Сонная роза - Наталья Васильевна Щерба

– А еще я твой ментор, – жестко оборвал Кайлих. – И имею право не пустить тебя в Снореальность, если так нужно для твоей безопасности.

– От себя вы меня тоже защищать будете?

Возникла неприятная пауза.

– Конечно, – наконец медленно произнес ментор. – Поэтому Калейдоскоп останется у тебя… Пока я не придумаю, что нам делать. Не волнуйся: я окружу твой Дом надежным лабиринтом, и никто не сможет прорваться к тебе… Но и сама будь осторожна: что бы ни случилось, не переходи в Снореальность.

Фини кивнула, стараясь не смотреть ни на кого из ребят. Она уже поняла, что спорить с Кайлихом бесполезно. Ей было очень горько и обидно, и все же она понимала, что лучше пока быть с ним, чем с этой ужасной Фантагрюэль…

Дальше все пошло как в тумане. Кажется, Фини обняла Власа, а потом Айрин и обе что-то ей говорили. И лишь в конце, когда они все исчезли, она подняла голову и встретилась глазами с Каем.

– Кайлих прав, Фини, – тихо произнес тот. – Ты должна остаться. Это нужно для твоей безопасности.

И, глянув на нее печальными серыми глазами, тоже исчез.

Даже не обнял на прощание…

Она долго ворочалась в кровати, пытаясь уснуть. Но сон все не шел. Может, Кайлих наложил запрет и на обычный сон? С одной стороны, Фини понимала, что ментор прав и, скорее всего, беспокоится о ней, но с другой… Проклятый Калейдоскоп, проклятая Фантагрюэль… А больше всего обидно, что с бабушкой поговорить не удалось, – она позвонила и сообщила, что уехала путешествовать. Даже не сказала куда. Впрочем, обрадованная этим известием, тетя Лиз и не спрашивала, просто пожелала хорошего отдыха.

Фини снова открыла глаза и заморгала от удивления – над столом разливалось голубое сияние. В его центре вертелась вокруг собственной оси балерина. Та самая статуэтка, подаренная бабушкой!

Балерина изящно прыгнула, очутившись прямо перед носом у Фини, и вновь начала крутиться вокруг самой себя, а сияющий голубой туман окутал девушку с ног до головы. Стало так спокойно и тепло на душе. Она ощутила невероятный прилив счастья, благодарности и – покорности.

А потом посреди комнаты выросла знакомая зеленая дверь. Балерина прыгнула в ту сторону и – пропала, оставив за собой едва заметный серебристый след.

Фини охватило ужасное разочарование. Она бросилась к двери, и та вдруг открылась. Тогда девушка бесстрашно кинулась в темный проем и полетела в абсолютной темноте. Что-то несло ее вперед и вперед. Но вот вдали вновь засияла танцующая голубая балерина – и Фини окатила бездумная волна счастья и слепого желания следовать за ней.

Фини прошла через десятки снов – ярких, цветных, сказочных или же, наоборот, страшных – и почему-то даже не удивилась, когда вновь очутилась в Сонном Доме, в центре гостиной.

Все ребята были здесь. Они встретили ее появление изумленным молчанием. Только Кай сделал быстрый шаг к ней да так и замер.

Потому что в комнате возле Фини нарисовалась Инфанта в своем обычном бордовом платье с белым воротничком и в бордовых туфельках с серебряными пряжками. Большие выпуклые глаза смотрели испытующе. К появлению кошмаристки девушка отнеслась спокойно, хотя на остальных ребят это произвело невероятное впечатление – судя по их растерянным и в то же время напряженным взглядам, они не ожидали увидеть ни Фини, ни Инфанту.

– Что ты здесь делаешь?! – первым не выдержал Айс. – И как ты проникла в этот дом?

Инфанта пренебрежительно фыркнула.

– Пришла за Велесон. Без труда, – ответила она сразу на оба вопроса и обратилась непосредственно к Фини: – Ты ведь идешь, да? Уна Вальсо ждет тебя… Как я понимаю, Ценная Вещь с тобой?

