желает об этом говорить — значит и нам не следует. Ой, сюда Мэй-нуна идет!

И действительно, Со Юн направилась в их сторону.

— Смотри как идет, малыш. А ведь сейчас на нее все смотрят. И она — словно не понимает, не видит этого. Твердая походка, высоко поднятая голова. Некоторые дети так рано становятся похожими на своих родителей. И откуда у людей такая страсть к власти?

— Что?

— Ничего. Говорю она не идет, а пишет, а ты рот открыл и прочитать не можешь. Отдавай-ка мне управление, хватит позориться. В следующий раз сам все будешь разруливать.

— А… хорошо.

— Бон Хва. — говорит Мэй Со Юн, подойдя достаточно близко и остановившись так, чтобы ее было отчетливо слышно, но не так, чтобы можно было подумать, что они — вместе.

— Мэй Со Юн-нуна. — наклоняет он голову.

— Я тут как представитель студсовета. Чтобы гасить конфликты среди учеников. — сухо говорит она: — Ты не желаешь примириться с Ханом и принять его условия?

— Это какие еще? Обувь ему вылизать? Нет, уж спасибо.

— Как я и думала. Что же. Тогда как представитель студсовета я прослежу за тем, чтобы результаты вашего… конфликта — не стали причиной для вендетты. Во-первых, соглашаясь на поединок ты принимаешь правила и условия, связанные с этим. Вне зависимости от результата, и твоя семья, и семья Хана — признают этот результат. Будь то поражение или победа. На этом конфликт будет считаться завершенным. Ясно? Во-вторых, никто никому не выставляет медицинские счета, счета за моральный вред или материальный ущерб. Это тоже понятно? Отлично. Снимай свой пиджак и давай его сюда. — она протягивает руку.

Он снимает пиджак, передает его ей. В ее руках — только его пиджак, Хан без пиджака, в рубашке с закатанными рукавами. На какой-то момент ситуация кажется ему такой знакомой, как будто он уже проживал что-то похожее… но когда это было?

— А правила? — уточняет он у Мэй: — какие-то еще правила будут?

— Это драка за школой, какие правила, — пожимает она плечами: — кто остался стоять, тот и победил. Помнишь, что я тебе сказала? Не смей его калечить, мистер Оками.

— Вы все время путаете меня с кем-то, госпожа Мэй.

— Все, ступай. — она делает шаг в сторону, освобождая проход вперед.

Он идет вперед, навстречу стоящему Хану, который разминает шею, наклоняя ее в разные стороны. Бон Хва бросает взгляд по сторонам. Сегодня здесь много народу. Наверное, почти четверть от всех учеников школы.

— Что же. Я не имею ничего против тебя. — говорит Хан, стоя прямо и держа руки в карманах: — А где твой дружок, который любит руками размахивать? Вообще-то это он тут должен был стоять.

— Не знаю. — признается Бон Хва: — пропал куда-то.

— И ты защищаешь такого труса как он? Не повезло тебе с друзьями. —