Алхимик 1-9 - Роман Романович

Чувствую, что криво сказал. Это всё от неуверенности. Начнись драка и беспокойство исчезнет, но вести эти диалоги, в которых могут скрываться сотни смыслов, нервирует больше, чем схватка с пауком и ночная перестрелка в лесу.

Князь сначала недовольно нахмурился и я понял, что перегнул палку. Но потом его лицо расслабилось, он усмехнулся и сказал прямо.

— Будем считать это провинциальной непосредственностью. У твоей семьи остались накопления. Также твоя семья владела землей и предприятием. Так уж сложилось, что земля перешла ко мне во владение. Ты понимаешь, насколько важно владеть землей для аристократа?

— Предположу, что очень важно.

— Именно так. Я верну тебе землю. Тебя это удивляет?

— Я не понимаю, откуда такая щедрость.

— На то несколько причин. Назову тебе две. Первая — ты нам уже помог. Вторая — мне нужны преданные, талантливые молодые люди.

— Вы предлагаете мне службу? — удивился я ещё больше.

— Нет. Пока нет, — улыбнулся князь. — Учись, набирайся опыта. Чтобы твоё обучение не было ограниченным, будешь учиться на два института.

— Но…

— Легко не будет. Часть предметов пересекается, но побегать всё равно придется. Если ты хотя бы наполовину настолько же талантлив, как о тебе говорят, то проблем это не вызовет. Больших проблем. — уточнил он, глядя мне в глаза. А взгляд у него тяжелый, такой, что приковывает к полу, — В старшем московском пойдешь на факультет управления. Ты ведь последний наследник рода, на тебе лежит большая ответственность. В московском государственном сам выберешь факультет после первого года обучения.

— Но зачем? — всё же вставил я вопрос.

— Не все довольны созданием нового института, — ответил, как мне показалось, откровенно князь. — Я надеюсь, что ты, как представитель двух сословий, сгладишь некоторые углы. Что касается службы… — посмотрел он на меня пристально, — Прояви себя. Докажи, что ты и правда талантлив. Учись, заяви о себе, устройся в городе. Изучи этикет.

Если вы никогда не видели, как усмехается медведь в теле человека, то и не видьте. Ваша психика от этого только целее будет.

— А там посмотрим.

Это посмотрим прозвучало, как непонятное обещание. По многим причинам непонятное. Князь не предлагал ничего конкретного. Но нужна ли здесь конкретика? Я попробовал поставить себя на его место и прочувствовать логику сказанного. Первое, что приходило на ум — князь решил сделать почти ничего ему не стоящий благородный жест, чтобы… Ну, я не скажу, чтобы прямо меня на крючок подсадить, но заложить фундамент для хороших отношений — почему бы и нет? Я отдаю себе отчет, что слишком маленькая сошка для него и мы встретились скорее случайно, чем закономерно. Не благодаря моим заслугам, а благодаря проделкам Коршуновых. Но никто ведь не говорит, что князь так только со мной поступает. Это ведь разумная политика, поощрять тех, кто полезен и наказывать тех, кто мешает.

— Тогда мне остаётся только поблагодарить милость князя, — склонил я неловко голову, никогда этого раньше не делая.

— Можешь идти, — князь отвернулся и отошёл обратно к окну.

Из зала меня вывел Игнат. Он же провёл в другой кабинет, где указал садиться на стул. На столе уже ждали бумаги.

— Держи и изучай. Это счета и куда тебе надо обратиться, чтобы получить доступ к семейным накоплениям. Вопросы уже улажены, так что иди смело. Это твои новые документы. Настоящие, — тут он оскалился, ничуть не добрее, чем князь минутой назад, — Здесь документы на землю. Надеюсь, ты этим распорядишься подобающе.

— А что с институтом?

— А что с ним?

— Мне куда идти?

— Загляни в канцелярию, там дальше получишь инструкции. Ещё вопросы? — спросил так, что и дураку ясно, что не надо позволять себе больше того, что и так позволил.

— Нет вопросов.

— Я тебя выпущу в городе. Не надо пока никому знать, что ты был у князя. Дорогу-то найдешь?

— Разберусь как-нибудь.

— Твои вещи там, — указал он мне за спину.

Я повернулся и правда увидел свои вещи.

— Там больше, чем у меня было.

— Я добавил тебе пару костюмов. Или ты собираешься показаться перед аристократами в этом? — хмыкнул он, — Не самая разумная идея. Первым делом найди себе мастера этикета. Чем раньше это сделаешь, тем меньше бед навлечешь на свою голову.

— Спасибо за совет. За всё спасибо.

— Иди уже, — отмахнулся старик.

Вскоре я оказался в какой-то подворотне, недалеко от оживленных улиц.

* * *

— Не слишком ли щедро ты обошёлся с пацаном? — спросил Игнат, когда они оказались с князем вдвоем.

— Ты ведь знаешь, что аристократы недовольны новыми реформами, которые я продвигаю. — ответил мужчина, — А так я показал, что могу быть и добрым. Или ты предпочел бы, чтобы все подумали, какой я мелочный?

— По всем правилам, земли ты мог оставить себе. Как трофей.

— Верно. Но что мне с той земли? А так я подсоблю мальчишке. Если он и правда пробивной, то через десяток лет получим верного вассала.

— Мало кто умеет помнить добро.

— Так мы напомним, если что.

— Как скажешь, — закрыл тему Игнат, — А что с Коршуновым?

— Самому интересное будет, когда они пересекутся.

— Как бы чего плохого не вышло. Но если Соколов прихлопнет Коршунова, я не буду против.

— Никто против не будет. Кстати, что-то мне не нравится история с этим Романом. Изучите лабораторию, проверьте там всё. А потом парня за шкирку и на допрос. Почему-то мне всё больше кажется, что знает он гораздо больше, чем сказал нам. — недовольно свёл брови князь.

— Сделаем, — пообещал Игнат.

Глава 5. Новая жизнь

Оказавшись в переулке, я испытал смешанные чувства. Вроде как цель достигнута. Я теперь аристократ. Ещё и деньги какие-то появились, родовую землю вернули. Честно — я очень рад. Словно какой-то камень с души упал и я исправил часть ущерба, который нанесли нам Коршуновы. Нам — это Соколовым, которых я пусть и знал мало, но они у меня прочно ассоциировались с семьей. С первой семьей, от которой я видел тепло, любовь и заботу. Для беглеца из умирающего мира это дороже любого золота.

В то же время я чувствовал замешательство, не зная, что делать со всем тем, что мне выдали. Ехать в банк? Да я даже не знаю, где он находится. Как и не знаю, что за земля, где она расположена, что даёт и какие возможности открывает. Но это всё ерунда, разберусь как-нибудь.

Мой внутренний раздрай больше обусловлен общением с князем и его людьми. Впервые я испытал ощущение, когда нахожусь полностью в чужой власти и