Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

— А чего не успеть? Пока они закончат сборы, потом двигаться с грузом даже мулы по такой погоде будут очень медленно. Так что перехватим.

— Надо постараться хотя бы одного взять живым, лучше всего предводителя. Очень много у меня к нему вопросов появилось.

— Это как получится. — заметил Гюннеберг. Пришлось с ним согласиться, поскольку у противника явное преимущество, когда подойдет подмога — непонятно, но работу по перехвату делать надо, больше некому. Слишком уж интересно, что в таком глухом месте понадобилось пришлым людишкам.

Оказалось, что место, которое предложил нам отставной егерь (хотя разве егеря уходят в отставку? Они ими остаются навсегда) — это как раз выход с узкой тропинки на большую тропу, причем небольшой участок пути противник будет подниматься довольно под хорошим углом в гору. И это хорошо. Потому что в этой местности преимущество у того, кто выше. И у того, кто меньше устал. Поэтому мы разошлись по своим позициям. Моя дальше всех, но и первый выстрел тоже мой. Карл и Шварц будут работать сразу же после меня. Пока было время проверил, не отсырел ли порох, но пороховница была хорошо укрыта в кожаном подсумке, да еще и обернута вощеной бумагой. Опять-таки, время подготовиться к выстрелу будет достаточно. Им вот мимо того гребня никак не пройти, тем более, с грузом на мулах. Вот и успеем подготовиться. Единственное, о чем пожалел, так это об отсутствии револьверов. Нет, пистоль был и у меня, и у Кубе. Но лучше бы у нас было по пять-шесть выстрелов даже из короткоствола в запасе. Тут ситуация, как и с винтовками Дрейзе — их (револьверы) заказали, причем не французские, тех еще не достать ни за какие деньги, а американские — кавалерийские. Они, говорят, с весьма неудобным спуском, но как-то разберемся. Вот только доставят наш заказ только через две, а то и три недели. А там еще надо будет к оружию приноровиться. Но как бы сейчас даже Кольт почтенной длинны (а кавалерийский вариант этого револьвера та еще дура) пригодился бы!!!

Прошло примерно три часа, до сумерек, которые в горах наступают весьма стремительно, можно сказать — было светло, хлопнул в ладоши и уже ночь. И вот они появились на горизонте. Быстро (по меркам егерским) приготовился к открытию огня. Что-то наши оппоненты слишком тщательно и долго собирались. Первым шел невысокий разведчик, который тщательно осматривал дорогу и окрестности — передовой дозор самым настоящим образом. Ну что же — он моя цель. И на приличной дистанции от него двигалась основная группа — три мула и четыре человека. А где пятый? Или я ошибся? Или есть еще тыловой дозор? Но додумывать мысль было просто некогда. А то моя цель скроется из виду, а этого допускать никак нельзя было. Мягко выжал спуск, чуть резковато вспыхнул порох на затравочной полке и через мгновение отдача ударила в плечо. Клиент свалился и не шевелится! И это хорошо! Сразу же раздался еще один выстрел, идущий впереди каравана и тащивший мула под уздцы тут же свалился на землю, но почему выстрел один? Присматриваюсь? Дымок как раз над позицией Кубе. Значит, Шварц не стрелял? Почему? С тропинки раздалось два выстрела — но не по мне, остается, в сторону Карлуши. А потом громкий, даже так, слишком громкий выстрел с позиции Гюннебрега. Это что? Неужели двойной выстрел? Или сыпанул в свой штуцер старый егерь пороху от души? Зачем? А! Пока думал и анализировал — тело само выполняло зарядку своего оружия. Потом быстро поменял позицию — на всякий случай, визуально проконтролировал тело на тропинке — мой клиент не шевелился и никуда не делся. Значит, попал хорошо. Из троицы на тропе мне хорошо виден был только один — он лежал, прикрывшись камнями от позиции моего товарища, а вот для меня был как на ладони. Двое других плохо просматривались из-за мулов, поводья которых они бросили и тоже спрятались за естественными укрытиями. Черт возьми! Нет никакой гарантии, что я его только раню… Хотя… Как повезет тебе, мужик! Бью в корпус. Попал! Карл тоже поменял позицию и точно бьет предпоследнего из врагов. Что будет делать последний? Отстреливаться или бежать? Не выдержали нервы — бросился по тропе обратно. Куда ты, дурашка, там же лесник, он тебе покушения на свою семью в жизнь не простит! Угадал! Выстрел и башка беглеца разлетается на куски, подобно спелому арбузу! Ну вот зачем так стрелять? Язык нужен! Ах!

Спускаюсь с одной стороны на тропу, с другой — Карл. Но вот Шварц спускаться не думает. Неужели ранен? Поднимаюсь к нему, пока Кубе занимается контролем противников на тропе. Действительно, и рана более чем неприятная. Как врач понимаю, что кость, скорее всего, задета. Крови потерял, но как-то сумел перезарядить штуцер и сделать второй выстрел! Умелец! По хорошему счету, нужен рентген, прооперировать и кости сложить. Еще бы аппарат Илизарова, но чего нет — того нет. Потому пока что обрабатываю спиртом рану и аккуратно ее промываю, стараясь удалить остатки одежды, потом накладываю тугую повязку, шить такую рану сейчас нельзя. Тут пусть врач с опытом разбирается, я никаким образом не хирург и не травматолог. Я кровь переливаю! В общем, первую помощь оказал, а там уже как Бог поможет.

— Я за помощью! — побледневший егерь только кивнул согласно головой. Я протянул ему фляжку с крепким вином — как раз то, что нужно при кровотечении, вино красное и натуральное (в это время подделок промышленным образом еще не выпускали, нет таких технологий). И спустился.

— Что у нас тут? — спросил у Карла.

— Двое ранены. Твоего можно еще допросить, а вот мой долго не протянет, скорее всего.

За то время, что я лазил в гости к Шварцу, Карл успел обоих обыскать, а моего еще и связал. А он-то прав, его «крестничек» вот-вот сознание потеряет, с развороченной грудью долго не проживешь. Вытаскиваю тесак и ударом в сердце прерываю его мучения. «Мой» смотрит на это с широко раскрытыми глазами.

— Жить хочешь? — спрашиваю на немецком, хотя была мысль проверить его на знание французского, но откинул ее, слишком уж швабская физиономия у этого товарища, вот только перебитый нос ее делает уродливой, ну да ничего, это ненадолго. В общем, тот утвердительно кивает головой. А что ему остается делать?

— Отвечай, говори только правду. Если