"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 - Александра Шервинская

Процесс просвещения был прерван самым варварским способом. С шумом, гамом и весёлым писком в Фиор заявилась делегация Эдо-Фей. М-да, тот самый момент, когда ты начинаешь жалеть, что вместо хитровыкрученного портала воткнул «обычную» дверь. Но всё равно я был чертовски рад их видеть. Рассекающий на роликах Нацу не вызывал удивления у окружающих. Эдо-Венди была весьма мила, а её фигурка за время моего отсутствия стала ещё приятнее, не настолько, чтобы у меня начали появляться определённые мысли при виде «взрослой версии» приёмной дочери, но где-то близко. Хотя, как сообщила мне моя же память, у сей прекрасной девы уже есть воздыхатель в лице, кто бы мог подумать, Мэста. Отношения там, правда, несколько странные и запутанные, но, думаю, сами разберутся. Полуголый Грей, обнимающийся с другим полуголым Греем под томные вздохи некоторых девушек гильдии, стал «вишенкой на торте», правда, означенные вздохи быстро затыкает добрый взгляд Эдо-Джувии… Ну и, конечно же…

– Хэй, Сефирот, а где все альтернативные мы? – меня стиснули в дружеских объятиях, прижав к большой и красивой груди. Помимо сего достоинства, у стиснувшей меня особы также были золотистые волосы, сейчас фривольно уложенные в два «детских хвостика», милая мордашка и потрясающие тёплые глаза.

– А ты догадайся, я их почти семь лет не видел. И вообще, на самом деле меня здесь нету, а ты говоришь с астральной копией.

– Поня-я-ятно, не отпускаешь, развратник, – ухмыляясь, протянула эта довольная жизнью оторва, ещё и локтем в бок ткнув.

– Ну-ну, кто бы говорил.

– А я что, мне одного вполне хватает, – ушла в несознанку блондинка, хотя оценивающий взгляд на нашего Нацу бросила.

– Да-да, прикрученного к кровати и с кляпом. Главное – стащить с него ролики, а дальше он уже утратит волю к сопротивлению.

– Откуда ты… – тут она сообразила, что сама себя сдала. – Блин, демон! Никому ни слова!

– Как скажешь, Люси, как скажешь… – улыбаемся и машем, как и завещали Великие Пингвины.

– Ладно, вечером-то хоть вы подтянетесь? – перешла на более спокойный тон блондинка.

– Подтянемся. Завтрашним. Если повезёт, – я себя прекрасно знал, соскучившийся Сефирот может и две недели своих прекрасных Феек из кровати не выпускать, разве что на обед да гигиенические процедуры. Хм… А ведь по Ур я тоже очень соскучился… М-да, это уже не лечится. – А ты просто так интересуешься или по делу?

– Совмещаю приятное с полезным. Хотелось бы увидеться и поболтать с собой, плюс Его Величество проинформировать, когда господин герцог сможет принять визит его старого друга. Сам понимаешь, правитель Эдоласа не может вот так всё бросить и, высунув язык, бежать вас встречать. Подданные не поймут, нужно всё распланировать, – девушка тяжело вздохнула.

– Понимаю, но пока точных сроков назвать не могу – улаживать дела требуется не одному Фернандесу, – я кивнул в сторону бедного Джерара, что в состоянии транса наблюдал за двумя Леви (приличной милой девушкой и инженером-матершинником), увлечённо обсуждающими какую-то схему. А потом переводил взгляд с Аристократичной Каны на нашу и обратно. Кстати о последних…

– Ура! У меня теперь две дочери! Близняшки! Я самый счастливый отец в мире! – они обе были стиснуты радостно вопящим Разрушителем и подвергнуты процедуре затискивания.

– Эм… Простите, Гилдартс, но я не ваша дочь, я из другого мира… – вежливо пыталась отстраниться Эдо-Кана, но тут… у Клайва сработали рефлексы. – Ой! – и на щеках девушки образовался смущённо-негодующий румянец.

– Ты куда грабли свои протянул, пердун старый? А ну втяни обратно! – вторила ей наша картёжница, охаживая незадачливого родителя кулачками по плечам. С учётом того, что пребывала она вместе с «сестрой» в стальных объятиях мужчины, особого места для размаха у неё не было, но она старалась, да-а-а.

– Ой! Каночка! Каночки, простите, я не специально, оно само!

– Что значит «само»?! Кобелина-извращенец! – женская ножка чуть было не впечаталась в критически важную точку счастливого родителя с устоявшимися рефлексами.

– А-а-а, Кана, не надо! Прости! Прости, я не специально! – тем не менее, «счастливый папаша» руки не разжимал. То ли рефлексы его были сильны, то ли он понимал, что очутись дочурка на свободе – и ему будет несдобровать. В общем, как бы то ни было, Клайв продолжал «цепляться за жизнь» и хватку не менял. Что, естественно, увеличивало гнев волшебницы карт.

– Время идёт, но кое-что в этом мире остаётся неизменным, – я вновь улыбнулся, наблюдая за этой картиной.

– Да-а-а. Феи – они везде феи, в какой мир их ни помести, – согласилась блондинка. – А король у вас ничего, похож, – одобрительно покивала она, окинув взглядом Зигрейна. – У нашего такая же рожа во время заседаний кабинета министров! Бедняга, – последнее было произнесено с улыбкой до ушей и в лицо синеволосому, после чего девушка вновь переключилась на меня: – Ну так что мне передать королю?

– Давай через три дня? И он сможет срочные дела закрыть, и я немного раскидаюсь.

– Теперь это так называется? – вновь пошло улыбнулась эта дама с повадками «Госпожи».

– Без комментариев, – сохраняя каменную невозмутимость, отбриваю все гнусные инсинуации в мой адрес. Пусть они и довольно близки к правде.

– Ладно, не буду больше вам мешать, пойду поболтаю с Кинаной. Ещё раз с возвращением, Сефирот! – и, чмокнув меня в щёку, девушка упорхнула трещать к стойке нашего бармена, да и остальные эдо-дамы потихоньку начали продвигаться туда.

– Э-э-э… – пришёл в себя Зигрейн. – Это гости из иного мира?

– Угу.

– И они вот так запросто к вам являются?

– Не обращай внимания, – я махнул рукой, – ещё один ничем не примечательный день из жизни нашей гильдии. Тут и не такое порой бывает. Но вернёмся к слушанию Совета… – в ответ парень поправил ворот своей водолазки, сглотнул и… сосредоточился на моём повествовании. Хех, всё-таки маги весьма неплохо приспосабливаться умеют. Ко всему, даже к атмосфере дурдома. И это хорошо.

А Клайва, кстати, всё-таки запинали. Две взбешённые до состояния берсерка Каны – это сила (сделаем вид, что не понимаем реального соотношения сторон)! К слову, в этом состоянии всякая разница в поведении у них исчезает, и кроткая эдоласская леди фигачит каблуком по пятой точке «папочки» с точно теми