"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

— И что? Я ж не хочу с ними драться.

— А то. Думаешь, среди здешних ребят Сережек и Максов не будет?

Димка пожал плечами.

— Нет, почему. Будут, наверное. Только Сережка и Макс и у нас есть.

— А если кто-то лучше них найдется? Скажешь, что такого быть не может, потому что это МЫ?

— А вот не знаю! — ответил Димка. Разговор вдруг перестал ему нравится. — Макс вон, тяжелой атлетикой занимается. А Сергей — вообще школьный чемпион по самбо. Таких, как он, ещё поискать надо. Ты вообще о чем?

— А о том, что милиции тут нет, и кроме нас самих, нас тут защищать некому. И не надо думать, что мы тут самые-самые-самые, потому что это МЫ.

— И что?

— А то, что на рожон лезть не надо, надо и головой иногда думать. Поражение — оно штука такая. Липкая. Потом не отмоешься.

— И что — выходит, нам в драку нельзя лезть, если враг сильнее? — удивился Димка. — А если он слабых обижает? После такого, знаешь, тоже… не отмоешься.

Сашка смутился — видать, сам не подумал о таком.

— Друзья нам нужны, — наконец сказал он. — И чем больше, — тем лучше. Иначе, чувствую, домой мы не вернемся. Будем, словно Квинсы, шастать по лесам и врагов орехами забрасывать…

— Друзья — это да, это обязательно, — согласился Димка. — Ладно, доберемся до этих Виксенов, — посмотрим…

* * *

Ещё задолго до заката Льяти предложил остановиться. Сергей начал возражать, — но Льяти спокойно объяснил ему, что ночью костер жечь нельзя — могут прийти нантанг, то есть волки, и тогда гостям придется кисло. Так что поесть надо заранее, — а ночевать придется на деревьях, потому что подходящих укрытий в скалах рядом, к сожалению, нет.

Разбивать лагерь в таких обстоятельствах особого смысла не было, готовить ужин тоже — Льяти быстро отыскал дерево, на котором росли маути, здоровенные, побольше полуметра, плоды, похожие на громадную, покрытую жесткой синеватой корой клубнику. Стебель одной такой «клубники» пришлось рубить топором, — а потом ещё ошкуривать её, словно кабанчика. Но под корой скрывалась маслянистая розоватая мякоть — каждому досталось по здоровенному куску, так что ужин на этом и закончился. Вкус был очень необычный — что-то горьковато-сладкое, вроде грейпфрута, — и Димка невольно подумал, как отнесется к такой пище его живот. Пока что всё было в порядке, но, кто знает…

Хлопот с ночлегом вышло куда больше. Во-первых, залезть на дерево оказалось совсем даже непросто. Подходящие, на взгляд Димки, деревья Льяти сразу же забраковал, объяснив, что на них могут запросто забраться «волки» — эти твари лазили немногим хуже кошек.

Показанный Льяти способ подъема был совсем несложный: обрезаем кусок лианы, обвязываем его вокруг дерева, упираемся в него спиной — и идем вверх по стволу, как по бульвару. На деле, правда, оказалось, что жесткая лиана страшно режет спину и никак не желает скользить по шершавой коре. Её приходилось ослаблять и захлестывать выше, проделывая чуть ли не цирковые трюки, так что времени всё это заняло много. Машка, Ирка, Сашка и Аглая так и не осилили подъема, и их пришлось втаскивать вверх на лианах, вместе с рюкзаками. Устроиться на ветках тоже казалось совершенно немыслимо, — нет, сидеть там ещё можно, но лежать!..

Льяти показал им, как делать гнезда из наломанных веток — тоже непростое дело, вроде изготовления плетня. Плетение гнезда было делом ответственным, — иначе ничего не стоило свалиться, — так что когда они закончили, уже почти успело стемнеть. Димка весь оцарапался и устал, словно черт. К тому же, на всех гнезд всё равно не хватило, и Льяти подал мудрейшую идею спать парами. Понятно, что Машка сразу же забралась в гнездо к Димке, и это ужасно смутило мальчишку. Нет, они уже спали вместе в одной палатке, — но там хоть отодвинуться можно!.. Тут же оказалось… тесновато, и избежать Машки не было никакой возможности. Самое обидное вышло то, что сама она не видела в этом ничего необычного. Димка повернулся к ней спиной — невежливо, но хоть сердце так не колотилось, — и попытался разобраться в своих ощущениях. Машка ему, определенно, нравилась, — но почему тогда он душу готов продать, лишь бы она оказалась сейчас в другом месте?..

Так и не придя ни к каким выводам, мальчишка уснул.

Глава 6: Дети двух миров

В земле наша правда, в земле наши корни,

И сила в плечах — от лугов и полей.

Земля и оденет, земля и накормит,

Ты только себя для неё не жалей.

Под небом прозрачным и синим,

Земля — словно сон наяву.

Зови меня дочкой,

Зови меня сыном,

А я тебя матерью с детства зову.

Земля хорошеет, приветствуя друга.

Земля для врага — как огонь горяча.

И часто бывает, что лемехи плуга

Заденут при вспашке обломок меча…

Сверкают алмазы росинок,

И падают звёзды в траву…

Зови меня дочкой,

Зови меня сыном,

А я тебя матерью с детства зову.

На нивах и пашнях красивые люди,

Они у земли набрались красоты.

А если ты землю всем сердцем не любишь,

Любви настоящей достоин не ты.

— Вот, мы уже почти пришли, — гордо объявил Льяти.

Димка недоверчиво хмыкнул. На его взгляд, впереди не было ну совершенно ничего необычного: тот же надоевший до чертиков лес. Горы, правда, уже остались на севере и громоздились там, словно низкие грозовые тучи, тонущие в зеленоватой воздушной дымке. Трудно даже поверить, что они как-то дошагали оттуда — сюда. Тем не менее, Льяти уверял, что они уже у границы обитаемых земель. Саму границу особо ничего не отмечало — кроме, разве что, невероятно высокой, как телебашня, пальмы, — наверное, метров в сто пятьдесят. Коричневато-зеленый её ствол плавно суживался кверху, потом резко расширялся — и уже оттуда свисал неопрятный ворох узких зеленовато-голубых листьев, похожих на ремни. Они лениво колыхались в воздухе.

— Вот, — повторил Льяти. — Чтобы увидеть Ойкумену (странно, но он употребил именно это греческое слово) вам нужно залезть туда. Оттуда открывается самый замечательный вид, вот!

— А это обязательно? — хмуро спросил Димка. Лезть на эту живую «телебашню», верхушка которой весьма заметно качалась, ему ну совершенно не