"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 - Артемий Скабер

Печатную машинку сбросили на пол — металлические детали разлетелись во все стороны. Шкаф с делами разнесли вдребезги — папки, документы, фотографии потерпевших усыпали помещение разноцветным конфетти.

«Хорошо работают, — думал я, наблюдая за погромом. — Профессионально, с душой. Даже жалко, что спящие это не оценят. Хотя почему? Оценят, когда проснутся».

В кабинете начальника участка паучки проявили особое усердие. Массивный дубовый стол не просто перевернули — разломали на части. Портреты со стен посбивали, стёкла разбили. Теперь император и остальные смотрели на мир с треснувших рамок.

Сейф попытались вскрыть, но ничего не вышло. Зато украсили его паутиной — пусть эксперты потом гадают, откуда взялись столь необычные следы.

Архив превратили в руины античной библиотеки. Полки с документами валялись грудами, бумаги перемешались в кучу. Карточки из картотеки рассыпали по полу — теперь вся система учёта пошла к чертям.

«Интересно, — размышлял я, — сколько времени им понадобится, чтобы восстановить порядок? Недели две минимум. А может, и месяц».

Особенно постарались в подвале. Получилось так, будто кто-то устроил массовый побег. Следы борьбы, разрушения, хаос — идеальное прикрытие для исчезновения девушки. Один паучок даже умудрился добраться до служебного туалета и устроил там локальный потоп. Краны сломал, трубы погнул — вода лилась на пол, заливая коридор. К утру здесь будет болото.

В общем, постарались от души. Теперь у жандармов будет полный комплект проблем: массовый побег заключённых, разгром участка, испорченные документы, сломанная мебель и разрушенная система. На фоне такого кошмара исчезновение одной девушки затеряется.

— Хорошая работа, — похвалил паучков. — Теперь возвращайтесь.

Монстры послушно приблизились ко мне и переместились в пространственное кольцо. Я остался один среди руин некогда образцового участка.

Вернулся в допросную и лёг на пол. Изобразил себя спящим, как и все остальные. По моим расчётам, первыми придут в себя заключённые в камерах. Там дверь открыта, быстрее проветрится.

Камеры открытыми я оставил, так что рванут на свободу. У жандармов появится занятие — снова ловить преступников. Ещё и мотив есть: кто-то освободил своего подельника и устроил диверсию. А девушка… Ну, она со всеми рванула. Или вообще её похитили во время хаоса. Идеально.

Холодно лежать на каменном полу. Но чего не сделаешь для убедительности? Закрыл глаза, расслабил мышцы, замедлил дыхание. Если кто проснётся раньше времени — должен выглядеть как пострадавший, а не как организатор.

Спустя полчаса жандармы стали приходить в себя. Сначала послышались отдельные стоны и вздохи. Кто-то пытался понять, где находится и что происходит. Потом начался настоящий хаос. Заорали:

— Тревога! Всем проснуться! Нападение!

Крики, суматоха, команды, приказы полетели из каждого угла. Люди просыпались и не могли понять, что произошло. Судя по звукам, кто-то пытался встать, падал, снова поднимался. Голоса смешивались в какофонию:

— Что случилось?

— Где все документы?

— Кто разнёс участок?

— Проверить камеры!

— Вызвать подкрепление!

Тут же объявили чрезвычайное положение в участке. Снаряжали людей и машины, вызывали дополнительные силы. Кто-то бегал с фонарём, пытаясь оценить масштабы разрушений. Другие проверяли, все ли сотрудники живы.

Начальник участка проснулся в своём разгромленном кабинете и начал материться на трёх языках. Его вопли слышались даже в допросной. Хотя ничего удивительного, он вещал через громкую связь.

— Караул! — орал мужик. — Диверсия! Саботаж! Головы полетят!

Видимо, кто-то проверил камеры в подвале и обнаружил массовый побег. Крики усилились в разы.

— Все заключённые сбежали!

— Камеры взломаны!

— Замки открыты!

— Следы неизвестных животных!

А вот и ко мне пришли.

— Капитан? — спросил жандарм, тряся за плечо. — Где Дрозд?

Мужик был молодой, лет двадцати пяти, с перепуганными глазами. Форма помялась, фуражка съехала набок.

— А? — моргал он, изображая только что проснувшегося человека. — Что? Кто? Где я? Что происходит? На каком основании вы задержали графа?

Нужно было видеть лицо сержанта и его шок. Парень открыл рот, закрыл, снова открыл. Явно не знал, как реагировать на возмущённого аристократа. Вскочил с пола, отряхнул пиджак.

— Руки убрал, пока я тебе их не сломал! — грозно заявил я, отстраняя жандарма.

Прошёл мимо него к двери. В коридоре царил полный хаос — люди бегали туда-сюда, кричали, пытались понять масштабы катастрофы. Кто-то тащил вёдра с водой — видимо, обнаружили потоп в туалете.

Меня попытались задержать двое жандармов из коридора.

— Стойте! — крикнул один. — Вы не можете просто уйти!

— Пошли вон! — рявкнул я, доставая документы. — Вот мои бумаги. Я Магинский, капитан и земельный граф! Что за бардак тут творится? Позор… И я ещё хотел с вами сотрудничать. Идиоты! — голос поставил командный, властный.Размахивал военным билетом как знаменем. — Приехал по вашему же приглашению! — продолжал негодовать. — Хотел дать показания, сотрудничать со следствием! А вы что? Заперли в допросной и сами все уснули! Что это за работа? Бедлам. Буду жаловаться!

Жандармы растерялись. С одной стороны — граф и капитан, человек высокого положения, с другой — обстоятельства крайне подозрительные. Но документы в порядке, претензий формально никаких. Я спал со всеми.

— Следователь исчез! — выпалил один из них. — Капитан Дрозд пропал!

— А я-то тут при чём? — развёл руками. — Сидел в допросной, ждал, когда со мной работать начнут. Потом что-то странное произошло, я заснул. Проснулся — кругом разгром.

Логика железная. Если граф пришёл добровольно, дал показания, ждал следователя, какие к нему претензии? Наоборот, он пострадавший.

— Может, это Дрозд устроил диверсию? — предположил я. — Освободил подельников и скрылся? Проверьте его связи, контакты!

Жандармы переглянулись. Версия звучала правдоподобно: капитан вполне мог оказаться предателем.

— Где вы были, когда началось? — спросил старший.

— В допросной сидел! — возмутился я. — Ждал, когда ваш Дрозд соизволит прийти! Потом начал дремать и… проснулся от криков.

Мешать мне никто больше не стал. Я сделал вид крайне разозлённого аристократа, которого подвели казённые служащие. Направился к выходу, возмущённо бормоча себе под нос:

— Приехал по доброй воле… хотел помочь следствию… а они спят на рабочем месте… безобразие… пожалуюсь в министерство…

У выхода стояла толпа любопытных. Я вышел на улицу, где меня тут же подхватили двое моих наблюдателей. Они выглядели растерянными — видимо, не знали, что делать в такой ситуации.

— Чего вам? — спросил, продолжая изображать возмущение.

— Как же… — смутился один из них. — Это…