"Фантастика 2025-23". Компиляция. Книги 1-21 - Евгений Дес

губы поцелуем. Пару мгновений не двигался, давая фее возможность прекратить. Но судорожно выдохнул, когда она распахнула губы и позволила себя поцеловать – сначала нежно, едва касаясь, чтобы позволить ей прочувствовать этот момент. Одной рукой я обхватил шею Касандры, зарывшись пальцами в светлые волосы, второй приобнял за бедра, начал поглаживать сквозь платье.

Фея замерла, прислушиваясь к ощущениям, а затем прикрыла глаза и подалась телом вперед, обхватив руками мою шею. Я улыбнулся ей в губы и провел языком по нижней губе девушки, безмолвно спрашивая разрешения углубить поцелуй. Стон, который сорвался с ее уст, скинул оковы, удерживающие магию. Я прислонил ладонь, которой прежде придерживал бедра феи, к ее животу, направляя силу внутрь Касандры, позволяя познать, что такое похоть. Вкладывал в разум картины, воссозданные при помощи магии. Дымка, окутывавшая тело феи, взметнулась вверх и схлестнулась с ее – белоснежной, невинной, непорочной.

– Ты можешь все прекратить… одно лишь слово…

– Нет…

Я впился в грубом, животном поцелуе, стараясь как можно сильнее прижать к себе фею. Она выгнулась и глухо застонала, когда я медленным движением провел по ее груди и коснулся ожерелья, которое обрамляло шею феи. Возбуждение Касандры током прошлось по телу, заставляя магию извергнуться, подобно лавине. Все силы, которые получал от эмоций феи, даровал ей – через поцелуй, прикосновения, множа ее возможности. Чувствовал, как тело, не привыкшее к ласкам, плавится в моих руках, словно воск. Мягко отстранившись, провел кончиком носа по щеке, на которой даже сквозь ночную тьму виднелся румянец. Касандра распахнула одурманенные глаза и что-то недовольно пробормотала.

– Пока достаточно… я не хочу тебя напугать…

– Ты не напугал… ты…

Я приложил палец к ее опухшим от поцелуя губам.

– Я сделаю все, чтобы ты ощущала подобное как можно чаще. Помни обо одном – одно твое слово, и никогда не притронусь к тебе.

Касандра шумно сглотнула и положила голову мне на плечо. Я обхватил тело феи руками и начал раскачиваться из стороны в сторону, убаюкивая. Не прошло и пары минут, как девушка заснула. Осторожно встав с поваленного дерева, обогнул поляну, на которой веселье только разгоралось, и направился в замок, загородив нас крыльями, как щитом. Комната Касандры выходила на праздник, поэтому я, недолго думая, открыл дверь в собственные покои ногой и положил фею на кровать. Стряхнул грязь с босых ног девушки, снял ожерелье, чтобы она не поранилась во сне, оставил платье, боясь за реакцию, если она проснется и увидит себя обнаженной.

Крылья Касандры, к моему удивлению, не исчезли, переливаясь золотисто-бирюзовым оттенком, который затапливал собой всю комнату. Я присел на кровать и провел ладонью по волосам феи, непроизвольно улыбнувшись.

– Мое запретное желание, если бы только мог тебе все рассказать…

Касандра заворочалась и сквозь сон недовольно пробормотала:

– Хватит бубнить, ложись спать.

Я широко улыбнулся, лег рядом с Касандрой и прижал ее к себе спиной, вдыхая запах волос феи. Она моментально обмякла в моих руках. Я не смог заснуть до рассвета, задавая единственный вопрос – чем заслужил такое счастье?

* * *

Поспать удалось пару часов. Глаза нещадно щипало, будто в них налили спирт и заставили смотреть на солнце. Тело ломило от того, что всю ночь пролежал в одной позе, боясь шелохнуться и разбудить Касандру, которая сладко спала в моих объятиях.

Встав с кровати, подошел к лохани и тихо дважды хлопнул в ладони – первый раз для того, чтобы горячая вода начала наполнять мраморную емкость, второй – чтобы перестала течь через пятнадцать минут. Пока Касандра спала, я бесшумно вышел в коридор и спустился на кухню, где слуги сновали туда-сюда, делая первые приготовления к завтраку. Завидев меня, они сначала замерли, а затем принялись осыпать меня расспросами, что случилось и чем они могут помочь. Я вскинул руку вверх, призывая к молчанию, и при тихом безмолвном ужасе прислуги начал ставить на поднос горячий травяной чай, вяленое мясо, сыр, фрукты и хлеб.

– Спасибо.

Держа поднос в руках, я удалился из кухни под ошарашенное молчание прислуги и вернулся в комнату, где Касандра уже сонно потирала глаза и прикрывала рот ладонью, пытаясь подавить зевок. Увидев меня, она улыбнулась, а затем румянец затопил ее лицо.

– Доброе утро, красавица.

– Доброе утро, – хрипло, сонно произнесла Касандра и присела на кровати, прислонившись спиной к изголовью. Ее платье помялось, прическа выбилась и колтунами обрамляла лицо. Я не сдержал улыбки, когда фея издала разочарованный вздох, осмотрев свой наряд, напоминавший тряпку после мытья полов. Она пыталась что-то сказать, но я опередил, поставив поднос с едой на ее ноги:

– После ночи ты должна поесть. Силы тебе еще понадобятся. Через час будет совет Высших, где будут решаться вопросы по поводу вновь начавшегося истребления сатиров и использование магии дракона на Авантине. Ты нужна там. Успеешь собраться?

Касандра нахмурила брови, где залегла складка, а затем кивнула. Я видел ее внутреннюю борьбу, которую она вела с собой, и скрыл улыбку, когда она все-таки задала интересующий ее вопрос.

– Кому я буду нужна на совете?

– Мне, – без колебания ответил я. Встав с кровати, я поцеловал Касандру в щеку, задержавшись губами на ее коже намного дольше положенного, а затем вышел из комнаты под удары рвущегося наружу собственного сердца.

Мне необходимо было принять лохань и смыть с кожи хну, чтобы предстать перед Михаэлем в должном виде. Завернув в комнату Клерса, я пару раз постучался, но в ответ была тишина. Провернув ручку, зашел внутрь и увидел сатира, лежащего на кровати звездой и пускающего слюни на одеяло. Я поморщился, увидев эту прекрасную картину. Опустив взгляд, заметил, что около кровати лежали кубки с выпитым вином. Пересекая покои Клерса, я дошел до окна, распахнул его и впустил свежий воздух, который смешался с закоренелым запахом алкоголя. Сатир всхрапнул, издал протяжный стон и сел на кровати, моргая рассеянными глазами.

– Доброе… утро?

Я фыркнул и усмехнулся, наблюдая за попытками Клерса слезть с кровати – каждый раз сатир заваливался на бок и пенял на свою судьбу.

– Хорошо вчера повеселился?

– Помолчи. Просто помолчи, – хрипло произнесло существо и наконец-то спрыгнуло с кровати, ковыляя из стороны в стороны в ванную. Следом послышался звук воды и жадные глотки Клерса, которого мучила жажда.

Я лег на кровать, блаженно вытянув руки, и почувствовал легкость во всем теле. Прикрыв глаза, едва сдерживал смех, когда Клерс поскользнулся в ванной и раздраженно запричитал о том, как ему надоела эта животная жизнь – копыта то и дело соскальзывали с гладкой поверхности, короткий