Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин

но при этом не демаскирует себя чем-то вроде песен касаток. Их петь хорошо, когда вас целая банда и вы чертовски опасные твари, что и какого-нибудь мегалодона могут на запчасти разобрать. Впрочем не удивительно, супер-акула вроде как была максимум семнадцать метров в длину, а самцы касаток вполне себе дорастают до десяти, разница у них отнюдь не подавляющая. Но когда твои размеры не столь впечатляющи, лучше не орать всем окрестным хищникам «Я здесь!», как идиот.

Я конечно тоже был не коротеньким ужиком, но при этом весом и статью высшего хищника не отличался, так что мне в мутных водах рядом с Ландсби приходилось беречься и беречь своих подопечных во время «сбора урожая». Сидеть на попе ровно, пока друиды зачаровывают доски нового корабля, было бы с моей точки зрения довольно глупо и не рационально. Так что едва народ выспался и отдохнул, как наша шнека начала ходить вокруг фьорда, ища чем бы прибарахлиться. Обычно интересные места вирдманы высматривали при помощи рун, однако определив примерный район поиска начинали испытывать некоторые проблемы. Магические водоросли мы чувствовали с некоторого расстояния, но весьма небольшого. Однако как бы я ни матерился на органы чувств морского змея, но в этой форме мне было значительно проще найти искомое. К тому же морская рептилия была чертовски быстрым и стремительным существом, которое мало страдает от перепадов давления. Как нетрудно догадаться, я наслаждался плаваньем под водой, ища крупные и сочные заросли магических водорослей, что шли на алхимические ингредиенты. Затем моей задачей было патрулирование окрестных вод на предмет опасностей, пока молодые вирдманы собирают растения, играя в негров на плантациях.

И должен заметить, эта работёнка была необходима не только ради денег, но и для нормального климата в коллективе. Дело было в долях за поход, которые распределялись между хирдманами. Понятное дело, что большую часть забирал себе я, как владелец корабля, мне ведь за каждый рум причиталось, а кроме этого перепадало как хедвигу и волшебнику. Но вот какая штука, всем остальным вчерашним студентам тоже полагалась доля вирдманов, коль скоро они полноценные маги, таков обычай. И он, по моему скромному мнению, не мог не вызывать раздражения среди обычных воинов. Меня бы точно раздражал.

Но сейчас дело френалионских ассонов было телячье, вращать весло, чтобы довезти магов до нужного места, бить баклуши, пока они работают под водой, поддерживая заклятия водного дыхания, а потом отвезти уставших товарищей обратно в посёлок. При таких раскладах тяжеловато возмущаться какой-то несправедливости, трудность задач уж больно отлична. А собственно алхимическое сырьё, которое будет должным образом обработано и законсервировано для сохранности, мы собираемся везти к гномам, где оно будет обращено в звонкую монету. И тут как бы тоже тяжко будет мне что-то предъявить, требуя отступить от обычая, чай всю работу волшебники сделали, а воины только вёслами махали. Не было б магии, никто б собственно за водорослями так глубоко и не занырнул, а значит не было бы и выгодного торгового похода. Иные варианты делёжки золота возможны только при каком-то боестолкновении, исход которого определят действия вояк, а не волшебной братии. Что правда тоже вряд ли, у меня тут всё-таки на борту натуральная пушечная батарея, только что живая и её кормить надо.

Кстати о боестолкновениях. Плавая сейчас в мутных водах в поисках «вкусного места», я держался поближе к грунту, не желая быть атакованным снизу, а наоборот высматривая тех, кто был выше и желая встретить возможного врага лицом к лицу. Ровно так и произошло, правда моим противником оказалась не какая-нибудь акула, что тоже поглядывала не появится ли в свете солнца от поверхности силуэт добычи, а долбанный гигантский краб. Эти твари были всеядны, они одинаково бодро хрумкали как водоросли, в том числе магические, так и рыбу, что неосторожно приблизится к их огромным клешням. Вот и я того, приблизился. Выплыл из-за небольшой подводной скалы, у подножья которой растут Гармовы хвосты и вынужден был резко убирать голову из под щелчка природной гильотины. Кажется аж гидроударом по носу получил, так щёлкнуло!

Крабов, к виду которых относилась встреченная мной тварь, не зря называли гигантскими, головы я едва не лишился. А ещё дико хотел материться. Это в бою на земле можно резко отступить назад, уходя из под атаки, тут ситуация была иной. Ну не умеют подводные змеи пятиться! С этим у водоплавающих вообще есть некоторые проблемы, Суртур их задери! Если же совершить поворот головы на сто восемьдесят градусов, начав улепётывать, то в какой-то момент я обнаружу, что клешня хватает меня поперёк туловища, а с силой сжатия у краба там всё в порядке, трахни его йотуны. Так что мне оставался только один путь — вперёд, иных вариантов природа не предусмотрела. Победа или Вальхалла, млять!

Безмолвному боевому кличу я и последовал, извернувшись и схватив зубами крабий хитин там, где клешня росла из его тела, чтобы он не мог меня ею достать. К моему счастью вторая хваталка также дотуда не дотягивался, хотя мою чешую начала мгновенно царапать относительно мелкая лапка, что вероятно была предназначена природой в том числе и для очистки основного инструмента подводной твари, а не только для ходьбы по дну. Однако мне оставалось лишь стойко терпеть неудобства, надеясь что мне не выколют глаза и не порвут шкуру слишком быстро. Зато моё тело обрело в воде точку опоры в виде врага и я стал заводить свой хвост по дуге, обвивая им противника и избегая второй клешни, которой краб активно пытался меня достать и даже весьма чувствительно цапнул один раз, пустив кровь. Хорошо хоть удалось вырваться и тварь не сумела перехватиться. Шанс стать двумя полуальвгейрами был как никогда близок и возможен.

Сейчас же мы оказались в небольшом тупике. Тварь не могла мне ничего сделать ни клешнями, ни лапами, ни своей уродской мордой, чьи отростки, напоминающие мандибулы, вообще слабо предназначены для атаки. Я же тоже не мог ни прогрызть хитин, ни удавить противника, подобно питону. Тут всё-таки был настоящий природный танк, у него с уязвимыми местами вообще всё бедновато. Однако я к счастью бы не просто морским змеем, а всё-таки являлся вирдманом. Звериная форма делала для меня почти невозможными все виды волшебства кроме самого кондового — волевого, но для общения с духами его более чем достаточно. У них конечно были некоторые сложности с пониманием приказов, да и взаимодействием с материальным миров в целом, однако если давать им пошаговые инструкции, то можно добиться многого.