Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

В какой-то миг Рон даже забрал у Юлиана сына и, кивнув тому на жену, тихо произнёс:

— Понеси её хоть немножко. Пусть отдохнёт.

Тот, кивнув, так и поступил, чуть ли не силком усадил жену себе на спину и так её нёс километров пять, давая возможность чуть оклематься.

Нам всё же пришлось встать на ночлег, хотя до темноты было ещё несколько часов.

Слав привёл нас в небольшую пещерку, которую с тропы и увидеть было сложно, так как её загораживал разросшийся колючий куст. Так что, скорее всего, он знал об этом месте заранее. Что в принципе он и подтвердил чуть позже, сообщив нам, что они ещё в прошлый свой разведывательный рейд обнаружили эту пещерку и даже ночевали в ней.

Сама же пещера была не глубокой, всего каких-то десять метров в глубину, но нам и этого было достаточно.

Я и Вал натаскали хвороста для костра, набрав его подальше от нашего укрытия. После чего Рон запалил небольшой костерок и поставил вариться котелок с водой, куда он побросал все те крохи, что остались с нашего обеда: полбанки тушёнки и один «бомж-пакет», как я называл пакет с лапшой быстрого приготовления, — это всё, что у нас осталось. Можно сказать, с водой нам снова повезло: очередной источник находился от нас совершенно неподалёку, всего в паре сотен метров.

Пока еда готовилась, Слав и Рон ушли на разведку и вернулись не с пустыми только через час, когда все уже поели. Слав принёс каких-то кислых ягод, от которых вязло во рту и появилась неприятная тяжесть в животе вместе с чувством некоторого насыщения, что уже само по себе было неплохо. А Рон притащил с собой мелкую птаху, которую тут же общипали, распотрошили и сунули в угли запекаться, предварительно завернув в какие-то листья наподобие лопуховых.

Принесённая ими информация внушала одновременно оптимизм и насторожённость. Оптимизм заключался в том, что нас, судя по всему, никто не преследовал. По крайней мере Рон, пройдя с пару километров назад, не заметил ничего подозрительного. Насторожённость была вызвана тем, что Слав, обследуя наш завтрашний путь, обнаружил на тропе следы, которые были оставлены, как он сказал, прошедшем здесь крупным отрядом гоблинов.

— Есть опасность, что мы с ними здесь можем снова столкнуться. Тропы узкие, и, если те вдруг попадутся нам на встречу, нам с ними не разминуться, — с сожалением произнёс он. — Поэтому только и остаётся, что надеяться на чудо.

Позже, в разговоре с глазу на глаз, он признался, что именно вот такая незапланированная и внезапная встреча на узкой тропе и погубила большую часть их тогдашнего разведывательного отряда. А ведь в нём было десять опытных и обученных разведчиков.

— В любом случае нам всем нужно как следует отдохнуть. Завтра нам предстоит очень много пройти, — подытожил этот разговор Рон

***

Ника…

Те слова Артёма про то, что наше желание кого-то спасти может обернуться против нас самих, и что мы не только не поможем тем, кому хотим помочь, но и навредим самим себе, почему-то никак не выходили из моей головы. Нет, я не жалела о своём решении спасти Талию, её мужа и сына, но даже я понимала, что это наше решение в итоге нас сильно замедлило. Да и с едой у нас были явные проблемы. До этого мы ели только те скудные запасы провизии, что хранились в рюкзаке у Артёма и которые только что совсем закончились. А ведь нам в дороге находиться ещё не один день. Так что провиант также был огромной проблемой для нас и наших желудков. Мелкая птаха, что притащил Рон, была просто удачей, как он сам признался. Он при виде птички метнул в неё камень и, неожиданно для самого себя, попал в неё. Её мы, конечно, тут же зажарили, но решили отложить её на утро, чтобы было хоть чем-то подкрепиться перед завтрашней дорогой.

Артём сидел от меня чуть в стороне и разбирал свой огромный рюкзак — проводил, как он сам сказал, ревизию содержимого. Вещей в нём было не то чтобы очень много, но предостаточно. Медицинская сумка, как я уже узнала — с лекарствами из другого мира, где большую её часть составляли перевязочные медицинские средства, обезболивающие и другие лекарства, необходимые для оказания первой медицинской помощи раненым на поле боя. К слову, содержимое его медсумки наводило меня на определённые размышления о роде его занятий. Но пока я свои вопросы приберегла на другой раз.

Помимо медицинской сумки, там лежал запас стрел к его арбалету, который своей конструкцией заинтересовал всех. Тот же Слав высказался в духе, что отрядам разведчиков вот такие арбалеты пришлись бы в самый раз, и очень долго после этого его разглядывал и изучал. Особенно его заинтересовал механизм перезарядки.

Ещё там лежала интересная и незнакомая штука, которую Артём назвал пневматическим пистолетом, назвав его бесполезной игрушкой, но, что самое характерное, выбрасывать его не стал, а бережно убрал на самое дно рюкзака. Кое-какая одежда из разряда нижнего белья, запакованная в прозрачный и плотный, неизвестный мне материал, меня, конечно, заинтересовала, но… Незачем себе ничего такого воображать. Не особо я горю желанием разглядывать мужское нижнее белье, даже если оно из другого мира. Меня, если что, заинтересовало не оно, а именно защитный материал, который, по словам Артёма, сохранял чистую одежду от загрязнения. А вот непонятная прямоугольная коробочка, которую тот назвал смартфоном, меня в тот момент даже не заинтересовала совсем, так как не увидела я в ней ничего интересного. Да и он не стал объяснять мне, что это такое, а сразу убрал также на самое дно своего тактического рюкзака. Что меня действительно заинтересовало — настолько, что я даже захотела ЭТО попробовать, — это гигиенические средства: шампунь, мыло, крема для рук и лица. Это было то, о чём я сейчас мечтала больше всего! Принять ванну и смыть себя всю эту грязь. Видя мой интерес, он протянул мне пакет с влажными, приятно пахнущими салфетками, объяснив мне, для чего они и как ими следует пользоваться.

Каюсь, проявила несдержанность — буквально сразу же вырвала эти салфетки у него из рук и испытала их, протерев свои ладони.

— Девчонка, — беззлобно, с доброй усмешкой пробормотал Артём, но я на него даже внимания не обратила, а