Чудовища на Полынной улице - Софа Вернер

– Твой отец опять в отъезде? – спросила она у Данилы.

Свет в окнах не горел, даже прислуги не было видно. Да и в целом особняк производил впечатление опустевшего, не слишком жилого. Виктор Сергеевич и раньше-то часто уезжал, оставляя сына на попечение прислуги. А маму Даниила Алина никогда не видела и не считала вежливым спрашивать, что случилось. Никто из сокурсников не считал, поэтому и не знали.

– Ага. Он на конференции в Гонконге. Ну а мне тут нужна-то всего пара комнат, чего электричество зря транжирить? – парень неопределенно махнул наверх и в сторону. На втором этаже как раз располагались спальни и кабинет его отца. – Я и сам не так давно вернулся из экспедиции. Как раз вспоминаю, какая она, цивилизованная жизнь вне раскопов. Нам, кстати, туда.

По мере того как Данила щелкал выключателями, свет в коридорах зажигался, и тени испуганно брызгали в стороны. Было в этом что-то магическое, словно они проходили ступени посвящения, погружаясь все глубже во тьму и озаряя ее внутренним огнем. Но что, если тьма будет слишком густой и огонь покажется крохотным, трепещущим на ветру пламенем свечи? От этого ощущения Алина не могла избавиться, когда они прошли в хранилище Виктора Сергеевича. У Данилы, разумеется, были ключи от всех комнат, но сейчас казалось, что они с Линой вторгаются в какое-то священное место, нарушают некие негласные правила.

Не сразу, нехотя, но темнота, словно огромный сонный зверь, заворочалась и потеснилась. Они оказались в огромном зале с низким потолком, с которым соединялись еще несколько таких же комнат. Освещение было мягким, золотистым – такое Алина с легкостью могла представить себе в каком-нибудь древнем храме.

И, пожалуй, это место и было своего рода храмом, обителью науки и древностей. Чего здесь только не было! Стеллажи со старинными фолиантами, стеклянные витрины с экспонатами, требовавшими своего микроклимата. Оружие различных эпох и культур, деревянные маски, посохи и музыкальные инструменты. Да и мебель вполне могла быть антикварной. Современными здесь были только освещение, система вентиляции и сейфовые замки.

Даниил как-то удивительно гармонировал с этим местом. Сегодня он был одет немного фэнтезийно, хотя обычно предпочитал полуделовой стиль. Свободная рубашка с вышитыми на ней волками. Кожаные штаны. Украдкой Алина присмотрелась – да, пряжка была та же, которую она уже приметила в кафе. Теперь она могла разглядеть – узор в форме дракона, сердоликовые вставки. Вещь дорогая, старинная – или же очень хорошая реплика. И ведь не спросишь же! Подумает еще, что она пялится.

Оглядевшись, Лина не заметила мумий, хотя, может, они хранились не здесь. Заговорщически улыбнувшись, Данила поманил ее за собой.

Алина даже сбилась с шага, и парень помог ей устоять, удержал руку в своей, так и не выпустив, пока они подходили к стеклянному кейсу. Его прикосновение было приятным, даже волнующим. При этом Лина чувствовала некое бурлящее в нем нетерпение. Ему явно очень хотелось похвастаться!

– Видишь, делюсь с тобой самыми сокровенными секретами. – Даниил обезоруживающе улыбнулся, глядя ей в глаза, и отступил от витрины.

У Лины перехватило дыхание. В стеклянном «саркофаге» лежала удивительной сохранности таштыкская погребальная кукла, облаченная в традиционный наряд. Даже многорядные бусы уцелели. Украшения были необычными, скорее всего ритуальными – камни, кости, перья. Женщина – а это точно была женщина, судя по посмертному изображению, – явно высокого статуса. Видимо, шаманка племени. И в отличие от погребальных кукол того хакасского захоронения, которое Данила показал сначала, ее лицо было не просто схематично нарисовано по коже на голове куклы. Голову закрывала гипсовая маска с узорами, так прекрасно и натурально сделанная, что казалось, будто глаза вот-вот откроются. Словно перед ними не кукла, а живой человек, обернутый в слои кожи и одеяний.

– Какая… прекрасная сохранность, – выдохнула девушка, склоняясь ближе к витрине, пытаясь разглядеть детали получше. В какой-то миг отражение ее лица наложилось на маску. Ощущение было… странным. Жутковатым, но завораживающим.

– Отец привез ее из нетронутого захоронения. На реставрацию и экспертизу. Реставрацию как раз завершили.

– То есть… ее придется вернуть?

Даниил пожал плечами.

– Денег за нее уплатили немало, честно скажу. Причем нашел ее по случайности один хакасский пастух – провалился ногой, почва поплыла. А когда заглянул в яму – говорит, оттуда на него пялились два трупа. Один скалился, сидел там с копьем, словно страж. Второй – то есть вторая – была в маске. Как живая, спящая. По счастью, отец об этом узнал раньше, чем черные копатели, и подробно задокументировал захоронение. В общем, да, есть у нас теперь своя – не Алтайская, Таштыкская Принцесса, – он усмехнулся и любовно провел ладонью по стеклу. – Хочешь посмотреть поближе?

– А что, можно? – Алина чуть не задохнулась от восторга.

– Конечно.

– И даже потрогать? – вырвалось у нее.

Даниил распрямился и, лукаво улыбнувшись, понизил голос, как тогда, с шаманом:

– Только если примешь ее душу… Шутка.

Конечно, шутка.

Стекло отъехало в сторону. Алине показалось, что она ощутила запах жженых трав. Данила говорил, что этих кукол набивали травами, но ведь сколько времени прошло. Запах ей явно приглючился.

Протянув руку, девушка осторожно коснулась маски. Гипсовая поверхность была гладкой, приятной. Лина очертила кончиками пальцев ритуальные узоры. Черты сохранились настолько хорошо – гипсовые маски таштыки снимали с мертвых лиц, – что в какой-то миг даже возникла иллюзия, будто девушка касается живой прохладной кожи.

– Отец говорил, таштыки верили, что в этих куклах остаются отголоски души. А маски – чтобы обмануть злых духов. Ну или… чтобы дух не сбежал, – усмехнулся Даниил. Алина хотела спросить поподробнее, но он уже продолжал: – В этом погребении, к слову, была найдена статусная утварь, которая свидетельствует о торговых связях с Китаем и, конечно, с хунну.

– Хунну?

– Кочевые племена. Те самые, от которых китайцы попытались изолироваться своей Великой Стеной при первом императоре объединенного государства, Цинь Шихуанди, который положил конец эпохе Воюющих Царств.

– Ох, точно же… но не думала, что хунну так плотно взаимодействовали здесь с нашими.

– А как же. И даже повлияли на культуру таштыков.

Взгляд Алины снова невольно упал на пряжку с драконом и сердоликами. И на этот раз Даниил заметил, кивнул.

– Да, это работа хунну, с явным влиянием Китая.

– Реплика?

– Обижаешь, – парень рассмеялся. – Но потрогать не дам, уж извини. Может, как-нибудь потом.

Алина, смутившись, тоже рассмеялась. Запоздало поняла, что все это время неотрывно касалась маски, и резко отняла руку.

Данила закрыл витрину.

– Я тебе покажу фото отцовских дневников с задокументированным захоронением. Как раз получше познакомишься с ней, а потом расскажешь в