Пространство - Джеймс С. А. Кори

— Чего тебе, Робертс? — спросил Якульски, и на мгновение она лишилась способности говорить. 

В горле комом поднялась жажда оставаться в том мире, где сейчас Якульски и все остальные, где они победили. И слова не могли прорваться.

Но всё-таки прорвались.

— Свяжись с Мондрагоном.

— С кем?

— Нет. Вот чёрт. С Монтмайером. Да неважно, как там этого койо. С людьми Дуарте. Предупреди его. Предупреди всех.

Якульски нахмурился. Он склонился к камере, хотя там, где он находился, наклоняться, кажется, было некуда.

— Не шути со мной.

— Эти сволочи из объединённого флота только что приземлились на инопланетную станцию. Они явились не брать Медину. Они пришли за рельсовыми пушками.

Глава 45

Бобби

— Не жалеешь, что полетел с нами? — крикнула Бобби сквозь грохот корабля.

Сидящий напротив Амос пожал плечами и крикнул в ответ:

— Не. Кэпу с Персиком полезно провести время вместе. Это поможет им привыкнуть друг к другу. Да и вообще, тут тоже весело.

— Если мы победим.

— Это веселее, чем проиграть, — сказал он, и Бобби рассмеялась.

Суденышко оказалось дерьмовым.

Когда-то это был грузовой контейнер. Даже не настоящий, сделанный по стандартам для меха или автоматизированного дока, как тысячи других с одинаковыми размерами, поручнями и дверями. Этот — ручная работа, сколоченный на Поясе из хлама и хитрости в равных количествах. Второй корпус добавили позже, сварочные швы ещё блестели на уголках. Аварийные кресла не настоящие, просто толстые пластиковые листы с гелем, приклеенные к стенам, с ремнями, напоминающими амуницию скалолазов.

В придачу к этому у них не было активных сенсоров, их трясло, десяток летящих вместе с ними человек неважно обучены и, возможно, половина из них в недалёком прошлом участвовала в заговоре против Земли и Марса, оружие у них старое, а броня собрана из нескольких источников. И, конечно, если вражеская пушка обратит внимание на их корабль, после первого же предупреждения они все покойники. Бобби было с чего паниковать.

А она чувствовала себя как рыба в воде. Неважно, что тревожная и невнятная речь этих бойцов — астерская многоязычная мешанина и она едва могла разобрать половину. Бобби знала, о чем они говорят. Лекарства от тошноты сдерживали головокружение даже на самых крутых поворотах, а их горький привкус был как возвращение домой, в юность, к знакомым местам и хорошим воспоминаниям. Ей нравился «Росинант» — как и все остальные места, где она побывала после Ганимеда. Там хорошие люди, теперь, как ни странно — даже её друзья. Бойцы вокруг неё — не друзья и никогда ими не станут. Это её команда, пусть ненадолго, и рядом с ними она чувствовала себя на своём месте.

Динамики в скафандре заверещали. Активную связь она сочла стоящей риска. Пора узнать, было ли это верным решением. С помощью подбородка она приняла вызов.

Всплеск помех, за ними странный свист, как будто ветер дует через горлышко бутылки, опять помехи, и, наконец, встревоженный голос:

— Бобби? Как там у вас?

— Полёт нормальный, — сказала она, на всякий случай проверив внешние камеры. 

Синее сияние инопланетной станции поднималось слева, внизу поля обзора. Поблёскивало звёздное поле ракет. Тусклый отсвет Медины казался меньше пивной банки. Датчики приближения выполняли двойной обратный отсчёт — один для момента прохода под аркой рельсовой пушки, второй — до того, как они врежутся в станцию. Оба быстро убывали. 

— Будем на поверхности через... три минуты.

— Отряд готов?

Бобби усмехнулась и подключила групповой канал.

— Эй, придурки, готовы к бою?

Ответный гул одобрительных возгласов превысил мощность динамика. Она вернула соединение только с «Росинантом».

— Хороший ответ, — сказал Холден, но как-то глухо. 

Снова раздался свист. Искажение от кольца. При переходе Бобби ничего не почувствовала. Ни разрыва, ни головокружения. Однако кольцо докопалось до связи и сенсоров.

— Миссия идёт по графику, сэр, — доложила она. — Мы получим контроль над орудиями и впустим вас.

— Алекс говорит, атакующие корабли развернулись и опять идут в нашу сторону.

— Мы всё сделаем быстро, — сказала Бобби.

— Знаю, — ответил Холден. — Извини. Удачной охоты.

— Спасибо, — сказала Бобби, и соединение разорвалось. 

Индикатор связи покраснел. Она вернулась к внешним камерам, переключила корректировку обзора. На этот раз картинка стала устойчивой, метание корабля проявлялось только тремя слепыми пятнами с рваными краями, похожими на мультяшных летучих мышей. Лодок-приманок теперь поубавилось, но еще оставались. Они уже достаточно приблизились и теперь находились в зоне поражения всего двух рельсовых пушек. Пока эти пушки не проявят к ним интереса, как к торпедам и пустым лодкам, летящим к Медине, все в порядке. Вот только...

Она захватила и приблизила картинку. Недалеко от основания ближайшей рельсовой пушки, метрах в десяти от массивного, направленного в небо ствола, размещена серая низенькая конструкция. Круглая, как монета, и скошена так, что под каким углом ни ударят осколки или струя газа, она только твёрже стояла бы на своём месте. Её устройство Бобби знала вдоль и поперёк. Сейчас следовало бы испугаться, но она почувствовала только что-то вроде мрачной решимости.

— Амос, — выкрикнула она, пересылая ему копию изображения. — Взгляни на это.

Здоровяк посмотрел в свой ручной терминал.

— Хм. Да, это усложняет дело.

Бобби щелчком открыла общий канал.

— Новая информация. Донесение разведки, что рельсовые пушки не охраняются, могло оказаться неточным. Я только что видела армейский бункер марсианского производства. Если так, там могут быть и другие.

Хор расстроенных и встревоженных голосов. Бобби переключила каналы, заглушив все микрофоны, кроме своего.

— Не хныкать. Мы знали, что это возможно. Не хотите участвовать — можете отказаться прямо сейчас. Если нет — проверяйте оружие и снаряжение и будьте готовы драться, когда мы окажемся на поверхности. Наша работа — захватить контроль над этими пушками.

Она включила их микрофоны как раз вовремя, чтобы услышать «да, сэр», сказанное нестройным хором, и голос какой-то женщины, назвавшей её сукой. Если бы у неё было время преподать урок дисциплины, Бобби этого так не спустила бы, но сейчас ничего не поделаешь. Обстановка тяжёлая, а бойцы АВП — не морская пехота. Будем работать с тем, что есть.

Следуя собственному совету, она взялась проверять оружие. Встроенный в руку многоствольный пулемет, полный магазин, две тысячи бронебойных и разрывных патронов. Закреплённая на спине одноразовая ракетная установка с лазерным прицелом в скафандре. Полностью заряженная