"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

— Подойти! — рявкнула я. — Почему не в форме Йарры? Где нашивки?

— Приказа об их зачислении в гарнизон еще нет, госпожа Орейо, — подтвердил мои догадки Левайр.

— Вот как, — протянула я. — Проверочные бои были?

— Назначены на вечер.

Капитан ощутимо напрягся, и я его не разочаровала:

— Перенести на утро. Я сама с ними… поработаю.

Один из наемников хохотнул, повернувшись к солдатам, но смех его никто не поддержал.

Приятно, что меня помнят.

— Оружие возьмете свое… Можете возвращаться к тренировкам, — разрешила я остальным.

И все. Будто и не было насмешки и толики презрения на лицах, остались лишь почтение и настороженность, целительным бальзамом пролившиеся на израненное графом самолюбие.

А в окне библиотеки показалась знакомая рыжеволосая фигура.

— Тим! Ти-и-и-м! — завопила я. — Я вернулась!

Не чувствуя ног, я бежала к замку, расталкивая не успевших посторониться солдат. Ступени, тяжелая входная дверь из черного дуба, гулкие залы, бесконечные коридоры и лестницы…

Потом слуги шептались, что видели лишь смазанную фигуру, пронесшуюся мимо.

— Тим!

Тимар встретил меня в дверях библиотеки. Всхлипывая, я запрыгнула на брата, как мартышка обхватила его руками и ногами.

— Задушишь, — прохрипел он, карикатурно закатывая глаза.

Не ослабляя хватки, я уткнулась носом в его плечо.

Тим прислонился к стене и осел на пол, прижимая меня к груди. Гладил по волосам, по спине, баюкал, вытирая слезы. А я все никак не могла успокоиться.

— Живая, — тихо сказал Тим. Глубоко вздохнул и стиснул меня до боли. — Боги, как же я за тебя боялся… Я чуть заикой не стал, когда в монастырь приехал Айвор. И потом, когда ты бросила то яблоко…

Айвор Третий — нынешний король Лизарии, слабого государства, находящегося под патронажем райанов. Он и Первый Советник князя Дойер попытались отделить Лизарию от наших границ магической стеной; Айвор таким образом надеялся получить независимое государство, а Дойер, устранив Айвора, — занять его место на троне, для чего потребовал у короля руку младшей сестры. Не для себя, конечно, для сына. Для Сорела.

Вместо принцессы в замок Дойера приехала я.

Йарра, Второй из Совета Четырех, долгое время безуспешно пытался внедрить своих людей в окружение Дойера, но безрезультатно, и время от времени получал плотно зашитые мешки с чем-то круглым внутри. В такие дни на Йарру было страшно смотреть, а уж попадаться под руку…

Свадьба Сорела оказалась для графа долгожданным поцелуем Анары — Дойер не стал устраивать ментальное сканирование невесте сына, захудалой, но все же принцессе, две трети жизни проведшей в монастыре. За месяц до помолвки Эстер выкрали из Приюта богини, а я, лизарийка наполовину, такая же белокожая, синеглазая и светловолосая, заняла ее место. О подмене, кроме самого Йарры, знали трое — Четвертый Советник, объединившийся с графом против Дойера, некий Женор, натаскивавший меня в генеалогии Высоких Родов Лизарии, и Настоятельница.

Послушницы и служительницы ничего не заметили — следуя уставу монастыря, я жила в отдельной келье, прятала лицо под плотной вуалью, тихо говорила и ужасно сутулилась, скрывая высокий рост. Приезд Его Величества Айвора Третьего, решившего лично «осчастливить» сестру вестью о скорой свадьбе с одним из райанов, едва не стал провалом — я просто не узнала своего «брата», оказавшегося совсем не похожим на миниатюры.

На брата он тоже оказался не похож — эта венценосная сволочь, вдоволь насмотревшись на валяющуюся у него в ногах сестру, влила мне в горло магически усиленную настойку воробейника, объяснив это государственной необходимостью — его сыну не нужен конкурент на престол, рожденный от райана.

Месячных у меня не было уже полгода, настоящую Эстер эта настойка просто убила бы.

Второй проблемой стал Дойер. Оказалось, что Первый Советник совсем не похож на злодеев, о которых я читала в романах, — он не ел младенцев, не якшался с демонами, не имел привычки оставлять где попало компрометирующие письма, а все деловые встречи проводил исключительно в своем кабинете, защищенном не только крепкими дверями, но и пологом, испепеляющим всех, кто пытался нарушить границы хозяйского крыла замка.

Магическую преграду я заметила чудом, и в очередной раз поблагодарила Тимара, заставлявшего меня зубрить теорию защитных плетений. Помню, как стояла на лестнице, до слепоты вглядываясь в расплывающиеся контуры магических светильников, и пыталась понять — показалось или нет. Потом бросила в проход, ведущий к кабинету Дойера, яблоко — свой поздний ужин, и до крови закусила губу, когда оно вспыхнуло и осыпалось пеплом, налетев на невидимую обычному глазу огненную стену.

В хозяйское крыло замка я попала благодаря Сорелу, проведшему меня сквозь заслон и давшему заклинанию отмашку: «Она своя!»

Сорел, Сорел, Сорел… Неуклюжий Сорел, похожий на смешного черно-белого медвежонка, живущего в зарослях бамбука. Смелый Сорел, не побоявшийся вступиться перед князем за безвестную девчонку. Глупый Сорел, полюбивший меня.

А теперь, наверное, проклявший.

В кабинете Дойера я нашла многое, очень многое. Боги, почему, почему, ну почему он не уничтожил письма пятилетней давности?! Почему он так надеялся на защиту полога? Почему был так уверен в своей неприкосновенности?!

С тех пор как Первый Советник нашел месторождение алмазов в коронарных землях, мысль превратить камни в амулеты, наполнив их силой, не давала ему покоя. Дойер организовал мятеж на одном из подконтрольных княжеству архипелагов, дал денег восставшему лорду на оплату услуг магов, и он же, когда Йарра взял архипелаг в кольцо, «спас» студиозов-недоучек, таким хитро-закрученным способом заманив их в княжество.

Как Дойер уговорил юных волшебников поделиться жизненной силой с бриллиантами, я не знаю. Знаю лишь, что к зиме у него было около двух сотен сочащихся магией артефактов и уговор с Айвором на постройку заслона, который отделит княжество от Лизарии. Я нашла карту, отмечающую положение стражей, несколько писем, косвенно подтверждающих вину Дойера в мятеже на Рисовом архипелаге, выкрала брачный договор между сыном Айвора и будущей дочерью Эстер, и оставила в кабинете магического шпиона, записавшего разговор Советника и лизарийского короля.

Этого хватило не только для того, чтобы сместить конкурента, на что рассчитывал Йарра, но и для полного уничтожения рода Дойер. Граф довольно потирал руки, Тимар, всей душой ненавидевший Советника, убившего его отца, наконец-то почувствовал себя отомщенным, а я получила рубиновое колье, непроходящее чувство вины перед Сорелом и жизнь Алана.

— У него все хорошо, — сказал Тим. — Он служит матросом на «Тироххской Деве». Алан — умный парень, держу пари, через два-три года он станет помощником капитана.

Я тяжело вздохнула, и вздох перешел во всхлип.

— Не плачь, маленькая. Все закончилось.

— Закончилось? — истерично засмеялась я. — Закончилось?

— Лира… Что было между тобой и