Земля зомби. Справедливость торжествует - Мак Шторм

Впервые с момента пробуждения я улыбнулся, но улыбка быстро сменилась разочарованной гримасой, как только мозг полностью проанализировал увиденное. Не похожи люди на улице на нормальных, а значит они чем-то заражены. Причем, если судить по одежде, то в толпе я заметил немало людей в халатах, а это значит, что медперсонал тоже подвергся заражению.

Добавим сюда то, что происходит в моей палате, и что получаем? Получаем мы очень печальную картину, из которой можно сделать неутешительные выводы. Пока что из всех, кто не заразился и не умер, в больнице один лишь я, а значит те, кто сейчас приближается сюда, разрывая мертвую тишину автоматными выстрелами, вряд ли идут для того, чтобы спасти меня, а вот на всякий случай зачистить вместе с остальными легко могут.

«И, скорее всего, зачистят!» — предательски шептал мой внутренний голос, а разум подсказывал, что это утверждение вовсе не лишено логики. Но не стоит преждевременно делать поспешных выводов, нужно дождаться и посмотреть на людей, которые стреляли где-то в лесу, постепенно приближаясь к больнице.

Я замер у окна, ожидая дальнейшего развития событий. Мне было очень любопытно и страшно одновременно. Дёрганные люди, которые точно были чем-то заражены, вели себя весьма странно. Они брели к забору, не разбирая дороги, напрямую, по сугробам. А те, кто уже успел достигнуть его, бестолково топтались около забора, хотя перелезть через него не составляло труда любому здоровому человеку, ну, может, за исключением пенсионеров, которые и ходить могли с трудом.

В этой толпе больных, как я прозвал их про себя, ходили все одинаково нелепо, подёргиваясь, словно их периодически били слабым разрядом электричества. А все больные, которые достигли забора, вжимались в него, как будто рассчитывали пройти через железные прутья и пойти дальше. Только фокусники из них были херовые, поэтому они скапливались у забора и стояли там, пока те, кто стрелял в лесу, не добрались до больницы.

Толпа стоявших у забора заражённых непонятной болезнью людей была расстреляна буквально за пару минут. Мне показалось, что некоторых из них пули прошивали насквозь, но они продолжали стоять, и падали только после попадания в голову. Это было не реально, я решил, что мне померещилось из-за далекого расстояния и слабости от голода.

Когда столпившиеся у забора зараженные замертво попадали, из леса стали выходить и занимать позиции люди. Вначале они выстроились у забора и перестреляли всех, кто хоть немного шевелился, и только после этого перебрались через забор, грамотно прикрывая друг друга.

Рассмотрев их получше, я сразу понял: это не спасатели….

За время службы я много где успел побывать и всякого повидать. То, что сейчас по двору больницы двигался отряд зачистки из людей, которых обучали только убивать, не вызывало у меня даже малейших сомнений.

Слишком крутая экипировка, слишком слаженные и четкие движения, это явно не ОМОН и не солдаты срочники. Я вообще не смог определить, кто это был, потому что люди, которым отдают негуманные приказы, предпочитают не показывать своих лиц и не носят на форме шевроны.

Бойцы были обличены в одинаковую черную форму, с разгрузочными жилетами поверху. На голове были черные шлема, а лица скрывали маски противогазов с круглыми красными стеклами, которые придавали бойцам зловещий вид. Никаких опознавательных знаков на форме не было, даже погоны у всех были чистыми, ни единой звезды.

Хорошо экипированный отряд, выстроившись в клин, медленно продвигался в сторону больницы, периодически отстреливая заражённых, которые сами выходили к ним на звуки выстрелов.

Мне показалось, что один из них поднял голову и посмотрел на окно, у которого я стоял. Я сразу отшатнулся от подоконника и решил искать укромное место, где можно спрятаться, потому что если эти «спасители» меня найдут, то единственное спасение, которое они могут мне предложить, — это пуля в голову. Что являлось бесспорным решением всех проблем сразу, но я как-то привык решать свои проблемы сам, по мере поступления.

От волнения у меня случился прилив сил, и его следовало использовать максимально продуктивно. В запасе было ещё было немного времени, пока штурмовики войдут в больницу и сперва начнут зачистку нижних этажей.

Ещё раз оглядев разгромленную палату в поисках чего-нибудь полезного, я разочарованно вздохнул и пошел к двери. Открыв дверь, я высунул голову в коридор и осмотрелся. Длинный коридор уходил в обе стороны от двери. От моей палаты он отличался только отсутствием кроватей и окон, зато по беспорядку значительно превосходил её. Даже пару трупов пациентов виднелось на полу среди различного мусора, опрокинутых каталок, разбросанных костылей и инвалидных кресел.

Получалась очень странная картина. Слишком мало было покойников в коридоре и палате. Больница была большая, пациентов должно быть много, но пока что внутри здания я увидел только несколько трупов, в палате и коридоре, и больше никого.

Плохо, что меня доставили сюда в бессознательном состоянии, и я не знаю, что тут происходило. Такое впечатление, что больницу просто эвакуировали, оставив только безнадёжных пациентов, которые позже умерли. Но тогда почему оставили меня, я тоже был безнадежным? Даже если допустить подобное, то всё равно пазл не складывался. Как объяснить сильный беспорядок в палате и коридоре? Это не очень похоже на последствия эвакуации. Но больше всего в эту теорию не вписывалась толпа людей, которых только что расстреляли, пока они, как стадо баранов, стояли у забора.

Выходит, эвакуации не было и это были больные и мед персонал, которые чем-то заразились и потеряли способность к здравомыслию? Это уже больше походило на правду, за исключением одной детали: людей, которые подцепили заразу, обычно лечат, а не расстреливают. Даже душевно больных берут и лечат, зная, что излечить полностью их невозможно в принципе, но можно на некоторое время вернуть к нормальной жизни, пока не случится очередное обострение.

Тогда выходит, что тех, кто заразился этой хренью, уже невозможно вернуть к нормальной жизни! Только так я мог объяснить хладнокровное уничтожение толпы группой зачистки, свидетелем которого я стал. Обычно свидетели повторяют судьбу жертв, поэтому я перестал пытаться найти ответы на вопросы. Сейчас важнее всего забиться в укромный уголок и дождаться, пока ликвидаторы покинут больницу.

Отбросив из головы все ненужные мысли, я распахнул дверь и вышел в коридор. Обходя разбросанные по полу предметы, я старался не шуметь. Не хватало ещё привлечь к себе внимание штурмовиков или зараженных, которые могут находиться внутри больницы. Живот снова громко забурчал, настойчиво требуя пищи. Пришлось пойти у