ВМ: Награда? - Иван Солин

Не знаю, насколько дороги конкретно эти, но, кажись, природные рубины сейчас дороже брюликов, которых слишком много на рынке стало, а вот месторождения рубинов в мире, если не ошибаюсь, истощились. Так что, надеюсь, я поднял неплохо.

Вот только, нахрена мне ценности? Мне бы могучие магические артефакты древних, что превратят меня опять в имбу. Эх(махнув рукой).

Закончив лутать, вспоминаю об Аде и связываюсь с ней по рации. А в ответ тишина.

Ссуки! Кто мою девочку тронул?

Лечу в нематериальности к месту ее лежки и застаю там интересную картину.

Пять каких-то тёлок в обтягивающих черных трико и в балаклавах на явно чёрных рожах.

Дроу, чё ли?

Трое грамотно заняли позиции, одна сторожит обездвиженную Аду, а пятая наблюдает в… бинокль, словно из 19 века. Блестящий бронзой в смысле. Винтажный весь такой. Да и оружие у них. Не особо модерновое. Огроменный револьвер — на поясе у главной, рядом со шпагой, почему-то с сабельным эфесом. Болтовка — у снайперши, судя по занимаемой ею позиции и длинному трубчатому прицелу. У остальных — дробаши. Хм(обескураженно), а вон, у той — ну прям винчестер. Левер-экшн, в смысле. Всё это — с обилием желтого металла, предположительно, бронзы или латуни. Из холодняка — лишь шпага у командирши, ну и кривые, типа бебутов, кинжалы. Правда, чутка подлинее, или это они сами мелкие, а рукоять хоть и похожа, но всё же иная.

Какого хрена? Где боевые серпы, волнистые кинжалы, косы с вплетенными отравленными иглами, в конце концов? Это чё за вестерн, компот мне в рот?!! Это ж гномы, скорее, какие-то, а не коварные темные эльфы. Вон, у них ведь даже руны на оружии и каких-то бляхах в снаряжении. Кстати, незнакомые руны.

Так, ладно. Поговорим.

Выхожу в реал за спиной командирши и, не касаясь ее, а то вдруг и правда у ней там иглы везде, прикладываю кинжал Алироны к горлу.

Опять разбередил себе рану в сердце. Проклятые дроу. Но не Гангреной же ее пугать.

— Кто такие?

— Ми ест эМВеДэ. Докхумент. Кхраман. Ти смотреть.

Фашисты какие-то, мля.

— Говори на своем, — предлагаю ей перейти на ее родной язык.

— Кхак, ние понимайст? — картинно недоумевает эта фюрерша, но вижу же, что хитрит.

— Скажи своим, чтобы не дергались и прекращай тянуть время или последуете вслед за тварями из вампирского Гнезда.

Выразительно окинул себя замызганного их ошметками. Хоть я и чистился как мог.

— Всем стоять, — наконец перейдя на свой язык, забавно так прогнусавила с эдаким милым урчанием эта… Блин, это точно дроу, а не французы из Сенегала какого-нибудь?

— Значит так, — обращаюсь к моей заложнице уже на ее языке, чему поспособствовал Первопроходец. — Все твои должны оставить оружие на месте, а сами удалиться за во-он тот холм и ждать там тебя. Как только всё будет исполнено, я тебя отпущу.

— Слово? — слегка помедлив, но справившись с удивлением и странно блеснув глазами, наконец выдала командирша.

— Век воли не видать!

— Это что значит?

— Честное пионерское!

— Не понимаю.

— Да блин, даю гарантию твоей безопасности, при соблюдении условий нашей договоренности. Слово.

— Принимаю. Командор Румильён, вы слышали? Исполнять!

Эка, у них тут. Прям орднунг.

Все четверо, оставив стволы и оставшись лишь при холодняке, удалились туда, куда и требовалось.

— Зачем напали на моего человека? И кто такие?

— Мы сотрудничаем с вашим МВД. Вот документы. Хорошо, хорошо. Я не двигаюсь. Сам доставай. Вы сорвали нам спецоперацию по уничтожению Гнезда вампиров. Мы уже почти неделю выслеживали это Гнездо.

— Хм(иронично). Подполковник Лёмирье́. Спецотряд МВД «Черные Молнии». Дожились. Ты хоть маску сними… подполковник.

Стянула. Мда. Тощая, мелкая девица с привычными нам чертами лица, вот только кожа черного или, скорее, графитового цвета. Волосы прямые, гладкие и даже блестящие, стянуты на макушке в не самую внушительную косицу, что скручена и закреплена там же. В общем, не очень длинные. Цвет, на удивление, не белый, а темно-темно-синий. Наверное, так даже лучше для маскировки. Вся как ночь, лишь глаза выделяются белками, но радужка вовсе не красная, а такая же, как и волосы, но с живописным узором. Красивые, в общем, глаза. Да и сама она весьма хороша. Худовата лишь.

— И откуда вы к нам?

— Это секретная информация.

Понял. Биоконструктор. Нужно же мне знать, как и на них Кару делать.

— Что это у…

Так, отключаем ее на время исследования.

Так, так, так. Так-так, так, так. Ага.

Ну что же. Теперь и их физиология мне ясна. Удивительно, но у них от людей больше, чем у лис. Заразу на них сделать теперь не проблема. Изменений в ее тело никаких не вносил. Будим.

— Что? Что ты со мной сделал?

— Не боись. Жениться нет нужды. Всё в рамках приличия.

— Вы оскорбили меня, сударь. Я вынуждена…

— Ой да не заводись. А то опять спатки отправлю. Ты ложь умеешь отличать?

— Я чую, когда мне лгут, — и втянула воздух милым носиком.

Вот интересно, мне постоянно будут бабы встречаться? Мужики вообще закончились? Или их только рубить и убивать, а с бабьем разговоры разговаривать?

Хотя, наверное, это я не спешу их сразу валить и всё пытаюсь с ними разговоры поразговаривать, а в итоге на меня ядерные бомбы потом роняют. Вот какого я с нею лясы точу? Чик по горлу, и ходу. Так нет же. Интересно стало. Очередная красотка из другого мира. Будь это какой-нибудь вонючий тролль или бородатый кочевник, то не сильно бы я с ним рассусоливал. Всё-таки бабы вертят нами как хотят. Но мы, увы, ничего с этим поделать не можем. Эх.

Так о чем это я? Ах да.

— Ну тогда слушай меня. Я вырезал всё гнездо упырей. Ада, сколько там убежало?

— Семеро. Остальных я уничтожила. Как учили, Господин. В грудь и в голову добить.

— Так вот, от гнезда в 62 головы осталось семеро Детей. Мне и твой отряд не составило бы труда всех вырезать. И с тобой я вообще разговариваю лишь из любопытства и своей приязни к смазливым мордашкам. Поэтому, прежде чем бросать мне тут вызовы, хорошенько подумай, девочка, стоит ли тебе пополнять мое персональное кладбище, на котором уже больше, чем во всём твоем мире разумных.

Мда. Я прям мастер пафосной дичи. Чисто технически, невероятные количества — на личном кладбище моего оригинала. Конкретно у меня — всё гораздо скромнее. Но Я — это некогда ОН, так что я не лгал. Но вот только я, похоже,