Ухорез 3 - Василий Горъ

она восхищенно охнула и весело заявила, что переезжает жить в бассейн. После того, как мы его переплыли, гордо заявила, что вся подводная полка на этой стороне — зона гидромассажа, и объяснила, как его включать и как выбирать режимы. А через полчасика, наплававшись и нанырявшись, улеглась на эту полку, подождала, пока целительница устроится рядом с ней, и легонечко ущипнула ее за бок:

— Это наказание. За то, что ты сняла покров не сразу… А если серьезно, то мне безумно приятно, что вы, девчат, верите моему сыну и не пытаетесь от него ни «закрываться», ни шарахаться…

— Я просто не сразу сообразила, что скольжение в воде без покрова будет доставлять еще более яркое удовольствие… — призналась Аня, устраиваясь поудобнее. — Зато теперь млею от наслаждения. А сомнения в порядочности Олега Леонидовича умерли еще до переезда в эту усадьбу.

— А что скажешь ты, Наташ? — лукаво поинтересовалась матушка.

— Ничего… — спокойно ответила моя помощница. — Я отдыхаю с семьей. И мне настолько хорошо, что вы не можете этого не видеть. Кстати, об отдыхе — в парилку пойдем? Я бы с удовольствием расслабилась еще и так.

Ответ не заставил себя ждать:

— Пойдем, конечно: в наших владениях в кои-то веки нет ни порталов, ни гостей, ни посторонних, а одна из свободных смен улетела в увольнение…

…Упарились мы вусмерть. Кроме того, проверили в деле гидромассаж, поэкспериментировали с системой поляризации остекления, подобрали два особо уютных варианта освещения, настроили ИРЦ и послушали музыку. Да, заигрались по полной программе, из-за чего трижды сдвигали время обеда, но он мог и подождать, а испытываемое удовольствие — нет. В общем, оголодали — жуть. Поэтому, ворвавшись в логово Марии Тарасовны аж в начале пятого, попадали в кресла, вытребовали полуторные порции «всего и вся», получили, уничтожили и осоловели. Да так, что матушка с Аней еле нашли в себе силы встать, поблагодарить Жарову и уплестись в свои спальни.

Я, собственно, лелеял аналогичные планы. Однако сообщение Наташи, упавшее в личный канал, заставило их переиграть:

«Мой господин, может, возьмем пледы, вернемся в бассейн и завалимся на наш лежак? Мне было настолько хорошо, что я хочу еще…»

Заглянули к ней, вооружились пледами и прогулялись по на удивление тихому поместью. Добравшись до облюбованного лежака, сели, «завели» еле слышным фоном инструментальную музыку, практически убрали освещение, чуть-чуть высветлили стены, легли и бездумно уставились на заснеженный лес. А через какое-то время мне захотелось поделиться… даже не мыслями, а ощущениями:

— Знаешь, пока мы парились, плавали и расслаблялись на лежаках, часть моего сознания радовалась отсутствию Вали и Вари. Девчонки они неплохие, тянутся к нам и еще ни разу не разочаровывали, но я боюсь, что в парилке или в воде они могут повести себя как-нибудь не так. И что их зажатость или не те реакции на меня не только отравят отдых и оставят неприятное послевкусие, но и запомнятся.

— Я тоже об этом задумывалась… — негромко призналась Наташа. — Но в какой-то момент сообразила, что ваша матушка ни за что на свете не позволила бы кому бы то ни было испортить праздник, который она готовила для вас. Так что весь отдых, включая отсутствие девчонок, наверняка был срежиссирован. Кстати, засомневайся Анастасия Юрьевна во мне и Ане, вы расслаблялись бы вдвоем. Чтобы вы получили удовольствие без «шероховатостей», и первое впечатление получилось именно таким, каким задумывалось. Кстати, эта догадка очень здорово подняла мою самооценку.

— А ее требовалось поднимать? — «удивился» я, мысленно согласившись с ее выводами. — Тебе, моему личному раритету?

Она насмешливо фыркнула:

— Ваш личный раритет наслаждается службой только потому, что ваша матушка считает его помыслы кристально чистыми: увидь она во мне хотя бы тень расчета, прибила бы на месте. И это правильно: если любить, то именно так. То есть, самоотверженно и беззаветно.

Я мысленно согласился и с этими выкладками. Тем не менее, задал один уточняющий вопрос:

— Говоря иными словами, ты считаешь, что сдала ей очередной экзамен?

— Ага… — спокойно кивнула она и уставилась на мой телефон, решивший «ожить».

Я посмотрел на фотографию «доблестной защитницы», отогнал мысль о том, что звонить мне может и наша общая бабка, принял вызов, вывел звук на внешний динамик и поздоровался:

— Привет, Танюш! Сто лет тебя не слышал! Как твое ничего?

— Привет, братик! — радостно выдохнула девчушка.

— Мое ничего более-менее ничего. Зато Дашкино цветет и пахнет: вчера вечером она отпросилась в гости к однокласснице, но уехала по вызову СОПП, всю ночь валила зверье первого-второго класса опасности где-то на северо-западе, взяла два уровня и заработала первые баллы личного рейтинга, вот!

— Как я понимаю, ты ею страшно гордишься? — с улыбкой спросил я.

— А то: Дашка круче всех ныне живущих Державиных, за исключением, разве что, Петьки и меня…

Глава 37

27 ноября 996 г. от ВР.

…После спокойной, «теплой» и «домашней» субботы, подарившей море удовольствия, должно было настать не менее приятное воскресенье. Ан нет: в четыре десять утра дежурный дроновод усадьбы обнаружил стаю «чертей», рвавшую тушу нашего, земного, оленя, провел «птичку» над их следами и нашел голубой портал; в четыре пятьдесят две на еще один голубой портал наткнулся дрон из Восточного, а в пять двадцать четыре в той же части моих владений открылся зеленый. Причем в какой-то сотне метров от ловушки.

Что самое «веселое», из всех трех перло зверье пятого класса опасности, и достаточно плотно, поэтому командир дежурной смены разбудил меня, а я поднял весь остальной народ, отправил матушку и Аню в наш бункер, а сам на пару с Наташей быстренько перевез тревожную группу в Форт и приказал народу усиливаться по двое. Благо, к этому времени пользоваться системами вооружения научились первые номера всех боевых двоек.

Кстати, матушка доверила пульт управления пятнадцатилетнему Веньке Яшину,

попросила Леву Комлева пригонять ей по паре «чертей» и в компании с любимой целительницей принялась уничтожать этих страхолюдин магией. Благо, на восьмом ранге они убивались без особых превозмоганий. Поэтому я не мешал и даже не страховал. Точно зная, что, в случае чего, родительница попросит помощи у Вениамина, а тот достойно отстреляется из «Кипарисов». Вот и расслабился. После того, как загнал «Икар» в ангар и убедился в том,