Современная зарубежная фантастика-4 - Тэмсин Мьюир

монголов под названием Ханбалик – в первые дни правления Императора и видели, как он вызывает синее пламя щелчком пальцев. Сама Чжу никогда не собиралась покидать монастырь, но все равно знала, что император больше не демонстрирует свое право на власть публично, поэтому она никогда не думала, что увидит Мандат во плоти. Но это был он. Красное пламя, похожее на закатное солнце, цвет исчезнувших императоров династии Сун, последних, которые правили до того, как пришли варвары.

Внезапно стало понятным, почему мятежники выбрали своим цветом красный. Почему они назвали себя в его честь. Чжу посмотрела вверх, на сияющую фигуру, и ощутила покалывание под верхним слоем кожи, будто это была реакция на наэлектризованный воздух перед штормом. Сияющий Принц провозглашал перемены. Ее охватило желание, сильное и горячее, как тогда, когда ее вышвырнули из монастыря. Вот где все начинается.

– Не слишком поддавайся впечатлению! – крикнул ей в ухо Юйчунь. – Это просто свет; он ничего не делает.

– Тогда почему все так волнуются? – крикнула в ответ Чжу. Но, несмотря на цинизм Юйчуня, ей показалось, что она понимает. Вид могущества Небес наполнил ее неудержимой энергией, ей казалось, что ветер дует ей в спину, пока она бежит изо всех сил к будущему.

Передний ряд толпы рвался вперед, руки людей тянулись к красному свету.

– Прикоснись к свету, получи благословение. Только они все равно все умрут. Я это уже видел. – На сцену вышел еще один человек. – Это Первый министр.

Когда Первый министр подошел, Сияющий Принц протянул к нему руку, и между ними появилась дуга из пламени. Огонь взбежал на плечи Первого министра, а когда он поднял руки, огонь полился вниз, на толпу, как жидкость. Он закричал:

– Станьте свидетелями Небесного мандата, который тек в крови наших последних императоров. Узрите свет, который уничтожит тьму ху, – свет новой эры Сияющего Принца! – И люди в ответ смеялись и истерически рыдали. Они были молоды, они не верили, что могут умереть. И пока они стояли там, в этом волшебном красном свете, это казалось невозможным.

Когда Чжу смотрела, как ликует толпа, она поймала себя на том, что удивляется. Предположим, что Мандат Сияющего Принца означает, что империя Великая Юань падет в конце концов. Но Чжу была монахом, она читала истории династий. История извивается кольцами подобно змее. Когда ты живешь в данном моменте времени, как ты можешь сказать, куда она повернет в следующий раз? Мандат не обещал мятежникам победы именно в этой битве и даже никакой победы вообще.

И одна Чжу из всей этой толпы точно знала, что им предстоит. С кем им предстоит встретиться. В то мгновение, когда она ощутила странную связь с генералом-евнухом Великой Юань, она увидела под застывшей, будто нефритовой, маской его стыд, ненависть к самому себе и гнев. У него была рана в сердце, и это делало его более опасным противником, чем думали эти люди. Он только что одержал победу над самым опытным военачальником Красных повязок, и теперь он твердо намерен сделать с мятежниками то же, что сделал с монастырем Ухуан.

И это, мрачно подумала Чжу, усложняет ее задачу. В такие времена, как эти, единственный путь к величию лежит через армию, а Красные повязки – единственная армия в этих местах. Без них она будет просто ничем.

7

Река Яо

Чжу и воришка Юйчунь сидели у маленького костра, на котором готовилась еда, вместе с четырьмя другими солдатами ее взвода. Дождь в кои-то веки прекратился, это был первый сухой день за целых две недели. Сначала дождь шел всю неделю, пока они шли маршем от Аньфэна к реке Яо, а потом лил еще целую ужасную неделю, пока они ждали возле Яо появления армии Великой Юань. Теперь, когда войско Великой Юань наконец-то появилось на противоположном берегу Яо, Чжу хотелось, чтобы они продолжали его ждать. Несмотря на размышления о предстоящей схватке, ей еще надо было найти выход, который решил бы две задачи: самой уцелеть в передовом отряде и не допустить возможного уничтожения Красных повязок войском генерала-евнуха. Как это ни прискорбно, полумеры были бесполезными: решить одну задачу и не решить другую означало бы, что она или погибнет, или лишится армии и не достигнет величия, что для нее одно и то же. Решение должно найтись, но пока что бесконечное кружение мыслей вызывало только головную боль и мрачное ощущение нарастающего ужаса.

Чжу помешала бурлящее варево из желтых бобов в котелке. Как последнему новичку во взводе, ей поручили превратить их скудный паек во что-то съедобное. Юйчунь, который не был солдатом Красных повязок и поэтому не получал паек, одолжил взводу котелок (предположительно украденный) в обмен на миску того, что в нем варится. Дым и крахмалистые бобы: это был запах той жизни, от которой, как ей казалось, она сбежала навсегда.

– Нам не хватает только ящерицы, – сказала она с иронией.

Юйчунь с отвращением взглянул на нее:

– Фу! Зачем?

– Ах, маленький брат, должно быть, ты никогда не был очень голоден. Тебе везло.

– Ха, везло! Я достаточно умный, чтобы не попадать в ситуацию, когда приходится есть ящериц, чтобы выжить, – сказал Юйчунь. – Даже не говори мне, что у нее вкус, как у курицы.

– Откуда этому монаху знать вкус курицы? – возразила Чжу. – Во время голода нет никаких кур, а монахи вегетарианцы.

– Свинина вкуснее, – сказал Юйчунь. – Не говори моим предкам, что я это сказал, они из народа ху. – Люди ху не едят свиного мяса, что кажется странным жителям юга, помешанным на свинине. – Знаешь, я мог бы позволить себе свинью или трех свиней. Как ты считаешь, везучий монах, когда солдаты Великой Юань завтра убьют вас всех, может, мне стоит отправиться с твоим конем на побережье и открыть ресторан?

– Если таков твой план, то это тебе следует готовить еду, – сказала Чжу. Она попробовала один боб и поморщилась: – Думаешь, мы проиграем сражение?

– Я надеюсь, что вы проиграете, – поправил ее Юйчунь. – Солдаты Великой Юань не позарятся на твои жалкие пожитки, а это значит, что они достанутся мне. Другой исход меня не устроит.

– Неужели? – мягко спросила Чжу. Несмотря на то что появления войска Великой Юань с нетерпением ждали почти все в лагере Красных повязок, в ней крепла уверенность в том, какой конец их ждет, если она не вмешается.

Река Яо, текущая с севера на юг, отводила воду из обширной системы перекрытых дамбами озер в более крупную реку Хуай, текущую с востока на запад. Вместе