"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров

— Слушай, а если он такой правильный, почему с нарушителями социалистической законности сотрудничает? — прищурился я.

— Потому, что у него свой взгляд на это, — пояснил Сергей. — Он считает, что больше зарабатывать — естественное желание человека. Когда ему надо решить задачу обеспечения деньгами пацанов, он её и решает в рамках заданных возможностей. И работает с теми, кто что-то производит, продает, но никого не грабит, не убивает и простых людей не трогает.

— Допустим, — согласился я. — Тогда такой вопрос. Какая у него команда по численности?

— Я могу только примерно сказать, — задумался опер. — Костяк, где-то десяток человек. Каждый был в Афгане. Эти пойдут за него в огонь и в воду без малейшего сомнения и уже в разных делах испытаны. Еще человек двадцать-сорок можно быстро собрать для поддержки. Там не только афганцы, а ещё и его ученики из секции, и другие бойцы, которые с ним общаются и тренируются вместе.

— Откуда это знаешь?

— Герман рассказал. Во время последнего визита нас с Денисом сюда перетягивал, предлагал с ним работать.

— Перед поездкой с ним обо мне говорили?

— Конечно, — подтвердил опер. — Но только в общих чертах, по телефону, без конкретики. Сказали, что работаем вместе, ты проверенный товарищ. Иначе он бы с тобой и Олегом не встретился. Даже на порог к себе не пустил.

— Хорошо, какое у него техническое оснащение? Оружие и всякие боевые приспособы имею ввиду.

— Слышал, есть калаш, парочка гранат, эфка и ргдшка, тэтэшник, ножи боевые, винтарь с оптикой, марку не уточнял. Всё вроде, — пожал плечами опер. — Держат в тайнике, на случай если с такими беспредельщиками как Моня схлестнуться придется. С собою, обычно, ничего не носят.

— Ооо, да это уже целое преступное сообщество получается, — ухмыльнулся я. — Как итальянская мафия в Чикаго. И не побоялся он тебе такое рассказывать, как бывшему менту. Редкого бесстрашия человек, или наивности.

— Мы с Германом, жизнь не раз друг другу в Афгане спасали, — нахмурился Сергей. — Я его никогда не сдам. И ты слишком всё упрощаешь. Это только молодые, которые только пришли в ментовку, могут быть идеалистами. Со временем, грань между той или этой стороной закона ощутимо стирается. У каждого опера есть два пути. Первый: стать сволочью и буквоедом, «рубить палки», иногда вешая все «глухари» на кого попало, чтобы выполнить план. Второй: работать не строго по УК, видеть за каждым делом человека и действовать по совести. Ведь и нормальных людей можно посадить лет на десять, заслуженно, но несправедливо.

— Это как? — я чуть улыбнулся краями губ, ожидая продолжения.

— А так. Например, шел поздним вечером через парк парень с девушкой после танцев. К нему пристала пьяная стая. Паренька загасить решили, а девку употребить прямо на месте. Короче пацана потоптали немного и девчонкой занялись. А он чуть очухался, взял в каждую руку по каменюке и начал гасить уродов. Одного насмерть, двоих инвалидами сделал, остальные разбежались. По закону ему лет пятнадцать светит. А по справедливости? Вот и получается, что УК не всегда и не ко всем применять надо. А иногда чересчур не усердствовать в поиске виноватого, когда какого-то конкретного подонка грохнули, который давно напрашивался.

— Согласен, — кивнул я. — Закон и справедливость иногда диаметрально противоположные вещи.

— Вот и с Германом такая же история. Я знаю, что он обычного человека не тронет. А на чертей, которых он с ребятами положил, мне наплевать. Наоборот, воздух чище станет.

— Такой подход достоин уважения, — признал я. — Поддерживаю.

— Парни, мы уже подъезжаем. Дорожный знак «Кировокан» проехали, — предупредил Олег.

В окне машины, на фоне зеленых склонов замелькали малоэтажные домики с островерхими крышами, чередующиеся с современными зданиями. Кирпич строений был необычный, розоватого цвета.

— Вулканический камень, туф, — пояснил Олег, заметив мой заинтересованный взгляд. — Здесь много домов таких.

— Откуда знаешь? — поинтересовался я.

— Гурам о Кировокане ещё в Одессе рассказывал. Часами серенады пел своей Родине.

Через минуту трасса сменилась оживленными улочками. Пробежала по тротуару весело щебечущая стайка школьниц. Торопился по своим делам колоритный мужик с длинными черными усами, большой кепкой и сером кургузом пиджачке с потертыми локтями. Две девчонки, в легких летних платьях смуглая чернобровая армянка и русская с длинной русой косой что-то оживленно обсуждали, двигаясь навстречу. Далеко впереди виднелась сгорбленная спина старика, тяжело опиравшегося на палку. Наша «пятерка» притормозила возле него.

— Скажи, отец как к проспекту Ленина проехать? Нам ДК «Химиков» нужен, — поинтересовался Олег, высунувшись из машины.

Дед, обернулся, усмехнулся, неторопливо разглядывая нас, и степенно огладил пятернёй седую окладистую бороду.

— Ещё пару кварталов двигайся, никуда не сворачивая. Выедешь на проспект Ленина, рули дальше, там увидишь большое здание на склоне. Это и будет ДК Химиков. Напротив, сталинский дом с колоннами, не ошибёшься.

— Спасибо, парон, — вступил в разговор я, полностью опустив стекло. — Можем вас подвести, если вам по пути.

— Не надо, — отказался аксакал. — Езжайте по своим делам. А я уж сам как-нибудь доковыляю.

— Как скажете, — пожал плечами я.

Олег тронулся с места.

— А чего мы забыли в этом ДК «Химиков»? — поинтересовался Денис. — Там, что Ашот может жить?

— Нет, конечно, — ухмыльнулся я. — В оазисах культуры гостиниц не устраивают. Ашот и Вова сейчас у нашего товарища проживают на побережье. Там нужный дом отыскать трудно, частный сектор, и местные с недоверием относятся к пришлым. Долго мучиться будем. А ДК найти легко, каждый знает и подскажет, если что. Старший брат Гурама там секцию по классической борьбе ведёт. С утра до вечера детвору и юношей тренирует. Олежка сейчас сбегает, найдёт Вазгена, и он нам дорогу к дому родителей покажет, где наши парни квартируют. Мы с Ашотом так и договаривались перед поездкой, ты просто не в курсе.

— Понятно.

Через пять минут Олег притормозил перед зданием ДК, выключил зажигание и открыл дверь.

— Не задерживайся там, нашёл человека, переговорил и обратно, — попросил я.

Десантник кивнул, выскочил на улицу, захлопнул дверь и пружинистым шагом двинулся к центральному входу.

Медленно текли минуты, я лениво рассматривал прохожих, окрестности города с колоритными розовыми домами, Денис делился с Сергеем подробностями своего свидания. На следующий день после застолья у командира, он упорхнул на встречу со смуглянкой Катей, и гулял с нею до самого вечера, явившись за полтора часа до поездки. Девчонка, оказавшаяся студенткой ЛМИ, зацепила афганца. Забавно было видеть прошедшего войну, уже познавшего темную изнанку жизни, и в меру циничного парня влюбленным как мартовский кот. Он с восторгом поделился с нами своими впечатлениями. Екатерина в его представлении была, «и умницей», «и красавицей»,