Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

леса выбирался жуткий черный медведь. Шерсть была свалявшейся и очень толстой. Не факт, что я её вообще смогу пробить даже топором. Его ноздри жадно принюхивались, но маленькие злобные глазки безошибочно смотрели на меня.

«Как там, говорилось в пословице? Видишь коричневого, ложись, черного — застынь, а белого — умри? Что-то мне подсказывает этот черный относится именно к белому типу».

Удивительно, но я не чувствовал большого страха. В сумке у меня было множество взрывных огненных и защитных ледяных печатей, а рядом стояло сразу два ксено-оленя. К слову, о последних.

— Бэмби под номером двенадцать, вперёд! Разорви этого медведя на куски! — словно только и ждав этой команды милый олененок в мгновение ока трансформировался в вызывающую крики ужаса тварь и поскакал вперёд, вытянув острые клинки перед собой.

По шкуре медведя прошла дрожь и его шерсть начала тяжелеть из-за покрывающей его каменной брони. Пара секунд и перед нами предстал монстр, который по весу переплюнул бы и целый танк.

«Так он ещё и магический. Почему я не удивлен. Последние месяцы были слишком спокойными».

Стоило Бэмби оказаться перед медведем, как последний тут же взмахнул лапой, намереваясь закончить бой одним ударом, но ксеноморф успешно проскользнул под когтями и врубился лезвиями в грудь медведя, вызвав громкий рёв боли.

«А его клинки куда опаснее, чем можно было подумать», — я уважительно посмотрел на глубину погружения лезвий, даже несмотря на каменную броню: «Правда, жаль, что моя тварь не особенно умна».

Последнее относилось к тому, что стремясь вонзить свои клинки, Бэмби совсем не обратил внимания на вставшего на дыбы медведя, который и не думал умирать.

Сомкнувшиеся огромные лапы с хрустом сломали тело оленя-мутанта, погрузив того в сокрушительные объятия.

И когда длинные клыки медведя уже собирались вцепиться в голову оленя, я отдал долгожданную команду активации взрывчатки.

«Искусство — это взрыв!»

«БУМ!» — удар огня был такой силы, что кишки и кровь медведя заляпали всё в пределах пары десятков метров.

Одна из тяжелых лап и вовсе улетела вверх и повисла на ветках деревьев. От головы же, находившейся ближе всего к взрыву, и вовсе ничего не уцелело.

На месте детонации осталась лишь покрытая кровью воронка и нижняя, изрядно выпотрошенная часть хозяина леса.

Мой горящий взгляд остановился на Бэмби номер один, который сделал мелкий шаг назад.

— Ну что, мой удачливый друг, воистину, наш ждут великие дела!

Ксено-бэмби отступил ещё на один шаг.

*****

За всеми своими экспериментами, я не забывал и о самом главном. Старом добром совершенствовании.

На заре своего пути я практиковал магию с помощью рисунка и поглощением кружащейся в воздухе ци.

Но с появлением возможности передавать магию рисункам, совершенствование стало значительно сложнее. Тем не менее я не позволил себе пасовать перед трудностями.

Одновременно я должен был следить за тем, что я вообще рисую, подавать равномерную порцию ци в кисть, держать в голове ограничения для создаваемых существ и словно всего этого мало, совершенствоваться, направляя магию за пределы ядра.

Это был адский процесс, поэтому зачастую я предпочитал совершенствоваться, рисуя неживые предметы. Так, я исключал необходимость прописывать ограничения.

Но в таком случае я не мог не заметить, что скорость моей практики заметно снижалась.

Как и ожидалось, чем больше усилий и рисков, тем выше был результат.

Конечно, я мог бы пойти на рынок и попробовать купить продающиеся тут и там травы для медитации и пилюли, которые «гарантированно» вознесут вас до бога вселенной.

Но я совершенно не доверял всем этим продавцам.

Если вспомнить риски, то глупая попытка ускорить свой путь могла привести к ужасным последствиям.

Из-за подобных ограничений мне потребовалось целых полтора месяца упорнейших тренировок чтобы перебраться с пятого, до шестого, предпоследнего уровня неофита.

И я подозревал, что это был ещё очень хороший результат из-за качества моего духовного корня. Кому-то с меньшим талантом потребовались бы годы.

Следующий уровень должен был стать решающим. Именно во время его освоения я получу возможность перейти на этап претендента. Этап, позволяющий считать себя уже не совсем человеком.

Если тот же ранг неофита продлевал жизнь человека лет на десять пятнадцать, то претендент увеличивал это время до двадцати-тридцати.

Вот только я отлично помнил, что произошло в момент пробуждения моего источника ци, и что-то мне подсказывало, что и в этот раз следовало ждать подобный исход.

Но если раньше я был совершенно не готов, то нынче я был совсем другим человеком. Я обладал знаниями и кое-какими навыками. Я не был бессловесной жертвой, как прежде.

Ещё два месяца пребывания в городе, и появилось знакомое чувство — я был способен сделать прорыв на следующий ранг и бросить вызов твари, которая по моим прикидкам, должна получится, как и прежде на целый ранг выше.

То есть, мне, претенденту, придётся иметь дело с монстром в ранге воина. А последние, как я слышал, в местной иерархии считаются уже полноценными практиками.

Это был смертельный риск, но и награда была поистине королевской.

Глава 21

Глядя на замершего всего в нескольких шагах рыжеволосого, я постарался незаметно перевести дух.

Рискнув пойти на столь опасный шаг, как призвать максимально усиленное существо, я понимал, что всё может закончиться очень печально.

Самым большим моим страхом было призвать дикую и неразумную тварь, которая сразу бросится в атаку и ей будет плевать на любые слова. В таком случае мне было бы уже всё равно, что она умрёт следом.

Однако худшего варианта удалось избежать, и созданное существо было вполне себе разумным.

Я мысленно покачал головой. Откажись я от риска, сейчас бы передо мной был послушный рисунок, но он находился бы лишь ранге претендента, что лишь удваивало нашу общую мощь.

Но если у меня получится убедить рыжеволосого следовать за мной, то моя боеспособность вырастет не в каких-то жалких два раза, а минимум в десяток, если не больше. Это не говоря уже о его мастерстве управления магией. Что-то мне подсказывало, далеко не все воины так искусны со своей силой.

Осталась всего лишь такая «мелочь», как убедить его мне помочь.

И у меня была пара идей, с чего стоит начать.

— Как же тебя тогда зовут, о бог? — с отчетливо слышимой иронией спросил я, видя как глаза рыжеволосого опасно сужаются. — У тебя же есть имя? Я думаю, имя есть у всех, даже у богов…

— Ты не достоин его знать, — отрезал мужчина. — Освободи меня и я, так и быть, не стану тебя убивать.

«Это уже