– Да, – бездумно кивнула Фини.

– Никуда она не пойдет, – твердо сказал Кай, приблизившись еще на один шаг.

– Стой на месте, Люстеро, если не хочешь серьезных неприятностей, – спокойно и даже как-то равнодушно произнесла Инфанта. – Надо было послушаться Арта и встать на нашу сторону. А теперь победит Уна Вальсо.

– Нет, Фини останется здесь, – непреклонно заявил Кай. – А тебе лучше уйти, потому что сюда уже идет наш ментор.

– Кайлих давно в театре, идиоты! – хохотнула Инфанта. Ее смех прозвучал настолько издевательски, что даже Айрин сердито выдохнула, Айс же зарычал от негодования, а Филип крепко выругался. – И вообще, забудьте про ваш карнавальный сон! – продолжила она с чувством глубокого превосходства. – На Карнавале Снов будет продемонстрирован только один сон. НАШ СОН. Тот, который сотворила Уна Вальсо. Ну а исполним его мы. Впрочем, главная роль, пожалуй, достанется ей. – Ее тонкий пальчик указал на совершенно растерявшуюся Фини.

В тот же миг на девушку обрушилось еще одно воспоминание, и было оно яркое и страшное: будто она стоит в этой самой гостиной перед госпожой Фантагрюэль, одетой во все черное, с рубиновой диадемой в черных развевающихся волосах.

«Если в назначенный час ты не отдашь мне Ценную Вещь, Финиста, – властно произносит Фантагрюэль, – твои настоящие родители погибнут».

Не успела девушка ужаснуться, как вслед за этим пришло другое воспоминание: бабушка Эльвира сидит перед ней за столом, на их кухне в еще старой квартире, и произносит четко и повелительно: «Я не буду с тобой церемониться, дорогая внучка. Ты запустишь Калейдоскоп, и на этот раз – с моими стекларами».

Фини могла поклясться, что это действительно было в реальности.

Девушка схватилась руками за голову. Воспоминания продолжали наступать – словно кто-то специально подкидывал их, пазл за пазлом, складывая нужную картину.

«Неважно, кто запустит Калейдоскоп, дорогая Финиста, – внезапно проник в ее сознание другой, мягкий и благожелательный голос. – Важно, чем он будет наполнен. А вот это все еще зависит от тебя».

Фини готова была поклясться, что слышит голос кота. Того самого, сноволшебника Колората. Или… Нинель Федоровны?

«Любое творение – дорога, – продолжил этот спокойный, благодушный голос. – Неважно, куда ты придешь, но важно, как по ней пройдешь…»

И Фини вдруг отчетливо увидела перед собой разноцветное солнце – последний стеклянный пазл медленно встал на место, и цельная картина сложилась.

Она вспомнила свой первый детский сон. Он был яркий, солнечный, очень приятный – кажется, она гуляла по городу, в котором все вокруг состояло из разноцветных кусочков стекла, – может, это была Сецессия? Ажурные мосты, опрятные домики, окруженные цветами и деревьями, – все сверкало разноцветными искрами.

И вдруг она увидела свой Сонный Дом в окружении прекрасного зеленого сада. Открыла калитку, прошла по тропинке мимо самшитового куста в виде сердца, поднялась на крыльцо. Там, на перилах веранды, она и нашла Калейдоскоп – черную, продолговатую трубку, с тремя зеркальными стенками внутри, наполненную цветными стеклышками. Фини с любопытством заглянула в глазок трубки и сделала прокрут влево. В Калейдоскопе вспыхнуло разноцветное солнце, а Фини вдруг оказалась дома, в постели.

В РЕАЛЬНОСТИ.

А Калейдоскоп по-прежнему держала в руках…

– Фини, с тобой все в порядке? – послышался чей-то встревоженный голос, кажется, Власы.

Фини моргнула несколько раз, приходя в