"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

Эх, как знал, что не стоило этого делать.

— Неважно! Главное, что я об этом уже пожалел…

— Девчонки, не ведитесь! — шёпотом предупредила Лиза. — Это приём из реверсивной психологии. Он сейчас таким образом выудит из нас признания в любви!

— Я, вообще-то, тебя слышу… — сообщил этой психологине, но она на меня только шикнула.

Все с сомнением уставились на Лизу, но её это нисколько не смутило.

— Мне кажется, Коля и без всяких признаний знает, что мы его любим, — осадила пепельную рыжая.

— Да с чего это? Разве кто-то ему это говорил? Значит, не знает! Важен сам факт признания, я читала… — не унималась психологиня.

— А много девушек хотят детей от нелюбимых мужчин? — задала ещё один каверзный вопрос Василиса.

Лиза густо покраснела.

Мда… Надо было их комплиментами почаще радовать, а то вон как развезло. До сих пор глаза на мокром месте.

— Значит, так, женщины… — попытался я вернуть их в эту реальность.

— Уже без любимок! — ткнула локтем в бок Лизу Агнес.

А я продолжил:

— Мита где-то там, в Рое. Тарантиус там же, поэтому туда я пойду один. Без вас. Он знает, что вы моя слабость, поэтому непременно попытается использовать вас против меня. Чтобы спасти Миту, я должен действовать в полную силу. А вы прикроете мне спину.

— Но разве не вся Саранча покинула Берлин? — спросила Лакросса.

Подул сухой ветер, взметнувший её чёрные волосы с выцветшей прядью.

— Вон те опоры, — я показал рукой на «ноги» Роя, — доставляют новую Саранчу на поверхность. Я видел это в воспоминаниях Миты. Рой пошлёт все полчища, что у него есть, когда нападу. Нужно их задержать, пока я не убью Тарантиуса и Рой. Будет непросто…

— Сделаем! — потёрла руки Агнес.

— Ни одна тварь не проскочит мимо моего копья. — Кивнула Лакросса.

— Опоры толстые… — призадумалась Василиса. — Вряд ли получится их проморозить насквозь, но с Саранчой точно справлюсь.

— Использую свой дар на полную! — сжала кулак Вдовина, а в её глазах заплясали фиолетовые огоньки.

— Я им психику травмирую! — с жаром заявила Лиза.

— А мне что делать, господин? Я не справлюсь одна, — честно призналась Вероника.

— Ты и не будешь одна, — успокоил я её. — Твой Инсект — это Инсект поддержки. Ты сильна, только когда помогаешь другим. С тобой пойдёт Альфачик. А с тобой, Агнес, Гоша с Гошиком. Думаю, вы скооперируетесь.

— Ещё бы! — заверила Агнес.

— Спасибо, господин! — сжала ладони у груди Вероника.

Все девушки были настроены серьёзно. Пока было начинать…

— А мне что делать? — спросила вдруг Маша.

Ах да, точно!

— Дух, о котором ты говорила… Сможешь его пробудить?

— Думаю, да. А что ты хочешь, чтобы я сделала?

— Основных опор шесть, — начал формулировать мысль. — Они упираются в края кратера, но есть и седьмая, которой я воспользуюсь, чтобы подняться к Тарантиусу. Это вон та, в самом низу.

Ко дну кратера, как я и говорил, спускалась ещё одна опора. Потоньше, но не менее опасная. Она играла роль небольшого лифта. Внутрь я не попаду — Рой не пропустит, а пробиваться через весь этот отросток изнутри слишком долго. Лучше забраться снаружи. Но это всё ещё лифт, который может доставить Саранчу мне прямо на задницу. Вот её-то Маша и будет сдерживать. Одна проблема: на дне кратера плескалось озеро, которое растворяло все небиологические материалы. Где-то недалеко шумел водопад, в который мы чуть не угодили.

Чувствую, Маша уже придумала, что делать с этой водой. Уж больно она загадочно улыбнулась.

— Я знаю, как тебя доставить прямо к Тарантиусу. Или хотя бы путь сократить.

— Тогда поехали!

Напоследок девушки сгрудились вокруг меня, и я, как смог, прижал к себе всех сразу. Но задерживаться долго было нельзя.

Сначала дождались, когда остальные разлетятся или разбегутся в разные стороны к разным опорам. Альфачик с Лакроссой, Вероникой и Лизой на спине сиганул под женский визг сразу из пролома на какой-то торчащий справа внизу обломок стены, затем на край выступа. Так и поскакал дальше. Гоша унёс Агнес и графиню Вдовину и просто сполз вниз на отвесную стену кратера. И пустился налево. Агнес хохотала, а Катю снова тошнило. Прямо в пропасть. Бедняжка.

Василиса обратилась ледяной леди-Зимой и взмыла в воздух, оставляя после себя хвост из снежинок. Зависла на несколько мгновений, чтобы послать мне воздушный поцелуй, и улетела к самой дальней опоре.

— Если бы не обстановка, мне бы даже понравилось снова раздеваться, — хмыкнула дриада.

Мы разделись, спрятали одежду в кольца, а кольца в рот. Я подхватил зелёную дриаду на руки и с разбега прыгнул в пропасть.

— Уи-и-и!!! — завизжала она, зажмурившись.

Падали долго, несколько секунд. Я вошёл в полный Инсект, и мы бултыхнулись в воду. После чего подплыли к седьмому отростку Роя. Он опускался в воду и расползался по поверхности, образуя что-то вроде пологого берега.

Вблизи нога Роя была похожа на живую скалу. Чёрный хитин покрывали трещины, а в них виднелась розовая плоть. Сам отросток в диаметре был с две дюжины метров. Внизу, у воды, хитин сменялся розовыми перепонками. Думаю, они служили дверями. Но внутрь заходить я не собирался.

Мы с Машей выбрались на этот берег, и я поднял голову вверх. Да, забираться предстояло долго и много. А Мита была там. Когда летел вниз, видел что-то вроде площадки у основания этой ноги.

— Ну, Маш, как ты собираешься меня туда доставить? — спросил я дриаду.

— Просто смотри… — улыбнулась она и пошла обратно в воду.

Зрелище, как вода постепенно поднимается по её бёдрам до зелёной попки, было волшебным.

* * *

Там же

Маша

Она знала, что Дубов смотрит, и эта мысль её скорее заводила и подстёгивала. Но сейчас главное было — сосредоточиться и сделать то, что не делала ещё ни одна дриада.

Соединиться с Первородной Матерью.

Ещё в тоннелях древнего метро она догадалась, кто прятался у Саранчи прямо под носом. Первородная Мать, которая породила всех остальных Матерей Леса и создала дриад, изменив вирус Саранчи.

Маша никому об этом не рассказывала, но Первородная Мать явилась к ней бесплотным духом, когда она умирала семьсот лет назад. А сейчас Первородная была в спячке.

Дриада по грудь зашла в воду и оглянулась. Цепкие и пронзительные глаза Дубова остановились на ней. В их глубине она ощутила любовь и теплоту, пусть и тщательно скрытые. Затем Маша закрыла глаза и разумом потянулась к Первородной.

Сперва ничего не происходило. Она не отвечала. Тогда дриада стала настойчивее, и Первородная медленно пробудилась. А затем её воля опутала Машу,