Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

своего появления и уничтожить обоих — теперь у него не было и тени сомнения, что именно эти двое ведут Игру. Но Леда отреагировала быстрее, чем он предполагал. И сейчас Арий не знал, что ему делать. Леда остановила время, и он не мог сместить пространственные координаты, чтобы убраться отсюда. С другой стороны, она не выказывала явной враждебности, предпочтя схватке разговор. Может, она не столь уж сильна? А может… У Ария возникло подозрение, что его пытаются завлечь в хитро расставленную ловушку; если же нет, он ничего не понимал. Если же нет… Из-за этого [если же нет] он ощущал себя дураком, к тому же беспомощным, словно младенец — не самое приятное чувство.

— Не находишь, братец?! — повторила Леда, не дождавшись ответа.

— Не нахожу! — буркнул Арий.

— Напрасно!

Девушка с улыбкой подкинула на ладони свой огненный шар, который, как подозревал Арий, не подчинялся законам остановившегося времени. У зрентшианца засосало под ложечкой. Он не знал, где это — ложечка, но у него засосало — там, глубоко внутри, липко и неприятно. У Леды не было каура, но при ее силе кауром могла стать любая, самая ничтожная вещь, даже простая булавка. Чего уж говорить о шаре, вобравшем в себя энергию, сопоставимую с мощью проклюнувшейся звезды. Леда внимательно разглядывала гостя и, верно, уловив ход его мыслей, улыбнулась еще шире.

— А я решила, что ты пришел поговорить со мной о своих близких, братец! Нет? Что же тогда привело тебя?

Арий заколебался. Сказать правду? Но кто тогда поручится, что Леда отпустит его? Всем было известно, что она играет по правилам, их не преступая, но ведь эти правила она устанавливала сама. Солгать?

Зрентшианец решил солгать.

— Время от времени я посещаю народы, живущие к востоку от моей резиденции. Я любопытен! Всегда найдешь что-нибудь интересное.

— Похвальное любопытство! — заметила Леда. — И что же ты нашел в этот раз?

Арий задумался.

— Тебя, — сказал он. — И этого парня. Вот только никак не вспомню, как его зовут.

Зрентшианец указал на окаменевшего во времени Аландра.

— У него много имен, — ответила Леда. — Когда-то его звали Юльм, потом — Конан, еще совсем недавно — Леонид. Ты знал его под именем Юльм! Теперь же его зовут Аландр!

— Красивое имя! — пробормотал Арий.

— Мне оно тоже нравится, — с улыбкой призналась девушка. — И он! — веско прибавила она. — Так что даже не думай о том, чтоб причинить ему вред!

— И в мыслях не имел! Я не испытываю вражды ни к тебе, ни к нему.

— Верно! — Леда дунула на шар, и тот бесследно растаял. — Враждовать со мной глупо и небезопасно для здоровья. Враждовать с ним также не советую, ибо я могу лишить тебя силы, и тогда он просто переломает тебе хребет.

— Это еще кто кому переломает! — процедил Арий, весьма задетый последним замечанием.

Леда улыбнулась.

— Ты сомневаешься? Может, попробуем?

Зрентшианец оценивающе посмотрел на набухшие мышцы Аландра и покачал головой.

— Нет. Физически он сильнее.

— Я рада, что ты понял это, братец! — похвалила Леда. — Он сильнее тебя, я сильнее тебя. А вдвоем мы сильнее всех. Так что не советую становиться на моем пути! Это может для тебя плохо закончиться.

— Ты угрожаешь? — словно любопытствуя, произнес Арий.

— Не имею такой дурной привычки. Просто предупреждаю. Делаю тебе первое предупреждение: не становись на моем пути. Я великодушна, но великодушия этого хватит лишь на второе предупреждение. Третье будет для тебя последним!

Арий натянуто засмеялся.

— Хорошо, я запомню.

Зрентшианец умолк, ноздри его широко раздувались. Леда наблюдала за ним с откровенной усмешкой.

— Нюхай, нюхай, братец! Ее здесь нет!

— Чего здесь нет? — спросил зрентшианец, безыскусно изображая удивление.

— Моей силы. Я спрятала ее. Да, ты правильно догадался. Я спрятала ее в камень, который назвала Солнечным Глазом. Красиво?

— Да, — пробормотал Арий. Его лицо вновь стало задумчивым, что вызвало веселый смех Леды.

— Ты ищешь место, подходящее для камня с подобным названием?! Это несложно, братец! Надо лишь помнить, что солнце не всегда там, где жарко. Случается, его больше всего там, где царит холод. Где холодно, там и будет жарко! Это парадокс, но я обожаю парадоксы!

— Я помню. — Арий попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой.

Зато лицо Леды было столь счастливо, словно она повстречала лучшего друга.

— Теперь ты думаешь, как бы откланяться? Или у тебя есть здесь еще какие-нибудь дела? Или вопросы? Ты не стесняйся, братец!

— Да нет, сестричка. — Зрентшианец совладал с собой. — Рад был повидать тебя. Если не против, я, пожалуй, откланяюсь.

Леда вновь улыбнулась. В руках ее выросли сразу несколько огненных шаров, и она принялась жонглировать ими.

— Так, я пошел? — Зрентшианец почувствовал, что заискивает, и это взбесило его.

— Да! — Шары растаяли в воздухе. — И передай привет Кеельсее. Скоро я сама повидаю его. И передай ему еще вот что… Это касается и тебя. Напрасно вы пытаетесь мне помешать. Уже ничего нельзя сделать. Ничего! Даже если ты вдруг обретешь поддержку всего своего семейства, это вам ничего не даст — Император уже седлает коня! Запомни!

— Постараюсь. — Арий осторожно исследовал пространство и обнаружил, что оно свободно от пут. Лицо его исказилось злобной улыбкой. — Пока!

— Убирайся прочь! — брезгливо бросила Леда. — Убирайся и помни, что Император уже седлает коня!

Арий скрипнул зубами и исчез. В тот же миг Леда жестом руки освободила время, пред тем другим, едва приметным жестом послав долгий сон слугам, невольным свидетелям появления гостя.

Зашевелился, с удивлением озираясь вокруг, Аландр. Леда шагнула к нему, ласково положив розовые ладошки на могучие плечи. Упреждая готовый сорваться с его губ вопрос, она прошептала прямо в эти губы.

— Я всё расскажу тебе! Всё! Клянусь! Но не сегодня. Это случится завтра, через год, а, может быть, через десять. Не торопи меня! Поверь, я имею право сказать: не торопи. Я очень люблю тебя и много сделала для тебя, хоть ты этого и не помнишь. А теперь пришла пора и тебе сделать для меня. Я ждала этого всю свою жизнь! Я ждала тебя всю свою жизнь, хотя ты и не подозревал об этом. Мы должны довести до конца эту Игру, а потом мы станем свободны, ибо, лишь победив, можно обрести свободу. И тогда я расскажу тебе все, и ты вспомнишь то, что забыл. И мы уйдем так далеко, как только сможем уйти. И там не будет никого… Только ты и я, я и ты…

— Да, — прошептал Аландр, поцелуем впиваясь в пухлые, дразнящие губы. — Да. Что я должен сделать?

Талла чуть отстранилась.

— Оседлать