Позывной "Аббадон" - Екатерина Воробьева

Вскоре к Лэнгли присоединился и Парсон. Оба обработали Джин так, что она совершенно размякла и расслабилась. Разумеется, эти двое не забывали щедро пополнять ее бокал шампанским.

Но Тедди больше волновали не они, которые намеренно спаивали его женщину, а Лилит. Та напряженно, исподтишка следила за каждым действием Джин, словно ожидая от нее какой-либо подлости. Ее нервозность передалась и Каю. Тот с угрюмым видом гонял по своей тарелке горошек и недовольно сопел, не в состоянии расслабиться.

Арик также не особо напрягался тем, что сидит за столом с самой опаснейшей наемницей вселенной. Он жарко что-то обсуждал с Филом, который быстро расслабился, поняв, что Джин не несет в себе никакой угрозы ни Энни, ни отряду в целом.

Энни всеми силами пыталась отвлечь Лилит. Что-то бурно щебетала, отчаянно пытаясь привлечь к себе ее внимание. Но Лилит была неумолима. Даже сейчас она оставалась в режиме хранителя, защищая отряд от потенциальной опасности.

- Мне надо отойти. - шепнула Джин на ухо Тедди и встала из-за стола.

Наверное, она поднялась слишком резко и неожиданно, а может, просто нервы Лилит сдали, и та вскочила следом за ней, выставив перед собой столовый нож, крепко зажав его в руке.

За столом воцарилась тишина. Все внимание к себе привлекла немая сцена, где Лилит наставляет нож на Джин, идущую в дамскую комнату.

С легкой полуулыбкой, вопросительно приподняв светлую бровь, Джин переводила взгляд с ножа на свирепые фиалковые глаза.

Кай бросил на Тедди извиняющийся взгляд, а затем медленно потянул Лилит за локоть, заставляя ее опуститься обратно на свой стул. А затем так же медленно разжал ее руку и вытащил из нее нож.

- Извини. - сбивчиво промямлила она, бросив короткий взгляд на Тедди.

Тихо хмыкнув, Джин отправилась туда, куда направлялась с самого начала, а попутно постучалась в титановые щиты сознания феи.

- Поговорим? - послала она ей мысленный запрос.

Щелкнув дверной замок туалета, Джин развернулась, зная, что Лилит уже стоит у нее за спиной.

- В чем дело? - без прелюдий напала она на нее - Ты действительно думаешь, что я начну резню налево и направо?

Лилит молчала и лишь напряженно смотрела на Джин в упор.

- Отлично. - всплеснула она руками - Чтобы я сейчас ни сказала, мои слова тебя не убедят. Так?

В ответ все тоже молчание.

- Хорошо. Тогда смотри.

- Ты пустишь меня в свое сознание? - искренне удивилась Лилит.

- Почему нет? - пожала плечами Джин - Если это тебя наконец успокоит... В другом случае ты же не отстанешь от меня и угробишь мне весь праздник своим удушающим змеиным взглядом. Так что давай - смотри.

Лилит дважды предлагать не пришлось. Она нырнула в сознание Джин. Просканировала его вдоль и поперек на предмет безопасности и потаенных мыслей. Она честно хотела исследовать только это, но ее любопытство скользнуло в ту часть, которая принадлежала Чандлеру. И задохнулась от прилива эмоций, которые Джин ощущала по отношению к Чандлеру.

Поняв, что фея злоупотребила доверием и шагнула на запретную территорию, Джин тут же захлопнула и подняла щиты.

- Эй! - возмутилась она - Мы так не договаривались!

- Извини. - выдохнула пораженная Лилит. Она все никак не могла отдышаться от того, что почувствовала.

- Да это даже к лучшему. - заключила Джин, стряхнув с подола платья невидимые пылинки - Теперь ты знаешь правду. И знаешь, что я никогда ему не наврежу и не наврежу тем, кого он любит.

- Знаю.

- Теперь отстанешь от меня?

- Джин, я...

- Не надо! - резко одернула она Лилит. Хотя Джин даже не знала, что она хотела сказать, по одному ее лицу уже было понятно, что это что-то сопливое, душещипательное и нравоучительное - Не надо. - добавила она более спокойно.

- Джин! - в дверь заторобанили - Лилит с тобой?

Голос Тедди был явно встревоженным, пришлось открывать. На пороге стояли Тедди и Кай. У обоих глаза как блюдца, взъерошенные от напряжения загривки и нервный тик на подбородке.

- Чего такие помятые как бойцовские петухи? – хихикнула, Джин оглядывая их с ног до головы.

- А что за мода вдвоем ходить в туалет? Мы переживаем! - кинулся с возмущениями Риванс.

- А ты не знал? - Джин понизила голос до заговорщического шепота - Вдвоем проще от гавномонстров отбиваться. Это я тебе говорю. - со знанием дела покачала она головой.

Затем Джин растолкала двух широкоплечих амбалов и, протиснувшись в коридор, поплыла обратно к столу.

- Как ты ее терпишь? - поморщился Кай, смотря в спину Джин.

- А ты как ее терпишь? - кивнул Тедди в сторону Лилит что по-прежнему стояла в середине ванной комнаты и с невинным видом смотрела на них.

- Душа моя, что происходит? - недовольно прищурился Кай.

- Все нормально. Просто девочкины секретики.

Кай и Тедди многозначительно переглянулись. Стратег группы лишь пожал плечами, мол: "добро пожаловать в клуб терпил".

Весь вечер Джин тайно наблюдала за командой. После того, как они с Лилит все-таки выяснили отношения и заключили перемирие, атмосфера заметно улучшилась. Джин наконец смогла сделать выводы о каждом члене команды.

Фил Картер - самый молчаливый, серьезный и недоверчивый член отряда. Всю дорогу бросал на Джин подозрительные взгляды. Но это лишь обуславливалось заботой и безграничной любовью к своей паре.

Энни - кудрявая, милая, зеленоглазая девушка. Невооруженным взглядом было видно, что у нее огромное сердце и добрая душа. А ее привязанность к супругу была просто необъятной.

Они то и дело бросали друг на друга теплые взгляды, искали телесного контакта, хоть пальчиком, но коснуться друг друга.

Арик. В его голубых глазах, цвета кристального льда, можно было просто утонуть. Подрывник вел себя более чем расслабленно, дружелюбно и мило. Но читалась в его взгляде какая-то тоска и неудовлетворенное желание. Особенно это выражалось, когда он невзначай бросал взгляд на Лилит и Кая.

Помимо его необычных глаз, Джин зацепила его тату. Закатав рукава темной рубашки, Арик обнажил предплечья. Левую руку обвивала кольцами змея, открывая свою пасть аккурат возле запястья.

У Джин сложилось стойкое ощущение, что она видела эту же самую змею и не один раз. Видела. Точно видела. Но где?

Кай и Лилит – альфа-пара команды. Эти двое были совершенно несносны. Вечно спорят,