Фантастика 2025-62 - Ринат Искандэрович Мусин

— Вот. Продолжай практиковаться, — вздохнул я и отпил кофе. — Делаешь успехи.

В потайную, отдельную часть подвала я заглянул уже без Захара. Как там говорится… Во многих знаниях многие печали? Нет, как-то проще. А, во, вспомнил: меньше знаешь — крепче спишь.

— Дядюшка, я молодец? — спросил я у зеркала.

Зеркало промолчало. То ли я был в его понимании не молодец, то ли дядюшка собирал энергию для нового залпа ЦУ и пока ещё не собрал.

Арка была как арка, через неё я видел стену. Подстаканники стояли рядом — в том же положении, в каком оставил их вчера. Сейчас забрал, от греха.

Был, конечно, соблазн воткнуть их в гнёзда и поглядеть одним глазком, что с той стороны. Черти ли гоняются за железным человеком или железный человек за чертями. А может, железный человек уже вообще поставил раком весь потусторонний мир, и все черти дисциплинированно роют потустороннюю землю в поисках полезных ископаемых.

Но я себя сдержал. Потому что была ненулевая возможность, что как только я активирую арку, железный человек выпрыгнет прямо сюда, в подвал, и на этом, собственно, всё. Ну, погибнуть, может, и не погибну, но дому точно хана. А это мне однозначно не поднимет настроение… Ладно, здесь пока всё. Пора бы уже и другими делами начать заниматься.

* * *

Подстаканники я запер в сейф. Не то чтобы не доверял хозяйственности тётки Натальи, но есть всё же разница между посудой и ключами для запуска ракет.

Переоделся. И, уже совершенно готовый к новому дню, перенёсся к Ползунову. При всём своём деморализующем пессимизме Захар был немножко прав. Если у Ползунова не выйдет со сборкой, то значимость всех моих запасов стремится к нулю. Ну, разве что только действительно — врагам не достанется.

— Боюсь, это всё, чего мы смогли добиться, — грустно сказал Ползунов.

— Н-да… — ответил я.

Воина-андроида они собрали. Благоразумно окружили антитварной цепью. Это как верёвка, только цепь и гораздо сильнее. И сейчас воин бесновался в кругу, за пределы которого не мог выбраться. Он орал, ревел, кидался на незримые стены, швырялся огнём, морозил воздух, посылал разряды электричества. В общем, вёл себя так, как вёл бы, оказавшись в ловушке, пьяный Аврос. С поправкой на то, что был, очевидно, во много раз сильнее Авроса.

— На контакт не идёт? — полюбопытствовал я.

— Он не воспринимает нас как существ, с которыми возможен контакт, — вздохнул Юлиан Юсупович. — Люди для него — цель. Он хочет нас убить, только и всего. И цепь эта долго не продержится. Ещё час, не больше.

Глава 9

— Здорово, — одобрил я. — И когда ты собирался сказать об этом мне?

— Как раз думал о том, чтобы послать за тобой Демида Евграфовича. — Ползунов оглянулся на Демида, который, как заправский телохранитель, отсвечивал у него за спиной. — Это… м-м-м, существо — твоё имущество. Было бы некрасиво уничтожить его без твоего ведома.

— А как ты собирался его уничтожить?

— Опутать дополнительными цепями, транспортировать в плавильный цех и переплавить. Несмотря на то, что внешне этот кадавр — подобие человека, в основе его металл.

— Да это я знаю. Не знал, что ты умеешь переплавлять такие металлы.

— Это непросто, — признался Ползунов. — Но Юлиан Юсупович владеет необходимой технологией.

Некроинженер с достоинством поклонился.

— Что за технология?

— С вашего позволения, я освоил её ещё на стадии разработки первого опытного образца.

— Терминатора?

— Да-да, именно! Я долго бился над тем, чтобы металл, из которого он создан, приобрёл нужные свойства. И после многих экспериментов понял, что металл нужно обрабатывать дополнительно, посредством воздействия на него энергии, исходящей от охотников.

— Э-э. Переведите.

— При обработке металла несколько охотников должны воздействовать на него своими так называемыми Знаками, — объяснил Ползунов. — В этом случае металл обретает необходимые свойства. Демид Евграфович, любезный. Подскажите, как именно вы воздействовали на образец?

— Чегось? — удивился Демид.

— Они железо плавили, а ты в это время Знак кастанул, — перевёл я. — Что за Знак?

— А! Так бы и сказали. Красный петух.

Некроинженер благодарно кивнул.

— Как показали эксперименты, этот ваш Красный Петух не только многократно увеличивает температуру плавления, но и передаёт объекту воздействия весьма полезные свойства. С его помощью был создан первый образец. И с его же помощью мы планируем уничтожить этот. — Он грустно посмотрел на беснующегося андроида. — Хотя, конечно, очень жаль! У нас в отношении него были далеко идущие планы.

— Не поверите — у меня тоже… Ладно, понял. Сейчас вернусь.

Я перенёсся в свою комнату. Вынул из сейфа комп и вернулся.

— Что это? — заинтересовались оба инженера.

— Папка. Там у меня внутри бумажка, на которой всякие секретные Знаки начерчены. Сейчас я их буду применять. Посторонних прошу покинуть помещение.

Господа инженеры и Демид переглянулись, с места не тронулся ни один.

— А кто здесь посторонний?

— Все. Давайте, шустренько, на выход!

— Ты останешься один?

— Почему? Вдвоём. — Я кивнул на андроида.

— Но это очень опасно! Мы не можем тебя оставить!

— Ещё как можете. Делайте, что говорю.

— Но…

— Иван. — Я положил руку Ползунову на плечо. — Когда ты работаешь, я под ногами путаюсь?

— Нет.

— Ну вот и ты не путайся. Всё, на выход! Демид, проводи.

Демид солидно кивнул и принялся оттеснять господ инженеров к двери.

Дождавшись, пока вся группа покинет помещение, я открыл комп. И обомлел.

Когда смотрел на экран в последний раз, он показывал ячейки, заполненные частями андроидов. Сейчас на передний план выдвинулась единственная ячейка. Андроид находящийся в ней, мигал всеми оттенками красного, словно взбесившийся светофор.

Единственное, что горело зелёным — сердце. Та самая батарейка, которая заставила ожить остальное. Принадлежащее к разным комплектам — о чём система пыталась сообщить сборщику всеми доступными средствами. Андроид, очевидно, был собран с нарушением всех возможных правил.

В пользу моей догадки говорила таблица, находящаяся рядом со схемой. Она состояла из многих строк, каждая из которых горела красным. Я подумал, что терять мне нечего, и ткнул наугад в самую верхнюю. Ноль реакции. Тьфу ты, блин, забыл! Я вытащил меч и коснулся строки его