"Фантастика 2026-42". Компиляция. Книги 1-13 - Соня Марей

— Что?

— В деле говорилось, что она убила его за то, что он её изнасиловал. Вы что-то знаете об это? — повторил он. — Может дочь вам что-то рассказывала?

— Что… нет, он бы никогда не стал этого делать! — вспыхнула она возмущением. — Я хорошо знаю этого человека, он бы никогда не посмел такого сделать!

— А просто заниматься с ней сексом?

— Она моя дочь! — ведьма покраснела до корней волос, так ещё и уши засветились.

— Но не его, — напомнил Кондрат. — Для него она даже не падчерица, а обычная молодая девушка, дочь его бывшей любви.

— Нет, она не спала с ним, я уверена! — твёрдо заявила ведьма.

Ну это она так говорит, а Кондрат знал, как иногда случается. Падчерицы спят с мужьями матерей, пасынки с жёнами отцов. И ничего их от этого не останавливает, так как они не родные. Как говорится, дела семейные.

— Ясно… — протянул она, потерев переносицу.

— Так ты посмотришь дело, Кондрат? — подалась вперёд Лита. — Просто взгляни, может что-то сразу заметишь.

— Я ничего не обещаю, — отпил он кофе. — Его веду не я, да и оно уже закрыто, по факту, так что вряд ли меня вообще к нему подпустят.

Девушка влипла по полной. Скорее всего, её уже допрашивают в подвалах даже не просто специальной службы, а самого дворца. И не факт, что не усиленного допроса, ведь если она будет говорить, что ни в чём не виновата, тут как пить дать, к этому вопросу подойдут со всей ответственностью.

В чём и заключалась проблема пыток. Да, виновный будет врать и под пытками сознается, но под пытками сознается и невиновный. А если так, то они просто нахрен никому не нужны, кроме тех, кто ими занимается.

На этом разговор можно было заканчивать. Больше они ничего не добьются, ни он от них, ни они от него. Общую картину Кондрат и так понял, а что-то новое они вряд ли ему смогут рассказать. Картина была странной, очень подозрительной, и его не покидало ощущение, что они что-то не договаривают. Что именно…

Ему плевать, он не будет этим заниматься. Он и так пошёл на некоторые жертвы, чтобы получить эту работу, и отказываться от неё просто потому, что его просят помочь подозрительные личности, которые и сами любят по играть в подковерные игры, Кондрат не собирался.

— Кто меня проводит обратно? ­— встал Кондрат с кресла и взглянул на свою старую знакомую. — Лита?

— Я тебя провожу, — вызвалась внезапно кудрявая ведьма и протянула руку. — Давай.

— Ты хоть знаешь, куда именно надо меня возвращать? — спросил Кондрат.

— Представь место.

— Что?

— Представь место, куда тебе надо, — пояснила она.

Кондрат уже примерно понимал, что она хочет, только как собирается это сделать — вот это вопрос. И ему даже было интересно, как это будет выглядеть, поэтому он представил свою квартиру.

Глаза ведьмы внезапно потемнели: белок будто был полностью затянут радужкой, покрытой мельчайшими прожилками. Она смотрела даже не ему в глаза, а куда-то глубже, будто заглядывая в сознание, и Кондрат это почувствовал. Почувствовал чужое присутствие в своей голове, которое внимательно смотрело на всплывшую картину его квартиры. Ощущение было сложно описать. Будто он стал не то, что наблюдателем в собственной голове, но не единственным её хозяином. Как ощущение чужого присутствия в комнате, в которой никого быть не должно — точнее не скажешь.

Это длилось всего пару секунд, и в тот момент, когда глаза ведьмы приобрели нормальный вид, чувство пропало. А Кондрат моргнул… почувствовал, как высосало весь кислород из его лёгких, и оказался у себя в квартире. Он вернулся настолько быстро, что даже турка остыть не успела. Деловито подойдя к ней, он подлил себе кофе и обернулся к ведьме, которая не спешила уходить.

— Ты хочешь что-то сказать? — поинтересовался он, глядя ей в глаза.

— Что мне сделать, чтобы ты согласился мне помочь?

— Боюсь, ничего, — покачал он головой. — Здесь ничем не помочь.

— Ты хоть раз терял своего ребёнка или кого-нибудь близкого? — спросила ведьма.

— Терял, — не стал отрицать Кондрат.

— Тогда ты должен меня понять.

— Это навряд ли, обстоятельства были тогда другими, — припомнил он то время.

— Ладно, чего ты хочешь? Денег? Или тебя интересует другое? — последнее она спросила тише и томнее.

Не сразу поняв, Кондрат обернулся к ведьме и увидел, как она сбросила одну из лямок платья, оголив плечо. Сбрось вторую и она обнажится перед ним. Да, ведьма обладала формами, не такими, как её подруга постарше, и всё равно интересными. Но Кондрата не проняло. Ему и так уже жена свалилась на голову, которую он не просил и не ждал, и ещё ведьмы не хватало.

И почему каждая женская душа думает, что стоит ей слегка раздеться, то сразу ради неё будут готовы горы свернуть? Почему, когда мужчина начинает немного раздеваться, то его сразу эксбиционистом и извращенцем кличут?

— Не интересует.

— А что тебя интересует? — раздражённо спросила она.

— Чтобы ты покинула мою квартиру, — ответил Кондрат.

— Будь у тебя ребёнок…

— Но у меня нет ребёнка, — перебил он её. — И даже будь он и случись с ним нечто похожее, вы бы даже слушать меня не стали.

Он сказал это спокойно и без нотки злости. Просто так оно и было: твоё горе — это твоё горе, чьё-то горе — это наше горе.

Ведьма на это ничего не сказала. Она лишь блеснула злобными глазами, после чего испарилась. И в отличие от Пату оставила после себя не ворох снежинок, а лёгкую сизую дымку, как от сигареты, которая вскоре растаяла в воздухе. Кондрат ещё пару секунд смотрел на это облачко, будто провожая взглядом, после чего вздохнул и залпом осушил кружку.

Это не его дело и лезть он в него не собирается. Ни к чему хорошему это не приведёт…

* * *

— Отчёт, ты писал отчёт? — Дайлин дышала энергией. Видимо, вечер прошёл удачно.

— Да, уже почти… — пробормотал Кондрат.

— Урден там, наверное, заждался его… — пробормотала она, садясь напротив.

И если сначала Дайлин начала раскладывать вещи, как это делала всегда, то потом внезапно