Фантастика 2026-143 - Nicols Nicolson

Дмитрием Чесменским. На что рассчитывал только? Что Викентий ему отдаст комбинат, на который сам глаз положил? Что Вика ради разблокировки пакета пойдёт на то, что так открыто растащат имущество её семьи? Идиотское предложение. Но вот только Семён не идиот. Внутри заворочалось предчувствие надвигающихся проблем. Наложить на рассмотрение вето? Слишком веский аргумент. Да и с чего бы? Это будет проявлением неуверенности главы в своих силах. Признаком его слабости. Пора кончать эту клоунаду.

— Мы все тебя услышали, Семён Иванович, — перебил глава разошедшегося родича. — Моё мнение: вопрос поднят преждевременно, распределение долей несправедливо. Кто-то ещё желает высказаться?

Все промолчали. Викентий стряхивал с брюк очередную невидимую пылинку с брезгливым выражением на физиономии.

Голоса Георгия, плюс Агнесса, плюс Викентий — достаточно, чтобы заблокировать решение вопроса.

— Ставлю на голосование. Напоминаю: следующий раз вопрос о судьбе этого пакета может быть поставлен перед советом не ранее чем через полгода.

Те, у кого не было нейро, склонились над планшетами.

— Все проголосовали? Орфей. Результат.

— Решение принято. Пакет разблокирован. Распределение долей утверждено советом рода.

На табло появились результаты голосования.

Что? Как такое возможно? А вот так. За отмену решения проголосовал только сам Георгий Алексеевич и Агнесса. Все остальные, включая сучьих миноритариев, проголосовали за! Что происходит?

— Перед следующим голосованием следует перераспределить вес пакетов акций, — спокойно сказал Викентий Алексеевич.

Будто и не потерял только что акции комбината. Чувство тревоги уже било в набат. Но что делать? Прерывать заседание нельзя. Формально ничего экстраординарного не произошло.

— Пакеты перераспределены. Можно переходить к следующему вопросу повестки.

Цифры на табло сменились. А что, если всё и было ради этого? Ради голосов? Мысль мелькнула, но сделать Георгий Алексеевич ничего не успел.

Виктория встала со своего места и спокойно, даже как-то буднично произнесла:

— Я ставлю на голосование совета вопрос об отрешении главы рода от должности как недостойного этого поста и человека, совершившего преступления против рода. Орфей, прими пакет документов.

— Ты что себе позволяешь, соплюха! — Георгий Алексеевич сорвался. — Объявляю заседание закрытым! На вопрос накладывается вето.

— Согласно Уставу рода, на заседании по вопросу об отрешении главы рода председательствует хранитель традиций. Ваши последние распоряжения, глава, нелегитимны и не внесены в протокол заседания. Однако вы имеете право покинуть заседание совета в любой момент. Вопрос был вынесен. Вопрос должен быть разрешен.

Сука! Ему ещё железяка не указывала. С трудом уняв бешенство, Георгий Алексеевич бросил уничтожающий взгляд на Вику. Эта тварь допрыгалась. Кажется, пример отца её ничему не научил.

Он тяжело поднялся и уступил место хранителю — Владимиру Георгиевичу. Тот бросил на главу рода нечитаемый взгляд. Сквозь шум крови в ушах Георгий услышал, как преувеличенно-фальшиво ахнула Агнесса, которая явно начала знакомиться с некими «документами».

— Вы уверены, что младшие семьи должны быть посвящены в это… в этот ужас? — Агнесса потыкала пальчиком в планшет. — И вообще, где гарантии, что все эти сведения не сфальсифицированы?

— Агнесса, не позорься, — льда в голосе Викентия Алексеевича хватило бы заморозить небольшой бассейн. — Метки Орфея о подлинности стоят на каждом документе. Если хочешь, можешь посмотреть видео дедушкиных «экспериментов», его переписку с Георгием или признание Игоря. Выбирай, что больше нравится.

— Но почему меня не ознакомили с этими документами до заседания? — зло выкрикнула она. — Или вы думаете, я стала бы прикрывать такое?

— Ты прикрывала «такое» год, дорогая тётушка, — резко сказала Вика. — А теперь строишь из себя оскорблённую невинность.

— Хватит попусту базарить, — хранитель слегка пристукнул посохом о мраморный пол. Звук разнёсся по залу неожиданно звонко. — Требование серьёзное. Совет с документами ознакомлен. Если требуется время на рассмотрение, я готов дать членам совета час. Никто не покидает это помещение и не передаёт сообщения наружу, пока вопрос не будет решён так или иначе. Орфей!

— Исполнено, хранитель.

Следующий час показался главе кошмаром. Он пытался читать пересланные Орфеем документы, но строчки плыли перед глазами. Всё это было невозможным! Откуда у них вся эта грязь? Отец, естественно, в архивах рода ничего не хранил. В башне никаких экспериментов не проводил. Откуда у них переписка? Игорь! Мразь. Предал отца. Мысли метались, как заполошные птицы во время пожара. Наконец, он слегка пришёл в себя, когда Владимир Георгиевич заявил:

— Время вышло. Вопрос поднят серьёзный. Вы все ознакомились с фактами. Виктория, есть что добавить?

— Я уже всё сказала. Алексей Георгиевич и Георгий Алексеевич повинны в смерти члена рода и покушении на другого члена рода. Не говоря уже о прочих более мелких злодеяниях. Дед за свои поступки уже ответил. Теперь очередь Георгия Алексеевича.

— Кто из младших членов совета желает высказаться?

Тишина, которую принято называть мёртвой, была ответом хранителю традиций.

— Прошу высказаться представителей старших семей, — хранитель обвел глазами пятерых мажоритариев, словно заглядывая к ним в души.

— Да что говорить, Владимир Георгиевич, — Семён Орлов дёрнул уголком рта. — Никому из нас это действо удовольствия не доставляет. Давайте уже голосовать.

— Раз никто не желает высказаться, я скажу, — хранитель традиций поднялся со своего места. — В истории рода был всего один случай отрешения главы. И закончился он войной семей. Сейчас уже, конечно, не те времена. Но всё же вам всем стоит подумать о единстве рода перед тем, как проголосовать. У кого из вас рыльце не в пушку родовых интриг, пусть первым кинет камень в нынешнего главу.

— А единство рода не рушится, когда отец убивает сына, а потом пытается занять тело внука, старик? — это произнёс Викентий Орлов, разрушив оцепенение, в которое впали присутствующие после выступления Владимира Георгиевича. — Довольно пустой болтовни. Ставь вопрос на голосование.

Георгий Алексеевич молча смотрел на цифры, высветившиеся на экране. Словно в тумане выслушал вердикт Орфея:

— Решение принято квалифицированным большинством. Глава рода отрешён от должности. Можно перейти к следующему вопросу повестки дня. Пока глава рода не определён, ведёт заседания совета хранитель традиций.

Георгий поднялся и пошёл к дверям. Нужно покинуть этот балаган. Нужно собраться с мыслями. Твари! Какие же все они твари!

— Ты куда собрался, дядюшка? — голос паскудной племянницы