Фантастика 2025-62 - Ринат Искандэрович Мусин

Но меч у меня тоже был — не хухры-мухры. Я усилил его всё той же Костомолкой, которая, по моему опыту, была лучшим апгрейдом, что я когда-либо делал. И принялся фигачить тварей. Ещё четыре молнии успел получить, прежде чем до волкодлаков дошло, что классифицировать меня как добычу — мягко скажем, нерационально.

Тогда они подались назад — централизованно, будто живущие коллективным разумом — и попытались бежать. Увы, чтобы была возможность бежать, надо вовремя озаботиться тылами, чего тупые твари не сделали. И повисли на мечах охотников.

Глава 17

Полминуты — и всё было кончено. Последний волкодлак умудрился выскочить из оцепления, но кинулся по дури своей к горящим домам, там заметался в растерянности, и его настиг чей-то Удар. Ошеломлённую тварь добила Мстислава, которая как-то очень резво очутилась рядом с ним. Ох, хитра бабка! То ли амулет юзает вроде троекуровского, то ли Перемещение у неё раскачано по максимуму. Последнее, впрочем, означает, что Мстислава Мстиславовна пребывает в ранге Воеводы. Интересная, конечно, возможность, да что-то верится с трудом. Чтоб Воевода и прозябала в таких условиях, в которых я её нашёл? Не имея возможности выпить хорошего пива? Бред же.

— Это мой был! — заголосил обиженный охотник — видимо, тот, который кастанул Удар.

— Твой между ног болтается, — не полезла за словом в карман Мстислава. — Если есть чему болтаться. — И зажгла тушу.

Мировая бабка, всё-таки. И чего Демид так расстраивается?..

— Не расслабляться! — велел я и отрубил Защитный круг. — Приготовились в десяток. Славка, Алексей — вас двое, ещё восемь нужны, остальные — прикрытие.

— А кого?

— А что?

— А почему? — заудивлялись охотники.

— Колдун здесь рядом, — сказала Мстислава, собрав волкодлачьи косточки. — Чего непонятного? Первый день, что ли, перчатки носите⁈

Мы с ней сообща потушили пожары. Подошли к первому же сохранившемуся дому. Я постучал.

— Охотники! Всё, нет волкодлаков, вылезайте.

Вылез дрожащий мужик лет пятидесяти. От ужаса у него зуб на зуб не попадал. Пощёчина не помогла, Восстановление сил — тоже. Тогда Мстислава вынула откуда-то из-за пазухи секретную стратегическую фляжку и буквально силой влила мужику в рот пару глотков чего-то покрепче пива.

Сработало. Прокашлявшись и проплевавшись, мужик заговорил:

— Спасители! Защитнички! Христом-богом…

— Ясно, не за что, — перебил я. — Где колдун?

— К-к-колдун?

— Колдун! Кого разозлили?

Мужик смотрел непонимающе несколько секунд. Потом в глазах сверкнула вспышка озарения.

— Так то не колдун. То — ведьма. Точно — ведьма!

— Сойдёт, — пожал я плечами.

— Вестимо — Оксанка, мельничиха!

— Конфликт был?

— Какой конь Фликт? Это не знаю. А что она сына своего спала и видела зятем старосты нашего — то да. А староста дочь возьми да и выдай за городского! И тишком. Вот только сегодня слух-то и прошёл.

— Угу. А мельничиха, значит, от расстройства волкодлаков из спячки подняла и на деревню натравила. Сколько они тут народу порешили, пока мы появились, десятка два? Какие-то несопоставимые по тяжести поступки, не находишь?

Селянин пожал плечами.

— Ну… Ведьма же?

Ну, вообще, да. У тварей ненависть к роду людскому в генетическую прошивку входит. Но среди зимы волкодлаков поднять? Это ж сколько сил-то надо — по такому, мягко говоря, незначительному поводу. Неужто мамаша-ведьма сыночку другую девку подогнать не могла? Это куда проще, чем посредством волкодлаков целой деревне мстить. Странно, в общем.

— Ладно, понял. Мельничиха, так мельничиха. — Я обернулся к Мстиславе и Алексею. — Прогуляюсь до мельницы. Вы со мной?

— Спрашивает! — фыркнула Мстислава.

Алексей привычно побледнел.

— Там ведьма?

— Там мельница. Со всем остальным будем разбираться на месте, селяне — те ещё сказочники… Хех.

Это я, оглядевшись вокруг, понял, что охотников в деревне больше нет. Ну, кроме нас троих. Кости собрали и свалили аккуратно.

— А где все? — пробормотал Алексей. Видимо, тоже обратил внимание на внезапную безлюдность.

— Уже в приёмном пункте, полагаю, кости сдают. Спасибо бабушке Славке, она волшебное слово знает.

— Это какое? — нахмурилась Мстислава.

— «Колдун», — объяснил я. — Одно дело — толпой волкодлаков бить, сколько родий и костей насшибаешь, все твои. А другое дело — на колдуна переть. Тут тебе родий уж точно не перепадёт, с костями — чёрт его знает, как обернётся, а риск немалый. Молодцы, Алексей, твои собратья по ордену! А глава — так вообще конченый молодец.

— Глава наш риску не любит, — подтвердил хрипловатый голос. Из-за домов показался новый друг Мстиславы, пожилой охотник. — Ежели, говорит, волкодлаков и впрямь колдун поднял, так он после этакой славной битвы уже сбежал отсюда куда подальше. Нешто искать его теперь, по лесам гоняться? Появится — так мужички сызнова позовут. А скорее всего, до весны утихнет. Идёмте, братья. Вот и ушли все.

— А ты чего не ушёл?

— А чего мне уходить? Костей в приёмнике на всех один чёрт не хватит. А тут, глядишь, интересное что покажут. — Пожилой охотник со значением посмотрел на Мстиславу.

— Но-но, старый хрыч! — возмутилась та. — Интересное ему! Чай, не в балаган пришёл. Тут дело сурьёзное. Мы на ведьму идём.

— На ведьму? — обрадовался охотник. — Давненько их не видал! С тех пор, как главой ордена отец нынешнего главы был. Славный охотник, два года тому назад в Пекле сгинул.

— Угу. А сынок теперь на воду дует… Ладно, это ваши внутренние вопросы, меня не касаются. Где здесь мельница, знаешь?

— На реке должна быть, — старик махнул рукой.

Я кивнул и двинул в указанном направлении. Деревня вокруг потихоньку оживала. Люди выбирались из домов, осматривались. Увидев нас, кланялись и перешептывались.

— За нами не ходить! — прикрикнул я. — Будьте готовы в любой момент снова прятаться. Есть мнение, мы тут ещё не закончили.

* * *

Мельница стояла припорошенной снегом и казалась абсолютно мёртвой. Но это ничего не значило, ведьмы не всегда передвигаются ногами по земле. Только вот насчёт сына, которого мельничиха собиралась женить на старостиной дочке, не очень понятно. Подмышкой она его таскает, что ли?

— Страшно мне, Владимир, — проговорил вдруг Алексей. — Ох, и жутко вдруг стало!

— Значит, по адресу идём, —