Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

Катарина заботливо усадила прабабку в глубокое кресло, забрала из её дрожащих пальцев клюку, поставила рядом. Рамиз встал за креслом старухи, попеременно бледнея и краснея. Он мял в руках алый берет и не явно не знал, куда девать руки.

— Чай или вино, бабушка? — крикнула девушка в самое ухо.

— Што ш ты не предштавишь меня крашавщику, Рина? — кокетливо ухмыльнулась старуха, обнажив отсутствие зубов. — Такая вертихвоштка, шударь мой.

— Это принц Дезирэ, бабушка!

— Прынш?

Престарелая кокетка провела под носом морщинистым пальцем с пожелтелым когтем. Затем жеманно опёрлась о локоток и вздохнула.

— Чай или вино?

— Вина мне и прыншу. Мы выпьем на брушершафт. А ты… иди, иди, Рина, дошенька…

Дезирэ замутило. Он резко поднялся.

— Я оставлю вас, — сообщил сухо, — прослежу, чтобы мои люди не испортили чего-нибудь по неосторожности. От всей души желаю, чтобы принц Марион не обнаружился в вашем доме. Даже боюсь представить, какие будут последствия…

— Куда? Куда он пошшёл? — заволновалась карга.

Младший сын короля стремительно покинул гостиную. «На всех уродцев и стариков стоило бы спустить свору собак, — подумал, передёргивая плечами. — Тошнотворное зрелище». Память подсунула образ нежных пальчиков Катарины, заботливо придерживающих бабулю за руку и горб, и принца чуть не вырвало от омерзения.

— Отвратительно! — прошипел он.

И вдруг подумал, как было бы весело женить Рамиза на мужелюбивой Элен. Хихикнул, и немного полегчало…

Когда, спустя полчаса, простившись с очаровательной хозяйкой, той, что помоложе, Дезирэ вскочил на коня и бросил молчаливой свите:

— Возвращаемся, — ему пришла новая мысль. Пожалуй, поиск стоило начать с другого конца. А ещё… Не наступил ли уже тот самый долгожданный момент?

Подъехав к городским воротам, у которых уже начал собираться народ, принц велел снова подозвать к себе коменданта. Дезирэ был уже изрядно зол из-за собственной неудачи, даже прекратившийся перед рассветом дождь не радовал. Коротко распорядившись досматривать всех выезжающих, младший сын короля вонзил шпоры в бока коня, бросая его в галоп.

— Ладно, — процедил, когда скакуны миновали повозки и подводы, ожидающие часа въезда в город. — Ладно, Марион. Этот раунд — твой. Но ты всё равно проиграл. Положим, заяц обманул гончую. Но сети ему не миновать.

* * *

Спустя часа четыре из города выехала повозка золотаря с двумя огромными бочками нечистот. Плешивая лошадёнка понуро тащила тяжёлую вонючую ношу. Сам Ганс, золотарь, дремал в телеге, свесив багровую испитую рожу на грудь и мерно покачиваясь в такт. Рубаха на его груди была развязана и ржавела подозрительными пятнами. Плохо зашнурованный гульфик на штанах топорщился, грозясь в любой момент лишить невинности очи девственниц, ежели, конечно, таковые встретятся на безлюдной дороге.

Ещё полтора часа спустя, довольно изрядно отъехав от Маленького Замка, лошадёнка привычно повернула налево по землистой тропинке в лес. А ещё через полчаса остановилась, дёрнула хвостом, отгоняя мух не из надежды избавиться от них, а скорее по той причине, что хвост у неё имелся в наличии и надо же было его куда-то употреблять, и потянулась чёрными губами к свежей травке. Золотарь, словно почувствовать её желание, очнулся от пьяных грёз, почесался, слез с козел, взобрался на повозку и сбросил одну из бочек прямо на дорогу. Ветхие обручи раскололись, фальшивое дно покатилось в овраг, разбрызгивая нечто жидкое и отвратительное, а молодой человек, прятавшийся в бочке под этим ложным дном, вскочил и принялся жадно глотать воздух распахнутым ртом, пуча налившиеся кровью карие глаза. Золотарь посмотрел на него мутным взглядом.

— Вот такая жизня, — вздохнул и снова почесал кнутовищем между лопаток. — Запашок-то он, конечно, есть, Ваша милость. Зато завсегда с медяком. Работка нужная. Востребованная работёнка-то.

Глава 23

Секрет Дезирэ

Синди спустилась в обеденный зал, пряча руки в складках пышного платья и от всей души надеясь, что оно скроет их дрожь. Ей было страшно. Марион куда-то исчез. Его не было уже второй день. Правда, вчера, ближе к вечеру, голубь от Кары принёс записку: «Не волнуйся. Он у меня. Утром будет твой. Весь». Конечно, осторожная Кара не указала имён и… и в случае чего можно было бы откреститься, заявив, что речь о какой-нибудь ерунде, но… Золушка боялась. До трясучки боялась.

Марион ей нравился. Правда. Он был красивый и заботливый. Ну то есть… Девушка не знала, его забота — это следствие волшебства или свойство характера, но Кара утверждала, что средний принц добр, и у Синди не было причин ей не верить. С ним она чувствовала себя в безопасности даже в этом странном, огромном дворце, полном шепчущихся людей. Но сейчас Мариона не было, и это было непонятно и страшно.

Король вошёл последним, ведя под руку гостью — королеву соседней Эрталии, кивнул пол сотне именитых лиц, из которых Золушка знала едва ли с десяток. Позади него плелась королева Юта, отчего-то бледная и заплаканная.

— Доброе день, любезные мои, — Андриан уселся на кресло с высокой спинкой, расправил мантию и провёл пальцем там, где могли бы быть усы, словно стирая злую усмешку. — Приступим, пожалуй.

И в упор взглянул на будущую невестку.

Золушка боялась предполагаемого свёкра. До дрожи в щиколотках, до кома в горле, до слёз, наворачивающихся на глаза. Вот вроде и весёлый, и смеётся, а только от его шуточек совсем-совсем не смешно. Никому, не только ей. Хотя все улыбаются и стараются показать вид, что…

— Ты что-то бледна, доченька, — вдруг обратился к ней король, насмешливо поблёскивая глазами. — Я же могу называть тебя так, раз уж мой сын на тебе женится? А?

Надо было что-то ответить, но Синди совершенно потерялась и не знала, что. Вместо неё неожиданно ответила Белоснежка:

— Полагаю, Ваше величество, запретить вам исполнить своё желание не может никто, — мило улыбнулась синеглазая красавица и наколола на вилочку кусочек осьминожьего щупальца.

Андриан довольно захихикал.

Двери распахнулись, и в зал чётким шагом вошёл принц Дезирэ. Золушка невольно вздрогнула. Сердце заколотилось перепуганным кроликом.

— Мой король, — Синди не видела вошедшего, так как сидела спиной к входу, но ощутила всеми мурашками, как тот снял берет и поклонился, — приветствую вас.

— Ты опоздал мой друг, опоздал. А где же твой брат, а? А, Дезирэ? Надеюсь, у тебя была веская причина для опоздания, друг мой?

Почему? Почему от добродушности его тарахтения так жутко?

— Простите меня, государь, — Дезирэ прошёл вперёд, остановился рядом со стулом Белоснежки, поклонился и прикоснулся губами к подставленным ему тонким пальчикам. — Боюсь, что