"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров

тогда большим капиталом и нужным уровнем стратегического мышления. Но вот историю Березовского и его дружков, первыми начавшими торговать продукцией завода в огромных масштабах, я впоследствии прекрасно изучил и оценил. Особенно грамотный подход прохиндея и афериста БАБа к работе с высокорентабельными государственными предприятиями. Он был прост: «Зачем тратить огромные деньги и приватизировать предприятие? Это нерентабельно. Гораздо проще, потратить намного меньше и приватизировать директора. Тогда убытки будут ложиться на завод, а прибыль — идти в карман компаний-присосок». Это поганый подход. Подлый и гнилой. Но с волками жить, по-волчьи выть. Можно же найти золотую середину, чтобы и заводу деньги оставались, и мы смогли свои миллиарды заработать.

— Дальше. Братский алюминиевый завод. Он изготавливает почти треть алюминия в СССР, что составляет четыре процента всего мирового производства. Спрос на алюминий и у нас, и в различных странах огромный. Проектная мощность БРАЗа — более девятисот тонн этого металла в год. Им тоже придётся плотно заняться. И, наконец, сеть нефтеперерабатывающих заводов. Когда в начале 90-ых годов наступит последняя фаза перехода плановой социалистической экономики в капиталистическую, государство перестанет регулировать цены, и они взлетят вверх. Нефтепродукты, в частности бензин и дизтопливо, это кровь экономики. Спрос на них будет огромный, а стоимость, в условиях постоянного повышения цен, ежедневно увеличиваться. Каждый из таких заводов, как Омский, Кишиневский, Московский, Волгоградский, Пермский, в Туапсе рассчитан на переработку десятков миллионов тонн нефти ежегодно. Нам надо обязательно взять эти активы под себя. Все эти предприятия я привел вам для примера. Существует ещё много заводов и вкусных проектов, которые мы тоже не должны упустить. Например, земля и недвижимость в центре Москвы и Ленинграда. Но это уже отдельный разговор, время которому мы посвятим позже.

Я сделал паузу, обводя взглядом лица ребят. Они внимательно слушали меня, не отвлекаясь на вопросы и просьбы прояснить непонятные моменты и экономические термины.

— Теперь рассказываю, что нам следует сделать. После нашей поездки в Армению, прибытия Сани в Москву, налаживания схемы по реализации кроссовок «адидас», мы делаем небольшой тайм-аут в активной коммерческой деятельности, и приступаем к первой фазе работы с этими предприятиями — подготовительной. Нам придётся разделиться на две-три команды и смотаться в командировки. Посетить Автоваз и другие предприятия. Пока никаких активных действий и попыток наладить прямые контакты предпринимать не нужно. Сейчас это опасно и привлечёт к нам ненужное внимание. Сначала необходимо собрать информацию, о руководстве заводов, кто принимает решения, через кого можно зайти на нужное нам предприятие. Существует ли на заводах продажа левака, кто на ней «сидит». На данном этапе наша цель — собрать как можно больше сведений о заводах и их руководстве, в том числе компромате и теневых денежных и товарных потоках, если они есть. Нам необходимо владеть обстановкой и иметь четкое понимание с чем и с кем в дальнейшем придётся столкнуться на подступах к этим заводам.

— А почему бы нам сразу, как появится возможность торговать бензином и другой продукцией, не приехать к ним и не наладить контакты? — полюбопытствовал Денис.

Ашот иронично усмехнулся, переглянулся со мною и с нескрываемым сарказмом посмотрел на афганца.

«Соображает», — мысленно отметил я. Похоже, многолетняя торговля фруктами на рынке и общение с «подпольными коммерсантами», помогли моему другу лучше понять окружающий мир и избавиться от иллюзий.

Даже опер улыбнулся краешками губ, отмечая детскую наивность бывшего однополчанина.

— А что я такого сказал? — немного смутился Денис, заметив реакцию товарищей, — Миха, ты же сам заявил, продукцией заводов можно будет торговать легально. Так почему мы не сможем это сделать?

— Вот потому и не сможем, потому что таких умных как мы будут тысячи. И обычных кооператоров никто туда даже на пушечный выстрел не подпустит, — улыбнулся я. — Вот смотри, ты директор нефтеперерабатывающего завода. Предприятие производит в год, допустим, пятнадцать-двадцать миллионов тонн бензина для легковых автомобилей и других продуктов. Литр бензина в зависимости от марки стоит от тридцати до сорока копеек. Учитываем, что литр — это мера объема, а тонна является весом. Исходя из плотности конкретной марки топлива, в тонне будет, примерно, тысяча двести — тысяча триста с лишним литров. Берем наименьший показатель — тысячу двести. Умножаем на тридцать копеек — стоимость самого дешевого бензина АИ-76. Получается триста шестьдесят рублей. Пятнадцать миллионов тонн, которые НПЗ выпускает ежегодно, это пять миллиардов четыреста миллионов рублей. Сумасшедшие деньги. Понятно, что я утрирую, не считаю себестоимость переработки топлива, зарплаты персоналу, логистику доставки. Но даже без этого, финансовые потоки впечатляют. Директор такого завода, образно говоря, сидит на огромной горе золота, а получает только одну зарплату и, по сути, становясь распорядителем, поражающих воображение средств, является нищим. Теперь представим ситуацию, что начинается кооперативное движение, страна в течение нескольких лет, перековывается в капиталистическую. И этот директор получает возможность заработать, монетизировать свою должность, использовать её, чтобы стать долларовым мультимиллионером. Конечно, руководство таких предприятий, в большинстве своём, консервативная публика и будет некоторое время выжидать и присматриваться к окружающей обстановке. Но вот прошёл год, полтора, они убедились, что ОБХСС бездействует, власть закрыла глаза и не замечает, как за счёт государственных активов новоявленные господа набивают себе карманы. Как вы думаете, что начнёт делать такой директор? И при этом на горизонте появляемся мы, такие белые и пушистые, которых он знать не знает, и просим его продать нам бензин. Что нам ответят?

— На хер пошлют, — буркнул хмурый опер.

Ашот ухмыльнулся и согласно кивнул.

— Именно, — улыбнулся я. — Вокруг этого директора уже выстроится очередь из ушлых местных коммерсантов, детей высоких партийных чиновников и другой «элиты». Но даже им бензин достанется далеко не всем. Директор, в девяноста случаях из ста, захочет сам рулить процессами продажи, пусть и опосредствованно. Он организует кооператив при заводе. Посадит учредителем своего сына или зятя, в общем кого-то из своей родни. И будет продавать через эту компанию-прокладку бензин коммерсантам. Вся прибыль уйдёт в частную структуру, а через неё в карман настоящему хозяину — директору. А все убытки лягут на завод и бедных работяг. Но и это ещё не всё. К разделу пирога начнут подтягиваться бандиты, через время — силовики и власть. И обычных коммерсантов не пустят даже на порог завода, не говоря уже о том, чтобы отпустить им бензин по приемлемой цене. А будут наглеть и проявлять настойчивость, просто шлепнут. Там такие деньги будут крутиться, что парой трупов больше, парой меньше, все равно. Теперь Денис понимаешь, что ты сказал глупость?

— Понимаю, — вздохнул афганец. — Но всё-таки, как-то в подобный беспредел сейчас