"Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 - Николай Алексеевич Некрасов

которого черт вынес к нам на поляну, на мертвую девушку и её убийцу за то, что мы все испортили такой душевный отдых на природе. Бездушные мы все скотины, красноречиво говорила спина Киндеева.

Я решил время не терять, и еще раз осмотреть место преступления.

Тело я не трогал. Пусть им эксперты занимаются. К тому же я сейчас не на службе. меня больше интересовало место преступления и его окрестности. Девушка одета нарядно, словно в город собралась, но до ближайшей автобусной остановки далеко. Что же она, идрис ее побери, делала в лесу. Но сколько я не ползал по кустам, выискивая какие-либо улики, ничего не нашел. Телепортировали ее сюда что ли? Но это невозможно, здесь еще не знают этой технологии. Закончив поиски, я сел на поваленное дерево и стал ждать. Через час с небольшим вернулся Киндеев. Выглядел он злым и уставшим. Так долго планированный отдых накрылся медным тазом. Толком и посидеть не успели.

— Дозвонился во Всеволожск. Доложил о найденном мертвом теле, — сообщил он.

— И что сказали? — спросил я.

— Сказали ждать. Никого к месту преступления не подпускать. Скоро приедут.

Ждать пришлось полтора часа. Время у них тут понятие относительное. На удивление Киндеев все время молчал. Сначала он просто смотрел на озеро, на другой берег, а затем лег на землю и задремал. Я с облегчением вздохнул. Разговаривать совсем не хотелось. Но спать рядом с мертвым телом, как Киндеев я не мог.

Время тянулось медленно, но вскоре послышался шум в кустах и громкие голоса. И на поляну к мертвому телу вышли человек десять. Большая часть была в милицейской форме, но были и люди в штатском — криминалисты, по всей видимости. Они тут же развели бурную деятельность. Один из них стал все фотографировать. Пары снимков удостоились, и мы с Киндеевым, который проснулся и выглядел злым и помятым, словно с хорошего бодуна. Двое в штатском стали осматривать тело, аккуратно переворачивая его с места на место и все записывая.

К нам направился полный седой мужчина в застегнутом, не смотря на жару, на все пуговицы кителе.

— Старший следователь Всеволожского Уголовного розыска майор Потапов Сергей Ильич, — представился он.

Сначала представился я, так как был в форме. Затем Киндеев.

— Вы нашли тело? — спросил следователь Потапов.

— Тело нашли местные мальчишки. Мы записали их данные. Вы можете их в любой момент допросить. Они из соседнего садоводческого товарищества, — ответил я.

— А вы как здесь оказались? — с подозрением уставился на меня следователь.

— Товарищ майор, у меня здесь рядом дача. Валерий мой друг и сослуживец. Мы приехали шашлыки пожарить, да культурно отдохнуть. — затараторил Киндеев

— Отдохнули? — перебил его следователь Потапов.

— Вы знаете как-то не получилось, — ответил Киндеев.

— Плохо.

Уж не подозревает ли нас следак. С какой стати ему нас в чем-то подозревать. Хотя конечно есть подозрительные места в этой истории. Двое сотрудников милиции случайно жарили шашлыки рядом с местом преступления. Это прямо как в классических детективах. Если случилось где убийство, то главный герой сыщик будет обязательно поблизости. Сам бы себя заподозрил, на всякий случай. Откуда я знаю, что такое классический детектив? Опять Тень развлекается?

— Вы место преступления осмотрели? Нашли что-нибудь интересное?

— Нет. На удивление ничего нет. Такое чувство, что тело сюда принесли. Ни травинки, ни веточки. Все чисто и нетронуто.

— Хорошо. Мы тут все осмотрим. Сейчас наш сотрудник опросит вас, все запишет, после этого вы можете быть свободны. Но будьте готовы, что мы в любой момент вызовем вас для дачи показаний.

Я со всем согласился. Сотрудником оказался совсем мальчишка, младший лейтенант, только-только из школы милиции. Мы расположились на бревне рядом с мертвым телом. Он достал из папки протоколы допросов свидетелей. Подробно опросил меня, затем Киндеева. Все тщательно записал, после чего мы подписали «с моих слов записано верно» и поставили подписи. Лейтенант спрятал протоколы в свою папку и сказал, что мы можем быть свободны.

Мы ушли, оставив позади спецов, которые исследовали место преступления, все движения свои протоколируя.

Мы шли к даче молча. Уже начало темнеть. Вошли на территорию садоводства с одинаковыми одноэтажными домиками с косыми крышами. Дача Киндеева ничем не отличалась от соседних, только стены окрашены в желтый цвет, когда у соседей домики были голубыми. Люська сидела в гамаке и читала книжку. Увидев нас, она вскочила, бросила книжку в гамак и направилась нам на встречу.

— Что так долго? Я уже переживать начала.

— Ты же знаешь, следственные мероприятия вещь не быстрая, — ответил Киндеев. — Жрать хочу.

— Сейчас я шашлыки на сковородке разогрею, — сказала она и скрылась в доме.

Перед домом стоял деревянный самодельный стол и две скамьи. Я сел за него. На улице тепло и уютно. На удивление нет комаров. Память Тени подсказывала мне, что комаров в это время года в Ленобласти всегда полно. Житья от них нет. Вероятно, ночью высосут досуха. Киндеев сходил в дом и вернулся с бутылкой портвейна и двумя стаканами. Он наполнил стаканы. Я взял свой, и мы немедленно выпили.

— И часто у вас тут людей убивают? — спросил я.

— Да никогда такого не было. Место тихое. Народ чужой здесь не ходит. Садоводство у нас офицерской, от МВД все участки. Я за этой дачей в очереди несколько лет стоял. Так что даже не знаю, что и думать, — ответил Киндеев.

— А девушку эту раньше видел?

— Никогда не видел. Не местная она. Это точно. Может кому в гости приехала.

— Надо бы по садоводству народ поспрашивать? Может мы найдем, кто она и откуда? — предложил я.

— Чего это у тебя служебное рвение в отпускное время проснулось? — с подозрением уставился на меня Киндеев.

— Поможем следствию. Может девушку сейчас ищут кто из знакомых. Беспокоятся.

— А мы им расскажем, что беспокоиться уже поздно. Мертвым все равно не поможешь? — сказал Киндеев.

— Ох не любишь ты работать, как я погляжу.

— За бесплатно не люблю. Не наша эта земля. Всеволожские пусть носом землю роют.

— Как же не ваша, если ты тут живешь? Дача тут у тебя. А может, мы что важное узнаем, что поможет предотвратить следующее преступление, — сказал я.

— Какое такое следующее преступление? — вытаращился на меня Киндеев.

— Гипотетическое.

— Какое?