Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

Вскоре послышался гулкий шум двигателя, и к бару подъехал грузовичок с эмблемой "Западного полюса" на забрызганном грязным снегом борту. Грузчики принялись выставлять на тротуар пустые пятидесятилитровые кеги, и Грачев спросил:

— Этих запускать?

— Запускай, — распорядился я, понимая, что неурочный возврат тары служит не более чем прикрытием для визита в бар Ханина.

И точно — вслед за подсобными рабочими в бар прошел Владимир Михайлович.

— Привет! Привет! — поздоровался начальник отдела собственной безопасности Дружины и попросил: — Слава, нальешь своего замечательного пива?

Я накачал два бокала светлого и позвал гостя в подвал:

— Владимир! У нас тут уборка, давайте устрою экскурсию по пивоварне.

— Не откажусь! — согласился Владимир Михайлович. — Всегда хотел посмотреть, как у вас все устроено.

— Иван, присмотри тут пока, — попросил я тогда помощника, первым спустился в подвал и выставил бокалы на стол.

Ханин расстегнул пальто, с интересом поглядел по сторонам и улыбнулся:

— Уютно тут у тебя.

— Ближе к делу! — потребовал я.

Владимир Михайлович взял бокал, спокойно отпил пива, затем спросил:

— Здесь можно говорить свободно?

— Да! Выкладывай, не мотай нервы!

Тогда дружинник вновь улыбнулся и объявил:

— Ты получил отсрочку.

— В смысле? — нахмурился я. — Война не началась?

— Лига взяла своих на короткий поводок, — покачал головой Владимир Михайлович. — Надо было выбрать цель с противоположной стороны.

— Надо было!

— После известных тебе событий они затаились в ожидании ответки, и у меня не было оперативной информации, — заявил Ханин в свое оправдание и приложился к бокалу.

— К тому же лично тебе мешал… — Я осекся и не стал называть вслух никаких имен. — Ладно, что дальше?

— Сходка состоится в ближайшее время, — ответил дружинник, выставив на стол пустой бокал. — Как станет известно, где и когда, я тебе сообщу.

— Было бы неплохо, — хмыкнул я и сделал несколько жадных глотков пива. Новости нисколько не порадовали.

— Буду на связи, — пообещал Владимир Михайлович и поднялся наверх.

Я осушил бокал и двинулся следом.

— Все нормально? — встретил меня встревоженным взглядом Иван.

— Да, порядок, — подтвердил я, пребывая не в лучшем расположении духа.

Ненавижу ждать, но ничего другого, кроме как дожидаться возвращения Николая или звонка Ханина, мне сейчас не остается.

Словно встревоженный моим взглядом, зазвенел телефонный аппарат, я с некоторой даже опаской снял трубку, но это оказался Саня-чародей.

— Привет! Я сейчас на обед загляну. Встречай.

Я взглянул на часы и предложил:

— Давай через пятнадцать минут. Пока разогрею что-нибудь.

— Заметано.

Разогреть колбаски и поджарить яичницу много времени не заняло, потом я поднялся наверх и отпер чердак. Вскоре через дыру в перегородке на мою половину перебрался Саня, и я отправил его в подвал. Сам заглянул на кухню и отнес вниз немудреную снедь.

— По пиву? — спросил, выставляя тарелки на стол.

— По пиву, — кивнул чародей.

— А Мила где?

— Николая ждет.

— Он не звонил еще?

— Нет.

Я вздохнул, поднялся наверх и накачал бокал пива.

— К нам посетители через крышу теперь ходить будут? — пошутил Иван.

— И не говори, когда бар открыт, суеты гораздо меньше, — только и рассмеялся я.

— Так, может, откроемся?

Я пару секунд обдумывал это предложение, потом махнул рукой:

— Открывай!

Если решат вломиться дружинники — они вломятся, а бандитов пока опасаться не приходилось. Ханин о сходке заранее предупредит.

Иван задвинул на место последний стол, отпер дверь и снял с нее листок с предупреждением о санитарном дне. Потом он ушел на кухню разбираться с продуктами. У тети Маши сегодня был выходной.

Я отнес в подвал бокал пива и вернулся обратно в бар. Только встал за стойку, и распахнулась входная дверь.

— Опа! — удивился я. — А тебе чего дома не сидится?

— А работать кто будет? — пробурчал Платон и протянул коробку из-под обуви. — Это тебе.

— Перекусишь?

— Не откажусь.

— Спускайся в подвал.

Кондуктор кивнул, потеребил короткую бородку и ожидаемо спросил:

— Как у нас дела?

— Все хорошо, — не моргнув глазом, заявил я в ответ. — Деталь заказал, если все срастется, завтра или послезавтра заберу.

— То есть без неожиданностей?

— Абсолютно. Пиво будешь?

— Нет, — отказался Платон. — Давай чего покрепче. Продрог.

Я достал из-под стойки бутыль с настоянным на травах самогоном собственного производства и передал ее кондуктору.

— Иди, сейчас соображу что-нибудь.

Платон спустился в подвал, а я сменил на кухне Ивана и только переложил яичницу и колбаску на блюдо, как в коридоре послышались легкие шаги. Выглянул в дверь — со второго этажа спускалась Мила.

— Привет! — улыбнулся я девушке. — Проголодалась?

— Да. Приготовишь что-нибудь?

— Держи, — передал я ей блюдо. — Скажи Платону, сейчас еще принесу. Николай не появлялся?

— Пришел.

— И как? — встревожился я.

— Нормально, — беспечно отозвалась Мила. — Спокойный. Да он сейчас сам подойдет!

— Отлично!

Я отправил девушку в подвал, приготовил дополнительную порцию, налил пару бокалов пива и спустился следом. Платон одной рюмкой самогона ограничивать себя не стал, да еще налил сотрапезникам, поэтому глаза у всех так и блестели. Выпил и я.

Почему не выпить? Свободный человек. Имею право.

Клондайк. Самые события

Четверг. Утро

Не люблю, когда утро проявляет себя только будильником. Ты глаза открыл, а вокруг темнота. И под одеялом тепло, и рядом теплое женское тело, и лежал бы и лежал, но надо вставать и надо искать способ выбраться из той трясины, в которую понемногу начинает засасывать. И ведь ладно если бы сам где-то накосячил, так нет, банальное стечение обстоятельств.

И Мстислав собирался мне с утра звонить. У него утро во сколько настанет, интересно? Мне бы времени не терять. И кстати, хорошо было бы, если бы Хмель меня послушал и окопался сегодня в своем пабе. Закрыл бы все к черту и сидел внутри, за магической защитой. А то эта его манера лезть в неприятности и при этом все делать втихую как-то того… восторга не вызывает. В результате не знаешь, где сам нарвешься.

Так, а мне бы Дмитрия. Просто для того, чтобы машину без присмотра не оставлять, чтобы мне в нее какую-нибудь дрянь не засунули. Маячок там или прослушку. Или пусть он Платона лучше сегодня охраняет? Надо подумать.

Умылся, побрился, оделся, тихо закрыл за собой дверь в студию, не забыв включить сигналку, и тихо спустился в подвал. Здесь и чаю напьюсь, здесь и подумаю. Хлопнул в ладоши, включив магический шар, который завис над рабочим столом, потом пошел в топочную угля подкинуть. Да будет тепло, здесь тепло — это самая важная вещь.

Так… я сегодня не только револьвер прихвачу, мало ли что. Мысль разбежалась между дробовиком и карабином и остановилась все же на дробовике. Разве что взял не десятый калибр, а "рем" двенадцатого, с