Фантастика 2026-57 - Марина и Сергей Дяченко

— Ты нашел того, кого искал? — спросил Император.

— Нет, — выговорил Варан.

— Жалко, — сказал Император. — Подойди…

Варан подошел, силой воли удерживая дрожь в коленях.

— Я тоже не нашел, — сказал Император. — Иногда мне кажется, что его нет на самом деле. Он — тот, кого мы хотим встретить, но никогда не догоним… Легенда.

— Я шел за ним, — сказал Варан. — Я шел по его следу много недель…

Император перестал улыбаться.

— Я тоже, — сказал тихо. — Потом оказалось, что все это были разные люди… Разные бродяги или просто странствующие мастеровые, его и описывали по-разному, а я не хотел этого замечать… И ты не хотел.

— Есть одна особая примета. Он никому никогда не говорил своего имени — его и не спрашивали…

— Вот видишь. А спросили бы — сказал бы.

— Никому не приходило в голову…

Он больше не мог сказать ни слова. В горле пересохло. Император снова улыбнулся. Покачал головой:

— Что с тобой? Ты пахнешь страхом… Ты меня не узнал?

— Нет, — выдавил Варан.

— Я бы тоже не узнал тебя, если бы запах твой не остался прежним. Запах мальчишки-поддонка, винтового, проводника между верхним и нижним миром… Любителя водить пальцем по древесным прожилкам…

Император опустил набрякшие веки.

Прошла очень длинная минута. Тихо пела вода в бассейне, и переливался цветами туман.

Император сложил ладони. Блеснул красный камень золотого перстня; руки напряглись, ладони раскрылись, над туманом взлетела огненная бабочка, полетела выше и выше, стала едва заметной искоркой, и там, на головокружительной высоте, осветила сводчатый потолок и цветную мозаику — сложенное из слюдяных пластинок женское лицо…

— Подорожник, — сказал Варан.

Бабочка под потолком погасла.

— Ты в мыслях называл его Подставкой? Забавно. У него было имя, которое мне не хотелось бы повторять… Да.

Варан разглядывал сидящего перед ним человека. В центре зала хватало света; Варан видел каждую складку кожи, каждую бороздку, оставленную временем — и чем-то еще. Во власти Императора надеть на себя какое угодно лицо — молодое или старое, благородное, величественное, кроткое. На то у Императора целый штат придворных магов…

Сидящий перед Вараном не стеснялся своего настоящего лица — отечных век, жесткого рта, красноватых, с прожилками, глаз. Варан долго и тщетно пытался высмотреть в нем Подорожника, пока наконец не увидел — и не ужаснулся тому, что сделало время… и что-то еще, чему Варан не мог найти названия.

Секунда прошла. Подорожника не было; перед Вараном сидел Его Величие Император, верховное божество всей обитаемой земли.

Тонкие ноздри дрогнули:

— Варан?

Он склонил голову.

— Я жив, — сказал Император. — Его Незыблемость совершенно правильно тебе объяснил: маг мертв, когда его тело опознано и покоится в государственной усыпальнице вместе с другими. Во всяком случае тело бывшего Столпа лежит именно там, и я не поверю в его воскрешение.

— Тогда могу я знать, по чьему приказу…

— Варан, императоры меняются, Император остается бессмертным. Некоторые приказы отданы столь основательно и крепко, что их, хочешь не хочешь, приходится наследовать, как трон…

— И вы, Ваше Величие, наследуете предшественнику…

— По праву, — его собеседник усмехнулся.

— Понимаю. Вы были в своем праве еще сорок лет назад, когда…

— Тогда, кроме права, у меня не было ничего. Потом появилась сила. Ты знаешь, кто был сыном Шуу?

— Я видел десятки… — начал Варан и вдруг осекся.

Император — Варан не мог думать о нем, как о Подорожнике — кивнул:

— Да. Самозванцев вешали, а сын Шуу оставался. Обо мне говорили, что меня нет, и это было очень удобно — исчезать, скрываться, притворяться кем-то другим… Императорский Столп скоро понял, с кем имеет дело.

— Залесье, — сказал Варан. — Чаша. Разломы в земле…

— Засада. Отличное укрытие для лучников.

— Его Незыблемость подозревал Зигбама, того старика, который…

— …которого ты нашел потом в холмах. Да. Я видел.

— Как…

— Я угнал твою крыламу, — спокойно пояснил Император. — Помнишь? Такой парень в зеленом, с арбалетом…

Варан молчал. Император улыбнулся:

— Там на дне бассейна — ход в мою потайную комнату… Ты не против спуститься и поговорить по душам?

Варан посмотрел на туман, клубящийся над поверхностью. Императору приходится нырять всякий раз, когда…

— Это не вода, — Император шагнул на дно бассейна. Не было ни всплеска, ни брызг. Он поднял руку — ладонь была сухая:

— Пойдем… Это видимость.

Варан последовал за ним. Марево, изображающее воду, было приятно на ощупь — прохладное, струистое. На дне бассейна нашелся люк, крышка его отъехала в сторону в ответ на шипящее слово, произнесенное Императором, и так же беззвучно закрылась потом над их головами.

В потайной комнате был стеклянный пол. Варан поначалу замер — ему показалось, что трое магов, сидящих внизу перед круглым столом, сейчас поднимут головы и увидят его; секундой позже он понял, что пол прозрачен только в одном направлении — вниз.

— Сейчас там нет ничего интересного, — равнодушно заметил Император. Хлопнул в ладоши, и Варан увидел темный коридор, подсвеченный красноватым светом. По коридору шагал слепой стражник с щелкуном на привязи.

— Значит, это не окно? Я думал…

— Это окно — в широком смысле слова… Я наблюдал за тобой с того момента, как ты пересек второй кордон.

— Да?

Слепой стражник, достигнув развилки, уверенно повернул направо.

— Садись, — предложил Император.

Варан с трудом оторвал глаза от происходящего внизу. Огляделся; круглая комната освещалась голубыми и белыми шарами жидкого пламени. Варан на секунду задержал дыхание. Император, внимательно следивший за ним, вдруг щелкнул пальцами, и шары поменяли цвет на солнечно-желтый.

Варан поймал его взгляд. Его новое Величие был, пожалуй, проницательнее даже Подставки. Варан не знал, чего теперь ждать.

— Садись, — настойчиво повторил Император.

— Я не уверен, что протоколом предусмотрено…

— Ты не веришь мне? — Император прищурился. — Ты меня не видишь?

Варан опустился на потерявший прозрачность пол. Кресло в комнате было только одно, темное, похожее на корягу, все в переплетении коричневых древесных стеблей. Корни дрогнули, когда Император, подобрав полы серебристой мантии, уселся.

— Мне привозят бродяг. Их все еще ловят по приказу, отданному тысячу лет назад… не так охотно, как прежде, но ловят и привозят. Это небесполезно — бродяги много знают, много видят… такого, чего не прочитаешь в придворных докладах.

Варан молчал.

— Несколько дней назад я вышел на балкон, как обычно… и почуял странный запах. Он был как ниточка в море других, в спутанном клубке… этот город так смердит, Варан, особенно по утрам, когда они просыпаются…

— Кто?

— Властолюбцы, лавочники, скупцы, менялы, старьевщики… и маги, среди которых лавочников и властолюбцев куда больше, чем ты себе представляешь. И вот среди этого смрада