Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 3 - Notego

что я стала аристократкой под защитой Империи. Если разразится война и к нам вторгнутся вражеские войска, наши земли будут опустошены, а сами аристократы попадут в плен. Не разрушит ли это мой план на мирную жизнь?

На этой войне у меня была очень важная миссия, хотя простой люд и знать Империи, скорее всего, об этом не знали. Не будет преувеличением сказать, что победа или поражение в войне находится в моих руках. Я проживаю жизнь героя, чья жертва никем не признана! Не самая привлекательная роль, но…

– Но если я последую за ним, все поймут это неправильно.

Единственная женщина, которая отправилась на войну вслед за мужчиной. Даже в моих глазах это выглядело странно.

– Значит, я должна настаивать на браке с иностранкой? Нет, этого я допустить не могу!

Не выдержав, я вскочила и начала мерить комнату быстрыми шагами.

От окна до кровати, от кровати до окна. Каждый раз, когда я доходила до стены и разворачивалась, мои шаги становились быстрее.

В конце концов я не смогла принять решение и растянулась на кресле. Оно сильно скрипнуло, словно почувствовав мою тревогу.

* * *

Все было так, как и сказал Деон. Какое-то время я не могла покинуть дворец.

Погода была отвратительная. Началась сильная метель, и мои ноги проваливались в снег по колено, когда я шла по саду.

Я боролась со скукой, отсиживаясь в гостевой спальне или в библиотеке. Прошлым летом, когда я застряла во дворце из-за сильного дождя, я так же проводила время среди книг. Единственное отличие состояло в том, что Деон был с делегацией и ни разу не показался мне на глаза.

Лишь через три полных дня после моего прибытия во дворец он пригласил меня на завтрак.

– Еда тебе не по вкусу? – спросил он, когда я медленно положила в рот кусок мяса.

– Вполне по вкусу.

– Но почему у тебя до сих пор такой вид? – спросил он недовольно, как будто ему что-то не понравилось.

– А в чем дело?..

– Тебе нужно набрать вес.

Его взгляд был сосредоточен на моих обнаженных запястьях.

– Не то чтобы это зависело от меня.

Я опустила рукава, чтобы скрыть запястья.

– Хочешь, я поспособствую?

– Нет.

Вероятно, он хочет, чтобы я сидела в императорском дворце и каждый день поглощала блюда от главного повара, рассчитанные порций на двадцать. Я помотала головой.

– Вы все показали делегации? Успешно провели новое собрание? – спросила я, кладя себе на колени салфетку.

– Да.

– Вы приняли решение?

Он сухо ответил:

– Переговоры еще не окончены. Мы на этапе согласования.

Когда он так ответил, область под его глазами слегка потемнела.

– Деон… Что случится, если на поле боя с вами не будет мешка с кровью?

Я снова заговорила о том, что меня беспокоило, и посмотрела Деону в глаза, чтобы он не смог замять тему. По крайней мере он придумает ответ до окончания трапезы.

Похоже, Деон тоже понял, что не сможет укрыться от моего взгляда, и заговорил:

– Лиони, кровь просто дает мне силу монстра. Без нее я могу сражаться, как обычный человек.

– Но это снижает ваши шансы на победу.

Не знаю, насколько хорош он был в фехтовании первоначально, но звание героя войны он заслужил благодаря мешкам с кровью. Без меня он обычный человек. А перед лицом острых клинков и смерти все равны.

Я не знала, куда движется эта история. Теперь, когда все сюжетные ходы уже изменились, я не могла предугадать, останется Деон в живых или умрет.

Большинство историй заканчиваются словами «Они жили долго и счастливо», но никто не знает, что происходит с главным героем после финала. И теперь рядом с ним нет Изеллы.

Если снова разразится война… Сможет ли он благополучно ее завершить? Не было никакой гарантии, что Деон вернется с поля боя.

– Почему ты все время об этом спрашиваешь? Тебе так хочется быть рядом со мной?

– Нет…

– В самом деле?

– Да.

– Но почему мне кажется, что ты этого хочешь?

– Должно быть, вам просто кажется, – сказала я, не вложив в эти слова ни толики эмоций, и сделала глоток напитка.

– Разве ты не проявляла ко мне ответную симпатию?

От этой внезапной реплики я подавилась и закашлялась.

Напиток пошел не в то горло, и я ощутила жжение. Вытерев рот салфеткой, я с трудом успокоила сердце, которое бросилось в пляс.

– Кто вам такое сказал?

– Изелла. Говорит, ты беспокоишься обо мне. Если бы ты действительно хотела оттолкнуть меня и убежать, той ночью ты бы меня задушила, а не пообещала дать мне последний шанс.

Ха! Я коротко фыркнула.

Изелла оказалась разговорчивей, чем я думала. Она была полна амбиций и никогда не юлила перед своим господином. К тому же мы с ней недостаточно близки, чтобы она стала меня покрывать. Я совсем забыла об этом.

– Все в прошлом. Да и вообще симпатия… была в меру, – пробормотала я, сунув вилку в рот.

– Что значит «симпатия в меру»? – настойчиво спросил он. – Ты мне очень симпатична.

Когда он сказал это, моя рука, державшая нож, чуть не остановилась, но я постаралась собрать спокойствие в кулак и крепче сжала пальцы.

– И что же вам так нравится? Моя внешность? Или кровь, которая течет в моих венах? – резко спросила я, но он и мускулом не пошевелил.

– Ну и это тоже.

Я нахмурилась, а он пожал плечами.

– Фраза, что мне нравится твоя кровь, звучит весьма неплохо, не находишь? Ведь она течет по всему твоему телу. В каждом уголке, – сказал он и пристально посмотрел на меня.

Его взгляд защекотал меня. Хотя мы не соприкасались, у меня возникло ощущение, что его глаза скользили по мне.

Я закинула назад выбившиеся волосы. Хоть я и убрала их с внутренней стороны руки, я по-прежнему продолжала ощущать взгляд Деона.

Раньше он без колебаний протянул бы руку и прикоснулся ко мне, но теперь стал весьма терпеливым мужчиной. Деон больше не позволял рукам потянуться ко мне. Как сейчас.

– Лиони, я…

– Анализ крови уже должен быть готов. Если вы планируете взять меня с собой на поле боя, посмотрите его, – решительно перебила его я.

Он послушался и не стал продолжать.

– Хорошо.

Вместо того чтобы говорить со мной, он окинул меня взором своих голубых глаз. Каждый раз, когда он так делал, мое сердце колотилось так сильно, что я не могла его контролировать, но старалась сохранять с Деоном необходимую дистанцию.

Я здорова. Возможно, стареющий придворный лекарь сказал то же самое, о чем твердил уже много лет. Кровь стала чуть