Доспех духа 1-11 - Фалько

пугающе легко пропускал силу. На всякий случай я заключил мистера Смита в три слоя барьера, создавая дополнительно кинетическое поле. Но всего этого не понадобилось. Когда он использовал немного силы, вокруг клинка появилось неравномерное голубоватое свечение, словно меч окунули в спирт и подожгли. Почти сразу отпустив силу, мистер Смит отложил меч, поспешно убирая руку.

— Без полигона не обойтись, — всё, что он сказал. Но по взгляду было видно, что мог бы сказать гораздо больше. Хант это тоже заметил, поэтому кивнул.

— А имя мастера, кто делал клинки? — спросил мистер Хант, показав на клеймо.

— Он мало кому известен, — сказал я. — Раньше делал сувенирные мечи и ножи для коллекционеров.

У Михаила было очень странное клеймо, в виде стилизованной буквы «Х» со звёздочкой в верхней части. Издалека могло показаться, что это своеобразный человечек.

— А если покупатель захочет привлечь своего мастера для создания оружия? — спросил Хант.

— Лишняя морока. Если захотят, то пусть привлекают, но в таком случае за результат я не отвечаю. Чтобы потом не жаловались, что деньги потратили, а вместо оружия получили полоску испорченной стали.

— Всё понятно, — кивнул мистер Хант. Поманил жестом заглянувшего в комнату Джорджа Грэя, помощника и начальника службы безопасности торгового дома. — Для рекламного ролика всё готово?

— Специалисты ждут с самого утра. Автобус и ещё два фургона с оборудованием. Погода только не самая лучшая, чтобы на свежем воздухе снимать. Режиссёр говорит, что слишком ярко из-за снега, а скоро ещё темнеть начнёт.

— Пусть постараются, — отрезал Хант. — За ту сумму, что мы им платим, должны снимать и в кромешной темноте. Предупреди их, что сейчас поедем, чтобы никого не забыли. Мистер Матчин?

Как я узнал чуть позже, местным специалистам Хант не доверял и пользовался услугами проверенных людей, поэтому привёз целую съёмочную группу из Англии. Почти два десятка самых разных специалистов, начиная от осветителей и техников по звуку, заканчивая знаменитым кинорежиссёром. И всё это влетело ему в копеечку.

­– Едем, — сказал я, затем показал Карпову на кейсы. — Григорий Михайлович, можете собирать.

— Минуту, — влез капитан Смирнов, стоявший всё это время очень тихо и делавший вид, что попал сюда случайно. — Я просто обязан это запечатлеть в таком виде.

Капитан просто мастерски умел скрывать эмоции, но при этом со стороны было видно, насколько его всё это забавляет. Достав сотовый телефон, он сделал несколько снимков разложенных на столе мечей.

Как уже упоминал, сегодня после обеда я говорил на эту тему с генералом Рудневым. Они-таки сумели перехватить меня по дороге из кузницы, поэтому пришлось ехать в главный офис на Лубянской площади. Госбезопасность интересовал вопрос, не передаю ли я иностранным гражданам и спецслужбам серьёзное оружие в то время, как у них специалисты вооружены из рук вон плохо? На всё ведомство у них была дюжина современных мечей собственного изготовления, почти не пригодных для работы с силой. Была ещё парочка сабель семнадцатого века, но только для особого случая. В общем, генерал на меня так насел, что пришлось пообещать изготовить пару мечей для их ведомства. Он говорил, что у них маленький бюджет, в отличие от проблем, и что я мог бы оказать им посильную помощь. Гад такой, упомянул о том, что я додумался привезти на территорию России опасного сепаратиста, которого разыскивали по всей Африке. Не знаю, как он об этом узнал, но осведомлённостью удивил. И если бы Руднев не пообещал посодействовать в легализации Мгуапе и выдачи ему гражданства, я бы так легко не согласился помогать их ведомству.

Чтобы держать руку на пульсе, как выразился генерал, он отправил с нами капитана Смирнова, полюбопытствовать, что за дела у меня с торговым домом и какое именно оружие я собираюсь продавать на аукционе. Пока капитан фотографировал мечи, у меня в кармане завибрировал телефон. Звонил командор Ливио.

— Шеф, — раздался его голос в трубке, — мы закончили здесь. Всё собрали.

— Дополнительная помощь нужна?

— Нет, вокруг всё тихо, мы справимся — сказал он и добавил что-то в сторону на итальянском.

— Вы пока на бронемашине и с грузовиком, помогите парням с переездом. Они про инструменты что-то говорили. Никита там далеко? Передай ему трубку.

На заднем фоне послышался звук двигателя бронемашины, затем хлопнула дверца машины.

— Да, Кузьма, — в трубке раздался голос Никиты, которого я оставил в кузнице за главного.

— Слушай, я тут подумал о стали для мечей, — сказал я тихо, отходя к окну. — Парни упоминали, что её немного осталось на каком-то складе. Время к вечеру, поэтому первым делом туда загляните и купите всё, что есть. Денег не жалейте, даже если там целая тонна.

— Будет сделано, — коротко ответил он.

— Кстати, почему так долго возились в промзоне?

— Долго рассказывать, — проворчал Никита. — Полиция. Насчёт железа я понял, всё сделаем.

— Тогда до связи.

Я убрал телефон и кивнул Карпову, чтобы закрывал кейсы с оружием.

— Всё в порядке? — спросил капитан Смирнов.

— У нас всё отлично. А вот у хозяев промзоны — не очень. Есть у меня подозрение, кто суету там наводит, но пока озвучивать не стану. Пусть сами разбираются. Пока не стемнело, едем на полигон МИБИ.

Как я и предполагал, за кузней следить начали буквально на второй день после того, как дом Хантов оставил в интернете громкое сообщение о предстоящем аукционе. Сначала всё было тихо, следил явно профессионал, но затем к нему присоединилась ещё парочка человек, из числа конкурентов, и они стали друг другу мешать. Дошло до того, что вчера ночью наблюдатели сцепились друг с другом, едва не сравняв с землёй столярный цех недалеко от кузни. Я туда заглядывал, посмотреть на работу полиции, но кроме разрушений ничего не увидел. Мастера подрались и умудрились разойтись, не поубивав друг друга. Михаил, кстати, ходил со мной и впечатлился. Он сегодня с самого утра был угрюмым и слишком задумчивым. Пришлось подгонять, чтобы быстрее доделали мечи. Я с ним окончательно расплатился за проделанную работу и ещё раз предложил дальнейшее сотрудничество, но он отказался. Ну да, я ему за каждый меч заплатил как за год контракта на нашу фирму. Может, Никита был прав, говоря, что я переплатил. Зато его друзья на моё предложение согласились с большим удовольствием и даже особо не думая. Правда, они раньше