Гувернантка для двух забияк - Юлия Зимина

— Вот! — фыркнула графиня. — Видите, миссис Йорк! Они как стадо коз, прыгающих и совершенно не соблюдающих правил этикета! Кричат, визжат и совершенно не реагируют на замечания!

ЛиЛу неосознанно шагнули ближе ко мне, а я незамедлительно поспешила обнять их за плечи, настороженно смотря на гостей, так нагло ввалившихся в комнату и бессовестно обсуждающих детей, которые находились прямо перед ними.

— М-да-а, — заключила, так называемая миссис Йорк. — Чувствую, что совсем скоро мне стоит ждать их у себя. Дом магиков перевоспитывает любых детей, даже таких, как они…

9. Ядовитые речи

Настя

— А чему вы удивляетесь? — фыркнула графиня, бросая брезгливый взгляд на Лиару и Лусию, словно они для нее нечто омерзительное. — У них родители пьяницы!

— Неправда! — злобно выкрикнула Лиара, намереваясь сделать шаг вперед, но я не дала ей, сильнее сжимая плечо.

— Видите? — хмыкнула графиня, довольная реакцией девочки. — Видите, миссис Йорк, как она себя ведет?

«Ах ты, гусеничная пакость! Намеренно выводишь близняшек на эмоции? Хочешь показать всем, что они злобные фурии, которые не умеют держать себя в руках? Ну что ж ты за гадина такая?!»

— Да, вижу, — вздохнула дама в платье цвета отходов жизнедеятельности организма. — И лишний раз убеждаюсь, что затягивать с переселением в дом магиков нельзя. С каждым днем их воспитание будет хромать все больше и все труднее будет сделать из них более-менее нормальных…

— Простите! — не выдержала я, не собираясь больше молчать и терпеть, пока девочек мешают с грязью.

— А это?.. — перебила Йорк, смещая на меня взгляд.

— Ах, это, — махнула рукой графиня, словно я грязь под ногтями дворовой собаки. — Это их гувернантка, — фыркнула невеста герцога.

— М-да-а, — гнусаво протянула мадам. — А что вы хотели от детей, если у них такая бестолковая гувернантка! Милочка! — обратилась она ко мне, морщась. — Когда леди говорят, слуги стоят и помалкивают в тряпочку! Я ясно выразилась?

— Ясно! — кивнула, не сводя с нее горящего яростью взгляда. — Конечно ясно!

— Ну хоть не столь безнадежна, какой кажется, — фыркнула Йорк. — Глаза отведи! Ты знакома с правилами этикета, дорогуша?!

— Знакома! — сверкнула я яростью во взгляде.

— Отлично! — махнула рукой графиня. — А теперь пошла вон! Дети останутся с нами!

— Ну уж нет! — выпалила я, не собираясь оставлять малышек с этими двумя личностями сомнительной наружности.

— Что?! — возмущенно ахнула Йорк, обмахивая себя веером цветом своего платья.

— Пошла вон, я тебе сказала! — зашипела графиня.

— Я — гувернантка девочек, — произнесла спокойным тоном, понимая, что грубость и крики только навредят мне, — моя работа быть рядом с ними! И мне не положено оставлять их наедине с чужаками!

Ну а что? Пусть скажут, что я не права! Графиня детям никто! А это Йорк и подавно! И черт знает, что они задумали говорить им здесь наедине или же, не дай бог, какую гадость решили сделать!

— Я будущая хозяйка этого дома, — кипела от ярости графиня. — Пошла вон, сказала тебе!

— Простите, но нет! — произнесла вновь.

— Еще не факт, что станешь настоящей, — прошептала Лиара, и на ее счастье охваченная гневом невеста герцога не расслышала этих слов.

— Что ты там бормочешь, бедная сиротка? — едко выплюнула она, испепеляя взглядом Лиару.

«Как же ты прогнила насквозь! Разве можно так издеваться над детьми?!»

— Зачем вы так? — вклинилась я, задвигая их себе за спину.

— Да кто ты такая, чтобы указывать мне? — шипела графиня.

— Ее точно нужно уволить, — сделала свое заключение Йорк. — Причем как можно скорее!

— Нет! — выпалила Лиара, выскакивая из-за моей спины. — Айрин останется с нами!

— Лиара, — зашептала я, понимая, что в самое ближайшее время нужно рассказать им чего именно добивается графиня. — Иди сюда…

— Айрин не в состоянии научить вас даже самому банальному приветствию! — повысила голос Йорк. — При моем появлении вы должны были склонить головы и держать свои рты на замке!

— А я говорила, что здесь им не место! — поддакивала графиня. — Говорила, что они еще не готовы выходить в высший свет! Теперь-то вы понимаете, миссис Йорк, что если король решит посетить нас на помолвке, то мы будем опозорены до скончания веков!

«Так помолвки еще не было? — выхватила я очень важную информацию из всего сказанного. — Тогда она на данный момент вообще здесь никто!»

— Я сама поговорю с герцогом! — важно вещала поганка в коричневом платье. — Расскажу, что увидела и как ко мне маленькие невежи неуважительно отнеслись! Одно точно знаю, что вот эту особу, — она сделала кислое лицо, посмотрев на меня, — с детьми оставлять нельзя! Она только портит их, опуская до уровня неандертальца!

Таких оскорблений в свой адрес я еще никогда не слышала. Дети для меня все! Я дышу ими! Живу ими! Ради них готова пожертвовать собой! И сейчас меня пытаются обвинить в том, что являлось неправдой.

— Поговорите, — закивала довольно графиня. — Думаю, что к вам он точно прислушается!

— Дядя нас любит! — едва ли не плача прокричала Лусия.

— Бедняжечка моя, — оскалилась графиня. — Пойми, любить он будет только своих родных детей! А вы для него всего лишь дальние родственницы, которых он благородно взял под свое крыло…

10. Она им никто!

Эртан

— Господин, — в дверях показалась служанка, — обед готов. Позволите подавать?

— Да, — кивнул я, — будь любезна.

Отложив бумаги в сторону, поднялся из-за стола, направляясь на выход.

Племянницы, как правило, принимали пищу либо у себя в комнате, либо в садовой беседке, если погода позволяла. Я догадывался, что их нежелание сидеть с нами за одним столом связано с присутствием Оливии и очень надеялся, что бунт осиротевших близняшек со временем утихнет.

Что поделать, не любили они ее. Вечно пытались разозлить и вывести из себя, а Оливия, словно маленькая, поддавалась на их уловки, вереща на всю округу и временами своим визгом доводя меня до белого каления.

Не нравились мне крики, как и громкие шумы, поэтому балы и подобные им мероприятия старался пропускать, ссылаясь на свою загруженность, связанную с титулом и долгом перед государством.

Уже подходя к обеденной зале, услышал чужой голос. Не стал оттягивать, толкая двери, которые незамедлительно поспешили распахнуться, являя мою будущую супругу в обществе незнакомой дамы, по внешности напоминающей надзирательницу.

— Дорогой, — при виде меня Оливия вскочила со стула, широко улыбаясь. — А у нас гостья, — хлопала она ресницами, прекрасно зная, как я отношусь к этим самым гостям. — Это миссис Йорк…

— Мое почтение, ваша светлость! — присела в идеальном реверансе дама.

Захотелось выругаться сквозь зубы, но я смог укротить свой порыв, оставаясь с прежним выражением лица, когда еще не знал, кто передо