Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

Прошептав что-то ещё раздражённо себе под нос, Викан всё же забрался под одеяло и закрыл глаза.

— Ранхаш, если посмеешь смыться до нашего пробуждения, то всеми богами клянусь, что отобью у тебя Майяри, — пригрозил он напоследок. — Мы за эти трое суток ни разу не поспали. Майяри никуда не денется, мы обложили её со всех сторон. Она теперь на всю Салею знаменита, — и, душераздирающе зевнув, добавил: — Деды уже ждут её родственничков в гости, хотя ещё даже не знают, кто они. Всё образуется, так что тебе, наша снежная хайрени, печалиться не о чем.

Поворочавшись ещё немного, Викан затих и через несколько секунд засопел.

Странно, но после исповеди брата Ранхаш почувствовал себя спокойнее и с удивлением обнаружил, что всё это время стискивал кулаки. Подняв взгляд на небо, мужчина уставился на волчий месяц и на фоне его серебристо-белого диска представил обеспокоенное лицо Майяри: девушка напряжённо осматривалась, словно бы не зная, куда направиться. В груди всё ещё набухала и пульсировала боль, и Ранхаш, склонив голову набок, чуть удивлённо протянул:

— Мне… повезло?

Глава 6

Погоня за миражом

До Санариша отряд всадников добрался только к середине пятого дня. На ближайших заставах сменных драконов не оказалось — округу прочёсывали другие всадники в поисках той же Майяри, — и приходилось останавливаться, чтобы дать ящерам отдохнуть и поохотиться. Ранхаша выводила из себя каждая секунда промедления. У Майяри и так было три дня форы. То, что её начали искать уже через полчаса после побега, харен не учитывал: он-то её начал искать позже. Немного успокаивало только то, что девушка тоже не могла сменить дракона, значит, должна была опускаться на землю и ждать. Но успокаивало лишь немного.

Начальник заставы — хаварий Орлын — как раз обходил посты и, увидев опустившихся в центре двора драконов, направился к ним. В последнее время гостей было много, все искали пропавшую госпожу из рода Даший. Однако как ни старался Орлын, что это за род Даший, вспомнить не смог. Только вот странно было, что в поисках участвовали сами Вотые и их подчинённые. Вчера на заставу прилетел сам господин Вахеш. Сменив драконов и узнав последние новости о девушке, его отряд не мешкая продолжил путь. Уж не невеста ли сбежала от отпрыска славного рода?

Двое из всадников уже направлялись навстречу хаварию, а третий уселся на мокрую каменную площадку и заявил, что здесь и умрёт, после чего откинулся на спину и закрыл глаза. То, что отряд состоял из четырёх мужчин, начальник заставы понял чуть позже, когда сообразил, что приземлившийся у пылающего костра орёл ему не знаком. Дежурный привычным жестом накинул на плечи обернувшегося мужчины шерстяное одеяло и лишь после этого удивлённо присмотрелся к нему. Взор хавария опять переместился на приближающихся мужчин, и оборотень поприветствовал гостей кивком. И отметил, что один из них — и тот, что улёгся спать на мостовую, — очень уж походит на Вотого: изящно сложен, с серыми волосами и жёлтыми глазами. Может, был бы и красив, но после долгого полёта лицо его обветрилось, а глаза покраснели и выглядели воспалёнными, и хаварию показалось, что это от недосыпа.

Второй оборотень был куда выше и старше и выглядел немного бодрее. Он и начал разговор.

— Доброго дня, уважаемый! Можно ли у вас сменить драконов?

— А кем будете? — отозвался хаварий.

— Ох, совсем запамятовал… Шидай Даший.

Ого! Орлын с удивлением уставился на представителя ставшего в последние дни знаменитым рода.

— Это мой господин Ранхаш Вотый, а тот… Викан, живо встал! Твою застуженную задницу я лечить не буду! Это его брат Викан Вотый, а там Ирриван Вотый. Мы ищем мою пропавшую воспитанницу Майяри Даший.

— Сбежала? — мрачно поинтересовался хаварий, знаком подзывая к себе помощника, чтобы уточнить, что там с драконами.

— Ага, — господин Шидай поморщился. — Бедная девочка всё детство провела с очень плохими людьми и теперь боится даже тени. И одна тварь посмела подшутить, что, мол, я, старый развратник, взял её на воспитание, чтобы потом жениться. Ну куда мне в моём возрасте жениться, да ещё и на ребёнке?

Хаварий сочувствующе кивнул, но верить не поспешил. Что ж, теперь понятно, отчего так Вотые зашевелились: воспитанница слуги семьи. Господами Вотые были хорошими и своих подчинённых в беде не бросали. Тем и славно было жить у них под крылом.

Сменные драконы на заставе оказались. Господин Ранхаш сразу же оживился, глаза его заблестели, а вот его брат Викан застонал от отчаяния, видимо, надеясь на отдых.

— Не знаю уж, донесли ли вам последние новости о вашей воспитаннице, но её видели три дня назад недалеко от Прийша. Местный охотник задержался из-за метели в лесу и видел дракона, который выкапывал из сугробов захоронившуюся живность. На спине у него девушка сидела, хладнокровная такая госпожа. Со слов охотника, ни один мускул на её лице не дрогнул, когда она смотрела на трапезу зверя.

— Я же говорил, моя девочка долгое время росла среди плохих людей. Выдержка у неё что надо, — господин Шидай широко улыбнулся, но Орлын успел отметить в его глазах сомнение.

Допытываться, впрочем, он не стал, хотя язык чесался уточнить: его воспитанница случаем не Амайярида Мыйм, которая год ходила в подозреваемых в ограблении сокровищницы? Очень уж имя похожее. Но удержался.

Уточнив всё, что им нужно, Шидай и Ранхаш отошли к краю крепостной стены и прислонились к ней.

— Найдём, не переживай, — едва слышно прошептал лекарь, пытаясь в очередной раз подбодрить сына.

Ранхаш тряхнул головой и мрачно уставился перед собой. Он одновременно терзался страхом всё же упустить Майяри и уверенностью, что обязательно поймает девчонку. Только вот что с ней делать, когда она окажется в его руках? Не тащить же действительно силой под венец (после признания Шидая, за что именно он схлопотал по башке, и сын едва сдержался, чтобы не последовать примеру Майяри)?

На одном из вечерних привалов Ранхаш даже высказал свои опасения вслух. В другое время промолчал бы, но тревога не покидала его, спал он мало и соображал уже плохо. Хотелось уже какой-то ясности в мыслях.

— Как показывают свою любовь? — тихо спросил он отца.

Шидай чуть удивлённо взглянул на него и слегка нахмурился.

— По-разному.