Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

Грудь, руки, живот рыжеволосого были словно бы покрыты ритуальными «татуировками», если бы последние были в виде содранных полосок кожи.

Видимо, с момента «срезания» прошло много времени, поэтому мясо заросло, но кожа так и не восстановилась, оставив извилистые кроваво-красные канавки по всему телу.

И словно этого было мало, неизвестный художник усложнил «боди-арт», добавив к ярко красному, золотой, судя по форме рубцов, впечатывая раскаленный металл золотистого цвета рядом с содранной кожей.

Какой бы способ в этом изуверстве не использовался, но металл намертво прикрепился к существу, став его неотъемлемой частью.

И какой бы ужасной не была эта картина, у неё была удивительная красота и законченность, ведь неизвестный «художник» явно знал своё дело.

Тело существа было очень худым, от чего живот сильно впал, а жировая прослойка словно бы умерла в корчах, но при этом мышцы творения ничуть не пострадали. За такую сушку, бодибилдеры на Земле, вероятно, убили бы кого угодно.

Одет он был лишь в короткие, свободные серые штаны.

Мы оба застыли, внимательно разглядывая друг друга и не стремясь сделать шаг первыми.

Когда-то меня задели слова Безымянной про мою попытку её убить. В этот раз я собирался дать своему рисунку шанс…

Рыжеволосый ничуть не меняясь в лице, лениво поднял руку, и я еле успел упасть на землю, когда у меня над головой пронесся фиолетовый шар дрожащего воздуха.

Бум!

Я ошарашенно оглянулся, чтобы увидеть, как магический удар неизвестного оторвал целый ствол дерева и впечатал его в другие деревья.

— Вот, значит, как?! — рыкнул я, вставая с земли. — Хотел по-хорошему, ну раз не получается, то давай тогда по-твоему!

«Взрыв!»

Фиолетовые глаза резко сузились, словно он понял, что я сделал, но уйти он уже не успел, когда его позиция скрылась в облаке мощного взрыва.

Мне пришлось пригнуться, воткнуть топор и упереться ногами в землю, чтобы меня не снесло ударной волной.

Будь я всё ещё неофитом, всё было бы зря, но улучшенное тело претендента с честью справилось с подобной задачей.

Фиолетовая вспышка и черный дым разлетелся клочьями во все стороны, открывая стоявшего в глубокой воронке подкопчённого рыжеволосого. Взрыв не прошел для него бесследно. Тут и там виднелись небольшие порезы и ожоги, но, в целом, его состояние было некритичным. Самое же главное он всё ещё стоял и явно не собирался падать.

Его шаг ко мне и моя следующая команда совпали.

Первые твари бросились к рыжеволосому абсолютно беззвучно. Они в мгновение ока сократили дистанцию и уже открыли пасти, как фиолетовая энергия обрушилась на них сверху, давя в лепешку и размазывая по земле.

Грохнули очередные взрывы, когда сработала взрывчатка на их телах, но покрытый красно-золотыми шрамами мужчина даже не сбился с шага.

Очевидно, парой взрывов его было не смутить.

Как хорошо, что у меня их было больше, чем пара.

Разом взревев, все твари, рвя когтями траву, кинулись вперёд. И только этого и ждав, я тут же начал последовательно активировать заложенные под землей огненные печати.

Буря разрывов покрыла всю поляну, начисто уничтожая всякий намек на траву, оставляя лишь уродливую и опаленную, дымящуюся почву. Уши частично оглохли и болели, но я не позволял себе и секунды отвлечения, ведь мой противник и не думал погибать!

Нахмурившись, рыжеволосый был вынужден стать серьезнее, ведь число тварей было велико даже для него.

Его руки покрылись фиолетовой энергией, и он начал бить ей, оставляя целые просеки в моих монстрах. Если бы мне нужно было догадываться, то его магией была сила гравитации.

Сила его толчков была такова, что останки некоторых монстров улетали вверх, теряясь где-то вдалеке. Других стесывало об землю, а третьих скатывало в уродливые шарики.

Однако монстров было слишком много, и каждый из них был снабжен взрывным гостинцем.

Так, я сумел оценить возникающий вокруг него в момент удара фиолетовый круглый щит. Правда, использовать его он предпочитал пореже, видимо, стараясь экономить энергию.

Чем я и воспользовался.

Свистнула стрела и я возблагодарил всех богов, а в особенности Бога риса, за удачу. Я выпустил уже несколько болтов, но лишь один из них все-таки нашел свою цель.

Правда я слишком рано радовался.

Хоть мой болт и воткнулся в плечо рыжеволосого, но даже не сумел далеко войти в его плоть.

«Вот что значит ранг воина». — с холодком понял я: «Это уже нифига не человек».

Рыжеволосому надо было лишь дернуть рукой, чтобы болт вышел из ранки и упал вниз.

Постепенно сражение начало затихать.

Противник навострился бить широкой фиолетовой волной, способной подбросить сразу несколько врагов, чем он и пользовался, убивая всех, кто пытался к нему подобраться.

Оставалась ещё небольшая полоса минного поля, но о ней подозревал и рыжеволосый.

Жест светящейся фиолетовым рукой и весь верхний слой дерна передо мной был резко отброшен вправо. Невольно я отметил, что брось он это всё мне в лицо, то я не факт, что сумел бы пережить, что-то подобное.

Я выкинул арбалет в сторону, видя его полную несостоятельность, а в глаз я в любом бы случае не попал. Топор в моей руке покрылся черной краской и с него начали падать тягучие капли. В этот раз не пожалел ци, хоть и понимал, что у меня очень мало шансов добраться до этого противника.

Не доходя до меня нескольких метров, фиолетовоглазый застыл, прожигая меня тяжелым, давящим взглядом.

— Смертный не может командовать Богом. Развей свою магию, червь, и тогда твои страдания будут лишь вполовину так мучительны, как должны быть. — голос незнакомца был ему под стать, высокомерный и низкий. Слушая сказанный таким голосом приказ, хотелось тут же броситься его выполнять.

— И чего же именно ты бог? — ничуть не волнуясь, уточнил я.

— Я бог страданий, смертный, — пальцы рыжеволосого пробежались по его покрытой шрамами коже. — И если ты продолжишь тратить моё время, твоя жизнь закончится здесь и сейчас.

— Я бы может и поверил в это, — я все-таки не сумел удержать насмешку. — Если бы мы оба не знали, что ты не можешь меня убить. Если, конечно, не хочешь умереть сам.

Последний приказ, что я успел закинуть сквозь его защиту, был до крайности прост и недвусмысленен. Если умру я, то и он отправиться следом за мной.

— Смертный, — тонкие губы покрытого шрамами мужчины тронула еле заметная ухмылка. — Если я не могу тебя убить, это не значит, что я