Полдень XXI век 2003 №4 - Александр Васильевич Етоев

лужайке и нюхали цветы. Вовсю пахла сирень. Они срывали с веток цветы сирени и подносили к лицу. Одна девочка, самая красивая в отряде, она подбежала к большому кусту сирени и нагнула к себе самое красивое соцветье.

— Девочки, — закричала она остальным, — скорее бегите сюда! Как вкусно, как изумительно пахнет сиренью…

Стоявший поодаль повернутый к ней спиной человек в противогазе носил защитный костюм сиреневого цвета, его было не видно, он растворялся в сиянии дня. Он повернул голову на звук и снял с головы противогаз, чтобы лучше видеть.

Она уже лежала на траве, а над ней склонился бригадир этих ребят, едва только вышедший из подросткового возраста молодой человек, с прыщавым лицом, странными большими лиловыми пятнами на лице, в толстых плоских очках и шерстяной шапочке поверх противогаза, на которой было вывязано одно только слово «Mori».

Жёлтое пианино

Милиция в течение некоторого времени пыталась проследить судьбу того живого въедливого вещества, которое разумно вело себя, попадая на человека или на его одежду. Вспомните историю синих крестиков и ядовитых ампул. Вот к чему в конечном счете привели эти поиски.

Кто-то купил желтое пианино. Был очень доволен. Ему сказали — ты можешь на этом пианино играть сколько хочешь. Только помни: никогда ни при каких обстоятельствах ты не должен нажимать последнюю клавишу.

Ну, привезли это пианино к нему домой, поставили. Потом все ушли, он стал играть. Играет и думает: а почему это, интересно, я не могу нажать на последнюю клавишу? Зря меня что ли предупреждали? А попробую я, что будет! Нажму последнюю клавишу.

Ну что же, он нажал. На пианино точно на середине торчал красивый бронзовый подсвечник. Из подсвечника вылетела отравленная игла и убила его.

Потом это пианино переходило еще ко многим людям. И всех их оно убивало.

Ещё у одного человека в ванной была черная мочалка. Мочалку ему подарил один друг, то ли химик, то ли биолог, он не знал, который очень вскоре после того умер. Друг посоветовал хранить мочалку, но никогда не трогать, ни рукой, ни даже никакой перчаткой. Но ни в коем случае не выбрасывать.

Человек сначала хранил мочалку как память о друге. Но потом он эту историю подзабыл, и мочалка стала ему мешать, он не знал, куда её деть, решил выбросить. К тому же, изначально на мочалке было довольно здоровое черное пятно, ну а теперь пятно распространилось и мочалка вообще вся почернела.

Друг говорил примерно так: держи эту мочалку у себя, и в случае чего тебя никогда никто не тронет. Ты не понимаешь сейчас, но ничего, потом, если не нарушишь свои обещания и не забудешь про меня, потом ты когда-нибудь поймешь, и всё это тебе послужит.

Его друг был когда-то очень хороший парень, веселый, общительный, рубаха. Но с тех пор как он стал заниматься расследованием утечки какого-то газа на каком — то предприятии или чего-то такого, он стал выискивать пострадавших при этом происшествии, он стал мрачным и всю его общительность как лазером сняло. Сначала он понял, что за ним секретным образом следит милиция, когда у него было несколько случаев, что найденные им жертвы того несчастного случая на производстве вдруг куда-то исчезали. Потом он стал очень секретничать и скрывать результаты своих поисков часто даже от своего начальства, очень искусно заметал следы. Общаясь с теми пострадавшими, он, видимо, в чем-то от них набрался и стал тоже во многом, как они. Интересно, замечал он сам это или не замечал?

Ну так вот. Чтобы выкинуть мочалку, друг не решился брать её просто рукой, а где-то достал толстую химическую перчатку высокой защиты. В этот день, когда он только выписывал эту перчатку у завхоза у себя на работе, в комнате как раз было включено радио, и по нему какой-то въедливый голос говорил: «Дружок-дружок! Напрасно ты решил выбросить мочалку. Беда будет…» Он ещё спросил у завхоза: «Ой. Что? Что это? Что это такое передают?» Завхоз сказала: «А, не знаю, просто какая-то глупая радиопостановка. Ну так тебе выписывать перчатки или нет?» Он подумал о том, что все это наверно пустяки и какое-то совпадение, а мочалка у него лежит в доме мертвым грузом и только место занимает, никому не нужная, поэтому перчатки взял.

Изначально перчатка была белая, но после того, как он выкинул мочалку, на перчатке осталось пятно. И на руке оказалось пятно. Оно проявилось почему-то только на второй день. По радио в этот момент как раз передавали другую постановку. В ней говорили: «Дружок-дружок. Напрасно ты выкинул мочалку своего друга. Мы же предупреждали тебя, что будут неприятности».

Он позвонил на радио. Ему сказали, что они ничего не знают, по радио как раз сейчас передают новости и программу передач на завтра, так что он чего-то путает.

На телефоне осталось при этом маленькое черное пятно. К вечеру он заметил, что пятно разрастается. Он подумал о том, что неизвестно, какие такие люди заправляют на нашем радио, и что передавать они могут, что хотят.

К середине ночи у него уже вся рука была черная. Он пытался позвонить по телефону, но телефон весь почернел и не работал. Когда черное пятно дошло до сердца, он умер. К утру уже в доме не было ни остатков его тела, ни перчатки, ни телефона, всё словно как лазером сняло.

Пришла милиция. Решили все же разобраться, как работает это пианино.

Нажали последнюю клавишу, и передняя крышка пианино открылась и из него вышли двое, мать и сын. Оба замотаны в каком-то черном клобуке. Оба черные с ног до головы. В руках у каждого было по черной мочалке. Мочалками этими они старались трогать милиционеров и хозяев квартиры, которые вызвали милицию. И каждый человек, к какому месту бы они ни прикасались, везде образовывалось черное пятно. Милиция стала в них стрелять, но никак не могла убить. Они корчились на полу. Потом они достали тоже пистолеты и стали стрелять из них какой-то черной массой, заляпали весь стол, и весь пол, и все стены, и потолок. И среди милиционеров не осталось уже ни одного, кто не имел бы на коже или на одежде ну хотя бы одного черного пятнышка.

Остался только один. Он пытался убежать и стоял уже у двери. Но тут дорогу к двери ему перегородил другой милиционер, его друг. У того было черное пятно на большом пальце руки и на рукаве. Незапачканный милиционер пытался его