Фантастика 2026-49 - Ирина Николаевна Пименова

крысы проводку грызут? – она взорвалась от смеха, даже хрюкнула от удовольствия, чуть со стула не свалилась не в состоянии остановиться.

У него вытянулось лицо.

– Ну, конееечно. Давай Марка своего присылай. Ловить будет!

– Нееее, Мару не отдам. Он благородных кровей.

– Как девчонки?

– Зубрилы!

– Ну про маму не спрашиваю, регулярно с ней видимся по связи. Отец?

– Замотанный. Все со своими больными носится.

– Короче, все, как всегда, только ты учиться бросила…

– Скучно, – отмахнулась она.

Он улыбнулся так, что Айна сразу почувствовала, как он изменился, повзрослел.

– На днюху ко мне прилетишь?

– Вырвусь!

Совершенно посторонний требовательный голос вклинился в их болтовню:

– Айна Кирилловна! Мы ждем вас на ксенопсихологии.

Айна посмотрела вдаль, потом сказала Глебу:

– Вот опять, иди-учи…

– Давай-давай, не филонь. Созвонимся!

– Пока!

И уже в сторону Мизантропа она ответила:

– Я уже иду.

– Да-да, я жду вас. И не забудьте про даты пересдачи.

Ей захотелось убежать.

По дороге в класс она наткнулась на Лару.

– О! Привет. А ты куда это? А ксеножуть?

– Ксенопсихология? Я отпросилась, завтра сделаю проект, а сейчас надо к бионикам, к Андрею Андреевичу!

– Вот все при деле!! Одна я, как проклятая, с этими уроками! Слушай, сдай за меня бионику? – глаза, полные мольбы, уставились на Лару. В них на мгновение появилась вера, что все получится. Но Лара разбила эти ожидания сразу:

– Как ты себе это представляешь? Прийти к Мизантропу и сказать, что я не Лара, а Айна? – противно-стеклянным голосом поинтересовалась Лара.

Айне стало холодно.

– Ну иди-иди. Давай. Привет им всем от меня. Пламенный.

День в школе кое-как закончился. Айна пулей вылетела из учебного корпуса для старшаков, так они называли себя по сравнению с младшими, и помчалась к маме в космопорт посмотреть, что там интересненького.

Сев, как обычно, в свой флайер, задав маршрут бортовому компьютеру, она высоко-высоко взмыла. Полчаса пролетели незаметно. День шел ко второй половине, стояла дождливая погода. Город мрачнел внизу. Ноябрь. Самый темный и нелюбимый месяц. Весь пир осенних листьев огненных, красных, желтых расцветок и яркого, высокого, пронзительно-синего неба остался далеко в сентябре. А сейчас все опало, ветви чернели, сады на террасах убрали в зимние занавесы. На этом сером фоне белели фасады зданий. Кое-где уже зажгли вечерний свет. Эти огоньки придавали уюта холодному времени года. Вдали просматривалось озеро Альтум, куда когда-то они летали с экскурсией по биологии. Айна вдруг ощутила, как много событий случилось с тех пор. И даже позавидовала себе маленькой, когда их жизнь была спокойнее и медлительнее. Тогда родители приходили с работы не такие усталые, больше проводили времени с дочкой. А у нее не было забот по просроченным контрольным работам.

Мирра встретила дочь у входа. Робот-охранник нашел одноразовый пропуск, кивнул и открыл двери. Айне даже показалось, что он любезно улыбнулся им.

– Мам, у вас новая модификация охранников?

– С чего ты взяла?

– Он какой-то дружелюбный.

– Нет, тебе показалось. Сейчас все силы бросают на рой Dyswarm, на переоборудование остаётся совсем мало.

– Как у тебя дела? – мать заволновалась, думая: «Что это Айна прилетела ко мне, а не домой».

– Нормально.

– Как школа?

– Нормально, – уклончиво ответила Айна.

