Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

ощущается знакомое чужое присутствие. Хотя, чего греха таить, мой попутчик уже давно стал верным спутником. Ведь мы оба влияем друг на друга, помогая вспомнить кем мы были раньше и учась друг у друга. Разум живого биодоспеха вспомнил, что он до попадания в этот мир был не безжалостным альфа хищником, а мудрым разумным растением из параллельного мира. Нет, может насчет мудрости я и преувеличил, но Дим, как я назвал его в честь лучшего друга, точно не дурак.

И да, я не в своем теле, а в оболочке, как здесь, в Танате, называли вместилища разума и души. Разы или разумные создания, что населяли этот подземный мир, были, по сути, биороботами. Живыми слугами тех, кто создал это место. Вернее вырастил, так как Создатели Таната, Творцы или боги были мастерами биоманипуляций. Даже на уровне генома, но не применяя при этом никакие технологические достижения. Просто раса дрегов, что некогда населяла этот опустошенный мир, была расой псиоников, которые владели телекинезом.

У нас, на Земле, такое развитие способностей живого организма считалось или маловероятным, или вовсе невозможным. Но тут силой мысли не камни двигали, а создавали тонкие кристаллические структуры, резонирующие с тонкими энергиями пространства. Ну и ещё вырывали кусочки из цепи ДНК и переставляли их местами, улучшая исходный биологический материал или создавая нечто новое: животных, растения и простые предметы обихода.

То есть уровень путь цивилизации пошел по другой ветке развития. Не технократическая, а биологическая цивилизация. Даже дома здесь не строили из камне или дерева, а выращивали из биомассы. Также производили, так сказать, одежду, инструменты, транспорт, а также оружие и новые тела. И у меня сейчас как раз такое тело. Оболочка убийцы, карателя и палача, а снаружи разумный живой доспех — димортул. Это в переводе с местного означает вместилище вестника. Ещё это вместилище души Дима, которая заключена в кристалл. Что касается меня…

Вот тут всё сложно и непонятно. Разов не зря можно назвать биороботами. По сути, каждый из них представляет собой симбиоз оболочки и кристаллического носителя души — эотула. Неделимой части человеческого или любого другого я. Чистый разум дреги называли кер, а его носитель соответственно кертул. Они могли создать живую материю, но за редким исключением не могли вдохнуть в неё жизнь. Были у них опыты с примитивными существами, которые играли роль транспорта от лифта до крылатого аналога ави — кильмы. Или же формовщики, которые представляли собой симбиоз мозгов в банке, соединенных через трубки с обрубками тел. Эти создания служили для выполнения конструкторских операций, так сказать. Собирают из биологических компонентов новых существ и прочие конструкты.

Вот только это долго, да и на мощный компьютер моего мира они не тянут. Потому дреги и освоили биоперенос разума, который можно копировать, и уникальной души на кристаллические носители, что они выращивали своим телекинезом. Я не просто так говорю, что они были. Дрегов в этом мире больше нет. Сначала некий катаклизм загнал их в укрытия, вынудив к межмировой экспансии путем переноса своего разума в другие тела. Точнее они сначала выращивали при групповой медитации кристалл-мутатор. Для силы мысли что световые годы, что барьер меж параллельными мирами преградой не были. После этого мутатор, назовем его так, преобразовывал часть местной биомассы в тела и прочие биоконструкты. Далее следовало вторжение, но часто неудачное. Следует отдать должное, но многие в этих мирах воевать умели.

И, как я думаю, именно одна из таких армий вычислила родину захватчиков. Благо, разделяли их лишь световые годы. Теперь поверхность этого мира напоминает лунный ландшафт после ядерных ударов. Атмосферы наверху тоже нет. Как-то так. Плюс во время междуусобной распри погибли те формовщики дрегов, кто знал секрет создания копий разума. Без кристаллических шариков не могли нормально функционировать местные живые строения, которым не хватало собственных мозгов. Тут свою роль сыграла обычная экономическая логика, так сказать. Если есть какая-то работающая технология, то зачем тратить ресурсы цивилизации и изобретать что-то новое? Есть те, кто умеет делать кертулы, а потому ну его нафиг эти опыты с высшей нервной деятельностью.

Итог такого решения был предсказуем. Особенно в данном случае, когда патент на технологии, так сказать, держит одна фракция. Речь в данном случае про кертулы, копии разума, а не неделимой и уникальной души. Как я уже сказал, та фракция формовщиков первый катаклизм не пережила. Вот потому иерархи и пришли к «гениальному» решению — воровать души других разумных существ из тех мест, где их больной коллективный разум смог создать свои кристаллические ретрансляторы пси сигнала, они же точки фокуса или врата. Это и был одной из причин всех тех войн, которые они развязали.

Новоявленные живые компьютеры и слуги, а точнее все те разы, контроллеры зданий, смотрители и прочие разумные, разумеется, не стали служить добровольно своим похитителям. Поэтому дреги, как мастера псионики, нашли способ блокировать своим жертвам воспоминания. В мозг перерожденного заливается только необходимая информация и новоявленный биоробот работает в шахте, на уборке улиц и бог знает где ещё. Увы, но очистка памяти не давала полной гарантии. Случались акции неповиновения, которые усмиряли вестники, подготовленные убийцы в живой броне. Однако последний бунт, что прогремел несколько столетий назад, был на редкость кровавым. Его последствия я видел в той башне, где моё сознание загрузили в оболочку вестника. Три этажа были завалены телами разов, что сражались с обеих сторон до тех пор, пока кто-то не отдал приказ выпустить смертельный вирус или ещё какую заразу. Не уверен в том, чем это было, но и годы спустя эта дрянь была смертельно опасна. Меня спасли лишь броня-димортул и реакция Дима.

Дреги после этого ушли в подполье, превратившись из живых богов в легенду. Вестников, которые по иронии и стали причиной бунта, распустили. Разам стерли память или уничтожили, а их доспехи отправили в хранилище. Но один из них уцелел, а недавно и я стал обладателем улучшенного тела и живой брони. Как я поначалу, до возвращения памяти, думал, моё появление случилось здесь после смерти. Единственное воспоминание — агония и крики тех, кто пытался