Корона ночи и крови - Мира Салье

class="p1">– Я верю вам, но не верю ринальцам. Они помогают сейчас, но я сомневаюсь, что дети ночи и крови не преследуют собственные цели, – пробормотал Дарнил, и она опять похолодела.

Гордый упрямец.

Но не ей упрекать Дарнила за это. Она и сама думала, что братья Дас’Вэлоу скрывают нечто важное.

Воцарилось молчание, и тут Кэл шагнул вперед.

– В таком случае сражайся в этой войне с нами. Вместе мы уничтожим гребаных тварей, а потом, если сочтешь нужным, мирийцы и ринальцы снова станут врагами.

Дарнил, казалось, обдумывал его слова:

– На днях мы бились с адскими тварями в людском поселении, и они буквально разрывали людей на части. Мирийцы уже давно не натыкались на обескровленные тела, как это было на протяжении многих веков. Даже если ринальцы открыто не питаются смертными, Верховный Совет считает, что монстры нападают по приказу вашего короля.

– Дарнил, я видела, как гибли ринальцы, помогая уничтожить этих тварей. – Делла пристально посмотрела ему в глаза, хотя с каждым ее словом желудок сжимался все сильнее. Она знала, что любое ее действие определит важные события в будущем.

– Я сказал, что верю тебе и Николасу, поэтому… – Он вдруг затих, принюхавшись к подувшему ветру, и его мощная фигура подалась вперед. Мгновение он что-то осмысливал, переводя взгляд с нее на Кэла. Затем лицо Дарнила перекосило от гнева так, что густые светлые брови нависли над золотистыми глазами. – На тебе его запах…

– Что? – Она удивленно моргнула.

– Ты с ним… – Он дернулся в сторону Кэла, яростно стиснув зубы, но Николас встал между ними, широко расправив крылья. Легион Дарнила тут же принял боевую стойку и предостерегающе качнул крыльями, приготовившись защищать своего командира и принца. Хотя им ли тягаться с кровавым демоном?

Ринальцы же не шелохнулись. Стояли словно холодные каменные статуи. Делла ожидала, что на надменном красивом лице Кэла появится ехидная ухмылка, но нет. Он был самоуверенным наглецом, но не дураком. Он знал, что любая его колкость могла похоронить надежду на союз.

– О каком обряде можно говорить, если ты кувыркаешься с ринальским принцем? – На лице Дарнила отразилась холодная, неприкрытая ненависть, которая даже ощущалась на языке.

Щеки Деллы вспыхнули, а в венах закипел огонь. Она встала рядом с Николасом и, вздернув подбородок, уставилась на гребаного ублюдка с неменьшей ненавистью:

– Ты не смеешь говорить, с кем мне кувыркаться, а с кем нет.

Дарнил покачал головой, стиснув челюсти, и посмотрел на Кэла.

Николас выступил вперед и сказал:

– Предлагаю взять перерыв и вернуться к разговору чуть позже.

Не дожидаясь ответа, он увел Дарнила в сторону. Ненависть у того на лице была такой яркой и жаркой, что свет буквально вырывался из его тела и обжигал. Он шел быстрым, порывистым шагом и часто дышал, словно не прилетел, а прибежал на переговоры из самого Мирита. Ринальцы же оставались спокойными; ничего не могло поколебать их образ сдержанности и хладнокровия.

Союз начался не лучшим образом. Они не проговорили и нескольких минут, а встреча больше походила на выяснение отношений. От Деллы всего-навсего требовалось склонить Дарнила на сторону ринальцев, а в итоге она одним лишь своим присутствием все испортила. Лучше бы Николас лично обсудил возможное перемирие с мирийцами, чем он, собственно, сейчас и занимался, что-то активно разъясняя принцу Мирита в сторонке.

Кэл встал рядом и запустил руку в волосы, зачесывая передние пряди назад.

– Делла… – начал он.

– Все нормально. Я в порядке, – соврала она. Тиски вокруг груди сжимались сильнее. – Просто хочу пройтись. Одна.

Кэллам не сводил с нее взгляда, но она не могла понять, о чем он думает.

Ну и плевать.

Делла уходила от мирийцев и ринальцев все дальше и дальше, пока не увидела огромный плоский валун и не опустилась на него. Камень был еще теплый, усыпанный галькой и мелкой крошкой, которые неприятно впивались в зад. Она сидела, обхватив себя руками, и изо всех сил напрягала мышцы, чтобы не задрожать.

Внезапно у нее за спиной послышались шаги, и она протяжно выдохнула:

– Я же сказала, что хочу…

– Здравствуй, Делла, – вкрадчиво прощебетал голосок.

Голос, который она узнала бы где угодно.

Делла резко обернулась:

– Что тебе здесь нужно, Мелина?

Та рассмеялась ее вопросу и изумлению.

– Двусмысленный вопрос, но я отвечу. Я прилетела с Дарнилом, поскольку догадывалась, что после разговора с тобой ему нужна будет поддержка.

– Поддержка? От тебя? – Делла невесело хохотнула.

Мелина окинула ее скептическим взглядом и тяжело вздохнула, словно этот разговор – самое сложное, что ей выпадало в жизни.

– Ты невысокого обо мне мнения, но мне плевать. Удивишься или нет, но мы с Дарнилом росли вместе и всегда дружили. Он знал о моих чувствах и никогда не скрывал, что не сможет ответить взаимностью. Я сказала ему, что мне достаточно, чтобы он был рядом. И он оставался рядом. Всегда. Делился своими секретами, мыслями и желаниями. Я знаю о нем буквально все. Представляешь, каково это – постоянно слышать о его чувствах к другой? Осознавать, что когда он трахает меня, то представляет тебя?

– Хотелось бы посочувствовать, но не выходит. И ты заблуждаешься: что бы Дарнил ни питал ко мне, это не любовь. – Делла поморщилась от неприятных ощущений.

Мелина лишь закатила глаза.

– Знаешь, зачем я здесь? Чтобы поблагодарить тебя за то, что наконец ушла из наших жизней.

– Не за что. Если ты не заметила, я никогда не стремилась быть в жизни Дарнила. Твоя ревность смехотворна.

– Ты такая дура, Делла. Слепая, глухая идиотка, – выплевывала Мелина каждое слово с заметным напряжением.

Пренебрежительные нотки в ее голосе резанули слух, и Делла огрызнулась:

– Ты здесь, чтобы оскорблять меня?

– Ты даже представить себе не можешь, что Дарнил делал ради тебя, что был вынужден терпеть. – Мелина повернулась в сторону мирийского принца, и весь ее облик изменился. Она была эгоистичной и капризной особой, но, когда смотрела на Дарнила, ее черты преображались, взгляд теплел, а снисходительное высокомерие, которое частенько появлялось на лице, исчезало. – Не представляешь, что…

– В том-то и проблема, что он ничего ради меня не сделал, – не выдержала Делла, вскочив с валуна. – Он лишь хотел меня! И получил бы, если бы не указ его отца и обряд.

Мелина опять рассмеялась и примирительно махнула рукой:

– Успокойся и сядь. Мужчина способен получить удовольствие, не лишая при этом девушку невинности. Дарнил мог взять тебя в те места, о которых ты, полагаю, даже понятия не имеешь.

Делла скривилась и медленно опустилась обратно на валун. Мелина выглядела такой серьезной и грустной, что это заинтриговало ее.

– А