Ухорез 2 - Василий Горъ

— Как я понимаю, это — тонкий намек на то, что ты могла выбросить меня-любимого в окно? — «злобно» нахмурился я, затем продавил горизонтальный фрагмент воздушной стены под ногами и невольно залюбовался Красовской, дурашливо захлопавшей ресницами:

— В окно⁈ Вас-любимого⁈ Да мне бы такая жуть и в голову не пришла — я представляла кокон -вентилятор…

Я расхохотался и начал мстить: заточил ее тело в многослойный вариант кокона, легонечко подогрел Огнем, на удивление легко приподнял над полом, выложил в горизонталь и создал из Льда сказочный хрустальный гроб. Тут-то Наташа и заверещала:

— Не надо меня хоронить, мой господин! Я вам еще пригожусь…

— Точно-точно? — грозно спросил я, получил чертовски убедительный ответ, вернул «пленницу» на место, убрал все воздействия, переместился на маты и посерьезнел: — Дури в нас стало немерено. И это пугает…

— Пугает? Почему? — спросила она, «возникнув» в метре от меня и сев по-турецки.

— Ты прорвалась в пятый ранг менее, чем за полтора месяца. Да, убивая высокоранговое зверье и систематически перегружая энергетическую систему избыточным количеством мини-мутаций, но поднялась. Значит, этот уровень в принципе достижим для всех остальных жителей планеты. Представляешь, во что превратится наша жизнь после того, как аналогичные возможности обретут десятки миллионов тварей в человеческом обличье?

Красовская выслушала этот монолог как-то уж очень спокойно. А после того, как я замолчал, мягко улыбнулась:

— Олег Леонидович, вы не видите разницы между вашим пятым рангом и всеми остальными. А она есть. И очень глубокая. Возьмем тот же кокон: тот, в который я заключила вас, жрет энергию, как не в себя. Поэтому в комплекте с воздушной стеной, оторвавшей вас от пола, высушил бы мне резерв минуты за три-четыре даже при активированном восполнении. Далее, моя Природа не позволяет создавать трехстихийные коконы, но я порасспрашивала Аню и знаю, что включение третьей стихии в любое заклинание увеличивает затраты энергии почти вдвое. И последнее: шипы, акустический удар и мясорубка тоже увеличивали энергопотребление. Причем настолько сильно, что я бы ни за что на свете не стала применять подобную конструкцию в реальном бою. А вы с легкостью упаковали меня в многослойный кокон, подняли в воздух без какого-либо напряжения и создали ледяной гроб, вероятнее всего, даже не почувствовав оттока. Вывод напрашивается сам собой: десятки миллионов тварей в человеческом обличье, может быть, поднимутся на наш пятый ранг. Но наверняка допрыгаются до смертной казни или лишения Дара задолго до того, как приблизятся к вашему!

— А почему «может быть»? — спросил я, обратив внимание на то, что она выделила это словосочетание интонацией.

Природница пожала плечами:

— Аня сравнивала наши энергетические системы с энергетическими системами тех, кто развивается, не доводя себя до предела мини-мутациями и не вливает энергию посмертных импульсов в нужные кластеры. Так вот, при прочих равных наши ядра почти в полтора раза крупнее, наши магистральные каналы значительно толще, а количество периферийных больше раза в три!

— Сильно… — ошалело пробормотал я. Потом мысленно отметил, что перед тем, как вносить какие-либо правки в труды теоретиков от магии, надо будет разобраться с реальными возможностями среднестатистического мага, и вдумался в следующий монолог Красовской:

— Кстати, о разнице в энергетических системах: информация о том, что ваша кардинально отличается от всех остальных, теоретически может уйти на сторону через Валю. Поэтому, как мне кажется, ее нужно либо приблизить еще сильнее и назначить вашей личной целительницей под предельно жесткую подписку о неразглашении, либо отлучить от вашего тела раз и навсегда.

Совет был толковым. Особенно в свете наблюдений Лосевой. Но мне захотелось выяснить мотивы Природницы. Вот я и задал ей вопрос на засыпку:

— Наташ, а какой вариант, по твоему мнению, должен выбрать я?

Женщина грустно усмехнулась:

— Олег Леонидович, Валя мне нравится. И я почти уверена в том, что она вас не подведет. Но жизнь, увы, долгая и, бывает, меняет людей не в лучшую сторону. Поэтому давать подобные советы — дело неблагодарное. Кстати, будь у меня хоть какая-то возможность «взять» еще и Жизнь, предложила бы на место вашей личной целительницы себя: я, в отличие от Филимоновой, уже сформировалась, как личность, точно знаю, что меня ждет за пределами ваших владений, не поведусь ни на красивые глазки, ни на заманчивые обещания и уже служу вам не за страх, не за совесть, а по внутренней потребности. Так что гарантированно не выболтаю ни одной вашей тайны.

«Интересный ответ…» — подумал я, почувствовал вибрацию телефона, лежавшего рядом, кинул взгляд на экран и принял вызов командира дежурной смены:

— Доброе утро, Иван Борисович. Открылся очередной портал?

— Доброе утро, Олег Леонидович… — отозвался он. — Никак нет: к нашему шлагбауму у моста через Енисей только что подъехал кортеж Белоярского епархиального архиерея высокопреосвященнейшего митрополита Симеона…

Глава 37

4 ноября 996 г. от ВР.

…Крестили меня то ли в год, то ли в полтора, и с тех пор я не переступал порога ни одной церкви. Тем не менее, за время жизни в Енисейске не один десяток раз слышал истории, так или иначе описывавшие непростой характер митрополита Симеона. Да, привычно делил каждую на тридцать два, ибо знал, как работает сарафанное радио, но даже после этого не делал никакие выводы за ненадобностью — мы с этим архиереем жили в разных мирах и, по логике, не должны были пересечься.

Не стал наводить о нем справки и во время перелета к «дальнему КПП», решив, что составлю впечатление об этом госте сам. Вот и начал удивляться с того момента, как увидел «кортеж» — видавший виды внедорожник «Зубр» и потрепанный бронированный «Таран» с автоматическим пулеметом на крыше. Пока сажал «Икар», искал следы других машин, но их не было. А после того, как спустился по трапу квадрокоптера, направился к этим двум автомобилям и наткнулся взглядом на главу Белоярской епархии Русской Православной Церкви, не поверил своим глазам. Почему? Да потому, что он оказался облачен в волчью шубу поверх обычной черной рясы и носил на груди простенький крест без единого драгоценного камня!

Кстати, мне понравилось и лицо: да, священнослужитель носил бороду, но взгляд из-под седых бровей ощущался не тяжелым и не высокомерным, а спокойным, пухлыми щеками и вторым