Профессионал: Профессионал. Не ради мести. Один в поле воин - Виктор Иванович Тюрин

Меня обычно трудно удивить, но самолету компании «Пан Американ» это удалось сделать. Роскошный двухпалубный салон с люксовой мебелью и спиральной лестницей, ведущей в бар-салон, расположенный на нижней палубе, был не просто шикарным и просторным помещением, он создавал элегантную атмосферу роскошного заведения.

В баре с разрисованными на воздушные темы стенами пассажиры могли пообщаться и выпить бокал вина или стаканчик-другой виски после ужина. Если к этому прибавить широкие мягкие кресла, способные превратиться в кровать и не имеющие ремней безопасности, обед из шести блюд на фарфоровой посуде, то можно было сказать, что это не самолет, а «воздушный отель».

Меня, правда, немало удивило, что все пассажиры самолета были одеты так, словно пришли на официальный прием. Мужчины в хорошо сшитых костюмах, женщины в нарядных платьях. Золото, ювелирные драгоценности, меха. Нетрудно было сообразить, что пассажирами были людьми далеко не бедные, раз могли заплатить за билет месячную зарплату медсестры, поэтому считали, что это своего рода «выход в свет», а значит, ему надо соответствовать. Не успел самолет взлететь и лечь на курс, как пассажиры стали ходить по салону, знакомиться, курить. Кто-то пошел в бар, другие читали журналы или играли в карты. Новое оживление среди пассажиров вызвали стюардессы, когда начали разносить напитки, холодные и горячие закуски. Вместе с ними девушки предлагали обеденное меню, где пассажиры отмечали для себя блюда, которые они хотели бы получить на обед.

Первое время я изображал восторженного мальчишку, глядя в иллюминатор, после чего с детской непосредственностью стал изучать «воздушный отель». Единственное, что мне не удалось, так это пробраться в кабину пилотов. Когда мне надоело играть роль подростка, я вернулся на свое место, удобно устроился и стал читать энциклопедию по драгоценным камням. Том, в отличие от меня, пребывал в приподнятом настроении с самой первой минуты нашего полета. С удовольствием пил и закусывал, потом нашел себе интересную собеседницу за тридцать, которая впервые летела в Майами, а стоило ей узнать, что Том прожил там большую часть своей жизни, сразу засыпала его вопросами.

Как я успел заметить, ехала в основном солидная публика, состоящая по большей части из бизнесменов, летящих на отдых. Одиночки были редки, в основном ехали компаниями и семьями. Исключение составляла пара военных, полковник и генерал, и группа веселых, разбитных, молодых людей, судя по экстравагантным костюмам и обрывкам фраз, работающих в одной из кинокомпаний.

Когда в одиннадцатом часу вечера самолет пошел на посадку, нашим взорам в иллюминаторах открылась панорама одного из самых известных курортов Америки. Внизу под нами в лунном свете промелькнула буйная зелень субтропиков, белая паутина улиц и мостов, перекинутых через воды Бискайского залива, залитые неоновым огнем ночные улицы и бульвары.

В одиннадцать часов вечера такси доставило нас в отель «Николь» на Майами-Бич. Когда Том узнал, сколько стоит номер за сутки, он только покрутил головой, выказывая тем самым свое неудовольствие такому мотовству. Наши номера были рядом друг с другом. Перед тем, как разойтись, мы договорились встретиться утром, в восемь часов, чтобы пойти вместе позавтракать.

Встал я, как всегда, рано, поэтому успел не только сделать свою каждодневную зарядку, но и немного пройтись по бульвару. Я уже успел съесть пару кусочков поджаренного хлеба с беконом, когда Райт подошел к моему столику. Судя по его виду, я бы не сказал, что он выглядит как отлично выспавшийся человек, но ничего говорить не стал, просто поздоровался. В свою очередь Томас поздоровался со мной, сел, какое-то время смотрел, как я ем, потом сказал:

– Что, дерьмово выгляжу? Да я и сам это знаю. Просто мне сейчас как-то не по себе. Беспокоюсь: как отец меня встретит?

– Брось, Том. Все будет нормально. Ты ешь давай.

– Слушай, а ты не мог бы сходить со мной?

Я его понимал. Он боялся этой встречи, поэтому ему была нужна хоть какая-то поддержка.

– Конечно, схожу. Поедим и пойдем.

После моих слов Томас даже повеселел и принялся намазывать поджаренный хлеб маслом, а я тем временем принялся за яичницу, только что принесенную официанткой.

Нам пришлось проехать половину города, прежде чем мы добрались до родительского дома Томаса. Встреча отца и сына хоть и была вначале напряженной и несколько скомканной, но при этом закончилась благополучным воссоединением блудного сына с семьей. Когда меня попытались оставить на торжественный семейный обед, я с мальчишеской непосредственностью заявил, что уже столько времени в Майами, а пляжа до сих пор не видел. Под дружные предложения от всех членов семейства заходить в любое время я попрощался и вышел на улицу. Поймав такси, поехал в отель, где переоделся и направился на пляж. Иначе зачем я сюда приехал? Впрочем, поездка в Майами была только внешней стороной моего путешествия. Не говоря уже о том, что у меня в печенках сидел Лас-Вегас со своим вечным праздником, я решил посмотреть новые места, попробовать поискать себе какое-нибудь дело, соответствующее моим способностям, а заодно пристроить какому-нибудь любителю-коллекционеру, если, конечно, у меня это получится, камень.

Еще в Лас-Вегасе я собрал какую только можно информацию о выставке-продаже драгоценных камней. Неожиданно оказалось, что это мероприятие будет настолько масштабным, что на него собираются съехаться коллекционеры из девяти стран, помимо американцев. Канада, Германия, Франция, Гонконг… В программе выставки даже был шикарный банкет, который собрались устроить ее учредители для ее непосредственных участников. Также предполагался аукцион в последний день выставки. На данный момент особый интерес у участников вызывал большой бриллиант из коллекции маркиза Франсуа Де Витри, который наследники собирались выставить на продажу. К моему великому сожалению, цена на камень не разглашалась.

Особый, профессиональный, интерес, помимо коллекционеров и ювелиров, проявили страховые компании, которые собираются отправить своих представителей на это мероприятие, написал журналист в той же статье.

На выставке мне предстояло изобразить юного энтузиаста-любителя, именно поэтому весь полет я усиленно изучал энциклопедию, да и то время, что оставалось до выставки, собирался потратить на изучение подобной литературы. Не то чтобы мне так срочно нужны были деньги, но рано или поздно пришлось бы что-то решать с бриллиантом, так почему не разобраться с ним сейчас, раз выдалась такая возможность.

В банковской ячейке в Лос-Анджелесе у меня оставалось еще около семидесяти тысяч (не менее тридцати тысяч ушло на торжественное открытие отеля-казино и еще сто пятьдесят тысяч на покупку ресторана). Я как-то поинтересовался у Евы, сколько буду иметь от отеля и казино, на что она ответила, что моя партнерская доля составит (за вычетом всех расходов) порядка семидесяти-восьмидесяти тысяч долларов. Зарплата за год