"Фантастика 2026-47". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Анатольевич Евтушенко

– Черт, – Шейд заглянул в пачку, смял ее и уронил на пол. – Сигареты кончились.

– На, – Рони Йор протянул ему сигарету и щелкнул зажигалкой.

– Спасибо, – Хрофт глубоко затянулся, откинул забинтованную голову на подлокотник и выпустил дым в потолок. – Зачем, говоришь, заложницы? – он посмотрел на Рони, и старший офицер оперативного отдела Штаба Подземелья подумал, что этот человек, который всю последнюю неделю спал – дай Бог – по два-три часа в сутки, а сегодня вместе со своими бойцами не однажды шел в бой, останется на ногах и будет способен отдавать осмысленные приказы и поднимать людей в атаку еще столько, сколько потребуется, и вряд ли найдется сила, которая его остановит. Разве что пуля в сердце, но эту пулю еще надо кому-то выпустить, а пока таковых не находилось.

Рони Йор как-то забыл о том, что и сам он сегодня не раз ходил под огнем и спал за последнюю неделю не больше Хрофта Шейда.

– А ты представь, – продолжил Хрофт. – Не сейчас, так ближе к вечеру или ночи, армия и Служба FF сообразят, что надо возвращаться и отбивать город назад. И что тогда? Нас – хорошо, если осталось две тысячи, способных держать оружие. А их сколько? Да на танках с бронакарами и гравикоптерами? Конечно, город – не чистое поле, но, поверь, в конце концов, они нас сомнут и сбросят в Трещину. То есть тех, кого сразу не убьют. Не выстоять нам долго против них – слишком силы неравны.

– А заложницы, получается, вроде как наш козырь в рукаве?

– Именно. Предмет торга. Наш непробиваемый щит. Поэтому, чем их будет больше и чем больше среди них будет влиятельных и уважаемых в обществе сестер-гражданок, тем лучше.

– Хм, – Рони поднялся и подошел к окну. Отсюда, с двадцать четвертого, самого верхнего этажа Коммуникационного Центра, хорошо была видна вся восточная часть города – вплоть до самой Трещины. Кое-где уже вовсю занимались пожары, и Йор поежился, представив себе, что сейчас творится на захваченной городской территории. Сами бойцы штурмовых отрядов были заранее предупреждены о том, что за мародерство и насилие будет одно наказание – расстрел на месте. Но вот освобожденные в городе мужчины…. К ним подобные меры нельзя было применить, и Рони знал, что в эту минуту где-то там, внизу, в квартиры и жилые дома группами и поодиночке врываются бывшие рабы и удовлетворяют свое чувство мести. Всеми доступными способами. Да, и командиры сотен и десятков, и рядовые бойцы Подземелья старались выполнить приказ, по которому должны были принимать в свои ряды как можно больше освобожденных мужчин – немедленно ставить в строй, вооружать, назначать командиров из числа трудней, хватов и пластунов, предупреждать об ответственности за мародерство и насилие, но… Рони знал также, что отнюдь не все освобожденные мужчины вступали в их ряды. Хорошо, если половина.

– Не понимаю, что тебя смущает, – сказал Шейд.

– Нет, – повернулся к нему Йор. – Меня ничего не смущает. Отличная мысль. И я думаю, что для этих целей, как нельзя лучше подойдет самый крупный городской стадион. Вон, его отсюда видно, посмотри.

– Стадион? – Хрофт поднялся и подошел к окну.

– Обрати внимание, – сказал Рони. – Во-первых, он в наших руках. Во-вторых, народу туда можно согнать немерено. В-третьих…

– Их легко контролировать, – закончил за него Шейд.

– Да. И, в-четвертых, можно объявить на весь мир, что это сделано исключительно в гуманных целях.

– ?

– Таким образом, мы ограждаем сестер-гражданок от насилия со стороны освобожденных нами мужчин, – пояснил Рони Йор и усмехнулся. – Мера временная, но необходимая.

– Голова! – засмеялся Шейд. – Я согласен. Давай, займись. Сгони туда всех, кого найдешь. А на мне пока западная часть города. Ну, и все остальное. Еще не вечер.

* * *

Не так-то просто выйти из боя, если ваш противник этого не хочет.

К моменту, когда стало окончательно ясно, что городу нужна срочная помощь, армия и Служба FF застряли в пещерах под Северным горным хребтом, словно пробка в бутылке – ни туда, ни сюда. Несколько мощных искусственных завалов отрезали солдатам и оперативницам быстрый путь назад. А двигаться вперед было трудно. По причине тех же завалов и потому, что чуть ли не из-за каждого угла в сестер-гражданок густо летели пули. К тому же оказалось, что имеющиеся у командиров подразделений планы-схемы всех этих многочисленных и залегающих на разной глубине искусственных и естественных пещер, залов и переходов сильно устарели.

Та же часть армии, что осталась наверху, никак не могла добить немногочисленный, но крайне цепкий и упорный отряд Харика Су. Остатки этого отряда не только умело отступали, забираясь все выше в горы, но и тут же, атаковали женскую пехоту, как только она пыталась выйти из боя и отступить вниз, к своим танкам и боевым машинам.

В общем, следовало признать, что быстрая и почти бескровная заранее спланированная победа на деле прямо на глазах превращалась в затяжной и кровавый бой, конца которому не было видно.

Однако к восемнадцати часам Полла Нези и Йолике Дэм ценой невероятных усилий и больших потерь сумели вывести наружу большую часть своих сил и немедленно бросили их на спасение города.

И тут армия во второй раз наступила на те же грабли, которые обидно ударили ее в лоб еще ранним утром этого жуткого дня.

Оказалось, что группа «диких», заминировавшая ферму Миу Акх, никуда не скрылась, а дождалась, когда армия и Служба FF пройдут мимо них дальше, в горы.

И опять поставила мины.

Но на этот раз уже на главную трассу. И в гораздо большем количестве (на это ушел весь остаток имеющихся мин и взрывчатки), чем утром.

А потом, когда колонна танков и боевых машин пехоты, подобно гигантской змее, вползла на заминированный участок, тот же белобрысый командир небольшого отряда минеров дал отмашку, и огненный вихрь вмиг отъел у змеи середину туловища, оставив голову и хвост в полной растерянности и частичной прострации.

И только четырнадцать бронекаров Службы FF и с десяток оставшихся у армии гравикоптеров сумели около девятнадцати часов тридцати минут добраться до города и атаковать позиции «диких». Правда, атака эта не принесла никаких результатов, если, конечно, не считать три-четыре десятка убитых и раненых «диких», двух сожженных в воздухе коптеров и одного подбитого бронекара.

Без пехоты взять назад потерянные жизненно важные городские объекты было невозможно.