Они шли по длинным светлым теплым коридорам к маме в кабинет.

– Ты запускаешь учёбу. Нехорошо. Ты ведь хочешь иметь интересную работу, а без знаний ничего не получится.

– А что, все, что вы делаете сейчас на работе прям так связано с вашей учебой? Да вы половину забыли, а другую не применяете. Вот зачем мне все эти ксенопсихологии? Я никого из инопланетных зверей практически не встречаю.

– А Марк? – глаза мамы хитро засверкали.

– Ну разве что, – недовольно ответила Айна, чувствуя, что попала впросак.

– Многое пригодится, Айника. Наверстай, пожалуйста. Тебе станет интереснее, если расширить кругозор. Почему ты так забросила учёбу? Что-то случилось?

– Нет, особенного ничего. Я устала. Просто очень много работы. Каникул почти не было.

– Я понимаю, но потихоньку подтягивать знания надо, – уже строже сказала Мирра.

– Ой, ну ладно… – устав от нравоучений, раздраженно отреагировала Айна.

Они попили чай у Мирры. Стало совсем хорошо.

– Тебе чем-нибудь помочь, мам?

– Нет, спасибо. Все делают робопомощники. Я только слежу за ними.

– Ну ладно, передавай привет Глебу.

– Не хочешь ему позвонить? – заговорщицки спросила Мирра, глазами указывая на свой компьютер.

– Я уже поболтала с ним утром.

– Опять пропустила урок, – догадалась и расстроилась мать.

– Ну, хорошо. Я возьмусь за учебу, – примирительно сказала дочка, лишь бы отвертеться от этого разговора.

У Мирры уже подходил к концу обед, и она начала поглядывать на экран и операторные, расположенные внизу.

– Скажи, ты ими всеми управляешь? – восхищенно спросила Айна.

– Контролирую. Они получают утром задания, и, если возникает проблема, мы решаем.

– Их так много! Как ты за всеми успеваешь?

– Я приглядываю только за новенькими и если есть обращение. Они довольно хорошо подготовлены. Много работ проходит в автоматическом режиме.

– Поняяяятно. Ну, я поехала.

– Домой?

– К отцу загляну.

Мать посмотрела на нее настороженно.

– Сегодня прогнозируют удар. Лучше его не встречать в воздухе. Давай домой.

– Я успею. Не переживай.

Она легкомысленно улыбнулась и побежала назад.

– Не забудь про уроки!

Но Айна этого уже не слышала.

По дороге в больницу она включила новости и из них узнала, что многие сомнианцы начали строить бункеры. Это, конечно, делали те, кто был побогаче. Ни Земля, ни сомнианское правительство не финансировали этого. Она поняла, что они поддались панике и даже фыркнула себе под нос:

– Интересно, что они с ними дальше будут делать? Как склад использовать? Дороговато. Проблему почти решили. Немного осталось-то.

Вечер опустился на Амититос, когда она села на парковке больницы. Она быстро пробежала внутрь. Дождь и сильный ветер жестко хлестали по щекам, неприятно развевались волосы. Допрыгав через лужи до лифта, она радостно выдохнула, поправила задравшийся плащ и направилась в ординаторскую. Тут ее накрыло. Уже понимая, что происходит, она нащупала стену, как назло, скамеек здесь не было. Еле доползла до двери и все жизненные силы пожертвовала на то, чтобы ее открыть. Внутрь она уже ввалилась с возгласом «Папа!».

Он, к счастью, сидел там, а не носился по пациентам. Удар только начался, и он планировал как раз пойти к ним. Помогать. Но дочке он оказался нужным прямо сейчас. Он усадил ее в кресло, закутал в теплый плед, обнял и держал голову, пока не пройдет первая часть удара. И все время разговаривал с ней.

– Айнушка, котик, доченька, все пройдет. Не бойся. Скоро все кончится.

Так они и сидели, раскачиваясь от сильной мигрени. Постепенно отпустило. Этот удар