"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

Нагишом отправились дальше. Сперва просто шлёпали по воде, подсвечивая дорогу фонариками. Я дополнительно пускал слабые духовные импульсы, чтобы видеть всякие ямы и арматуры под водой. Так и брели, пока уровень воды не вырос достаточно высоко, чтобы мы смогли плыть.

— Думаю, пить её тоже не стоит, — сказал я, увидев, как Альфачик прицеливается.

— Ау… — грустно взвыл он и повесил уши.

Постепенно вода поднималась всё выше, и вскоре мы плыли уже под самым потолком. Потом вдруг нас стало постепенно увлекать течение, которое появилось, когда мы миновали какой-то боковой тоннель. А ещё через пару минут оно нас увлекло так сильно, что мы уже даже грести перестали. Просто отдались течению.

— Эй, как-то оно всё быстрее… — немного забеспокоилась Агнес.

— И шумит… Мне не нравится, как шумит, господин…

Мой слух тоже это уловил. Сквозь шелест водного потока пробился ещё один звук. Гул падающей воды. Он словно по стенам передавался.

— Где-то впереди водопад! — крикнул я. — Ищите, за что зацепиться!

Нас уже несло с огромной скоростью. Гошик попискивал от страха, потому что на него то и дело летели брызги, когда паук пытался удержаться на месте, цепляясь за потолок. Но течение каждый раз его отрывало обратно.

Как бы мы ни барахтались, стихия была сильнее нас. Княжна предложила заморозить воду, но я ответил, что замороженные полуфабрикаты точно не смогут помочь Мите и победить Саранчу. Максимум несварение вызовут.

Нас пронесло мимо ещё одного бокового тоннеля, из которого поток бил, словно из прорванной трубы. Тут мы окунулись с головой. Вода полностью заполняла тоннель, и мы летели, словно в какой-то аэротрубе. Или в канализационном смыве. Поток швырял, крутил и бил нас о стены. Без защиты и артефактов это было ой как больно!

Через несколько минут такой болтанки нас выплюнуло на широкое открытое пространство. Станция метро! Полуразрушенная, но плевать! И достаточно близко к Мите!

— Держитесь! — крикнул я, хватая паутину, которую выплюнул Гоша.

Другой её конец зацепился за висящую в воздухе колонну, съеденную водой.

Сумел сгрести Лакроссу с Василисой. Княжна подхватила рукой стремительно проплывавшую мимо Лизу. Агнес вытянула длинную руку, а двумя другими схватила графиню и Веронику. Дриаду спас Альфачик, схватив её за голову зубами, а Альфачика почти на себе вытащил Гоша.

Сильный поток, как в воронку, засасывало дальше, в следующий тоннель. А мы, преодолевая сопротивление воды, добрели до ближайшей лестницы и рухнули на неё — голые и уставшие.

— Чуть кольцо не проглотила… — пожаловалась Лиза.

— Меня саму чуть не проглотили! — схватилась за голову Маша. — Вроде цела… Не делай так больше, пожалуйста, Альфачик.

— Ау… — грустно повесил тот мокрую голову.

— Ну ладно-ладно, прости. Спасибо, что спас, мой хороший. — Она потрепала его по холке, и от радости Альфачик отряхнулся от воды, сделав нас всех снова мокрыми.

Слегка высохнув, оделись обратно и вышли на поверхность. Город здесь… ну его почти не было. Только чёрные руины, облепленные стеклом. Зданий выше трёх этажей просто не осталось. Да и те торчали просто обломками стен. Небо здесь было сплошь затянуто тучами, а воздух — сухой и горячий, — драл горло.

Выход из метро вывел нас к зданию с большим куполом. Удивительно, но оно почти полностью уцелело. Это и был Рейхстаг.

Вокруг было полно Саранчи, и мы спрятались среди руин. Но не успел я задействовать свой пояс, как до нас долетел грохот очень далёких взрывов. Они были настолько сильными, что облако подсветило снизу оранжевым. Затем пришёл сильный ветер, поднявший пыль. Саранча пришла в движение и очистила улицу и площадь.

— Альпийцы, — вслух сказал я.

— Похоже на то, — согласилась Лакросса, выглядывая из-за остатков оконного проёма. — Значит, не совсем трусы. Всё чисто, можем идти.

Выдвинулись в сторону Рейхстага. Пришлось войти в него, потому боковые пути были сплошь перекрыты непроходимыми завалами. Быстрее пройти насквозь.

Внутри я сразу узнал лестничные проёмы и колонны. Я здесь уже бывал. Не удивлюсь, если где-то на верхних этажах, в комнате с видом на руины Берлина, лежит тело Деникина-младшего.

Но проверять я это конечно же не буду. Некогда.

Пройдя холл насквозь, ступили в широкий коридор, но он почти сразу обрывался, будто его ножом обрезали. А внизу гудел потоками воздуха километровый обрыв.

Точнее, это был гигантский кратер, оставленный метеоритом Саранчи. Вид открывался отличный и на сам Рой.

Это была махина из живой плоти чёрного цвета с атласным, кровяным подбоем. В высоту… не знаю даже. Вершина терялась в облаках. В ширину больше километра. И при этом она висела в воздухе, держась на шести огромных ногах, напоминавших те, что были у пугала. Или те, что я видел в воспоминаниях Миты. Толстые, бугристые арочные опоры. Ко дну кратера спускалась ещё одна.

Сам Рой, огромный и непоколебимый, словно дышал. Из многочисленных пор живого метеорита сочился тёмный дым и растекался по небу, скрывая солнце. Нельзя было понять, день сейчас или ночь. А опоры слегка пульсировали, словно от биения гигантского сердца.

Я чувствовал, что мне надо вниз, где седьмой отросток.

Обернулся к своим. Все они смотрели на меня и ждали. Альфачик широко зевнул и клацнул челюстями, Гоша потрещал жвалами и всеми восемью глазами мигнул, как бы говоря: «Сегодня мой бог напьётся жертвенной крови досыта!»

Да, паук — он… такой.

Я спросил:

— Ну что, любимки мои, вы готовы?

И вдруг девушки все как одна попадали на колени и зарыдали!

Не понял… Они решили Саранчу в слезах утопить, что ли⁈

Не, ну так-то тоже вариант…

Глава 19

Женщины рыдали так, словно кто-то умер. Я, например. Но нет же, вот он я стою — живой, здоровый и не понимающий, что происходит.

А они тем временем начали друг дружку обнимать и размазывать слёзы.

— Дождались! Наконец-то! Тиран! Носорог твердолобый! Жираф! Уа-а-а-а! — стенали они.

Альфачик задумчиво склонил голову набок и лизнул лицо Вероники, а она обхватила его за шею и принялась ещё громче реветь.

— Стойте! — вдруг подпрыгнула на месте Агнес, расставив руки в стороны, словно вратарь на воротах. — Я всё поняла…

— Что ты поняла? — спросила зарёванная Вероника.

Я ещё ничего не понял, а они уже…

— Коля собрался пожертвовать собой и так прощается с нами!

А?

— Не-е-ет! Только не это! Не может бы-ы-ыть! — пуще прежнего заревели девушки.

— Да не собираюсь я никем жертвовать! — перекрикнул я их стенания. — Ни собой, ни вами. Сделаем дело и вернёмся домой.

— А почему ты тогда назвал нас любимками? — задала каверзный вопрос княжна, сощурив глаза, а её голубые